Реш Лакиш сказал: «Прозелиты дороже нам, чем евреи, которые стояли у горы Синай. Почему? Потому что если бы евреи не слышали грома и медных труб, не видели молний и земля не тряслась бы под их ногами, они бы не приняли Тору. Но вот он, не видевший всего этого, приходит и отдает себя Всемогущему и принимает владычество Небес. Кто может быть дороже его?»
Всевышний, Благословен он, любит тех, кто пришел в иудаизм. С чем это можно сравнить?
У некоего властителя было стадо овец, которое уходило на луг каждое утро и возвращалось каждый вечер. Однажды к стаду прибился олень. Он пасся с ними вместе, а в один из вечеров пришел в загон вместе со стадом. Властителю сказали: «Олень присоединился к стаду». Тот почувствовал особую симпатию к этому пришельцу и сказал пастухам: «Разве не может олень пастись, где хочет? Итак, не отгоняйте его и обращайтесь с ним особенно осторожно». Когда стадо вернулось в следующий раз, властитель сам проследил, чтобы оленю подали воды.
Слуги сказали властителю: «Хозяин, у тебя столько коз и овец, но ни об одной из них ты не даешь нам специальных указаний. А об этом олене заботишься отдельно. Почему?»
Властитель ответил: «Для домашних животных естественно пастись весь день на лугу и спать в загонах. Но олень привык спать на воздухе, на свободе, и место, освоенное людьми, может отпугнуть его. А хорошо ли это будет? Итак, нам следует радоваться, что он оставил дикую природу и пришел к нам!»
Так и мы должны бережно относиться к прозелиту, оставившему свою семью, свой народ и все народы этого мира, и решившему прийти к нам. Вот почему Бог дает ему особую защиту.
В еврейских источниках так много говорится об уважении к прозелитам, что, согласно традиции, один из них даже удостоится высочайшей чести. По Талмуду, Машиах будет прямым потомком Рут (прабабки царя Давида), моавитянки, принявшей иудаизм, именем которой названа одна из книг Танаха.
Почему же современные евреи считают, что иудаизм не приветствует новообращенных? Ответ лежит скорее в области истории, чем теологии. В четвертом веке, после того как Римская империя стала христианским государством, император издал указ, запрещающий обращение в иудаизм под страхом смертной казни, как самого прозелита, так и евреев, принявших участие в ритуалах его посвящения. Этот закон периодически подтверждался и возобновлялся во всех христианских, а позже и мусульманских странах. В средние века евреи, живя под постоянной угрозой преследований и изгнания, стали считать обращение прозелитов опасными для их и так шаткого положения. Ведущий европейский талмудист шестнадцатого века постановил:
В современных условиях, когда мы живем в чужой стране как рабы под бичом надсмотрщика, если еврей поощряет желающего пройти гиюр, он становится государственным преступником, достойным смертной казни… Поэтому я спешу отговорить любого от участия в таких делах, ибо этим он ставит под угрозу собственную жизнь.
Почему предубеждение против обращения неевреев сохранилось в гораздо более благоприятных американских условиях? Во-первых, просто по инерции. Нелегко сломать стереотип поведения, выручавший общину тысячу лет. Во-вторых, и это кажется мне более важным, большинство современных евреев обладают скорее этническим, чем религиозным самосознанием. Они не готовы обращать кого-либо в религию, предписаниям которой сами следуют в весьма малой степени.
Гиллель Халкин, светский еврей, автор всеми любимой книги «Письма к еврейскому другу: спор о сионизме», пишет: «Моя знакомая еврейская девушка собиралась замуж за нееврея и хотела, чтобы он принял иудаизм. Она попросила меня поговорить с ним, и я согласился. Он сразу же задал мне вопрос: “Скажи, кроме того, что моя теща будет рада этому, зачем мне еще становиться евреем?” И я не мог найти ни одной причины… Если бы тот же вопрос задал мне ассимилированный еврей или еврей, который хотел бы приблизиться к своим корням, я бы тоже не смог ответить. Я не знаю, зачем нужно быть евреем».
Хотя раввины надеялись, что прозелит хочет пройти гиюр, так как его привлекает иудаизм, а не романтические чувства к какому-нибудь еврею или еврейке, они понимали, что эти два мотива часто пересекаются. Вот одна из самых романтических историй Талмуда на эту тему. Понятно, я прочел ее не в еврейской школе, когда был маленьким.
Один человек, который всегда носил цицит, услышал о проститутке в далекой стране, которая брала четыреста золотых монет за свои услуги. Он послал ей деньги и договорился о времени свидания.
В назначенный день он ждал у двери проститутки. Служанка сказала ей: «Человек, пославший вам четыреста золотых монет, ждет у двери». Женщина приказала впустить его. Когда он вошел… обнаженная блудница уже лежала на кровати. Он подошел к ней, но вдруг четыре кисти цицит хлестнули его по лицу. Тут же он отошел и сел на пол.
Женщина встала с кровати и села возле него на полу. «Клянусь головой императора, я не оставлю тебя, пока ты не скажешь, какой изъян ты нашел во мне (что заставило тебя отойти)?»
Он ответил: «Я не видел женщины, красивей тебя, но у нас есть заповедь, данная Господом Богом нашим, – цицит». (Он объяснил, что цицит должен напоминать о заповедях и что Господь наградит тех, кто их соблюдает, и накажет тех, кто их нарушает.) И вот четыре кисти цицит были как четыре свидетеля (говорящие Богу о грехе, который я собирался совершить с тобой)».
Женщина сказала: «Я не отпущу тебя, пока ты не скажешь своего имени, названия города, откуда ты приехал, имени твоего Учителя и названия школы, в которой ты изучаешь Тору». Он записал все это и вложил ей в руку. Человек уехал, а эта женщина разделила свое состояние на три части… треть – римскому правительству, треть – бедным, а на последнюю треть она купила драгоценностей и взяла их с собой. Оставила она себе и простыни с той самой кровати. Затем она отправилась в йешиву рабби Хийи и сказала ему: «Учитель, я хочу принять иудаизм».
«Дочь моя, – ответил он, – возможно, тебе понравился один из моих учеников».
Она взяла бумагу, данную ей тем человеком, и передала ее рабби Хийе. «Иди, – сказал рабби, – и наслаждайся своим приобретением». (Она быстро приняла иудаизм и вышла замуж за того самого человека.) И стелила для него законно те же простыни, что когда-то постелила с греховной целью.
55. «И веселись в праздник твой…»Несколько мыслей о еврейских праздниках
Шаббат
Помни день субботний, чтобы святить его.
Несмотря на общее заблуждение, Шаббат – это не просто день отдыха (или, как считают нерелигиозные евреи, – досуга). Тора ясно указывает, что основной целью Шаббат является святость. Все, что мы делаем в этот день, – зажигание свечей, чтение Киддуша, благословение детей и чтение недельной главы – должно наполнять его особым духом святости.
Не столько евреи сохранили Шаббат, сколько Шаббат – евреев.
Евреи соблюдают Шаббат, единственный праздник, упомянутый в Десяти Заповедях, более трех тысяч лет. Нам не известна ни одна еврейская община, где этот праздник был бы «забыт» (даже если такие общины и существовали, они просто не выжили).
Когда в девятнадцатом и начале двадцатого века некоторые реформистские раввины пытались переместить праздник с субботы на воскресенье, рабби Леопольд Штайн писал: «Если мы перенесем Шаббат на воскресенье, то похороним иудаизм вечером в пятницу, чтобы утром в воскресенье он воскрес как другая религия» (Давид Филипсон, «Реформистское движение в иудаизме»).
Шаббат – это чудо нашей религии. Нет ничего проще этого института… Но, однако, никому из законодателей мира не пришла в голову такая идея! Для греков и римлян Шаббат был предметом насмешек, он казался им предрассудком. Но Шаббат одним движением убирает различия между рабом, который должен работать всегда, и хозяином, который может иметь праздник каждый день.
Как верно заметил Джейкоб, несколько уважаемых римских авторов, включая философа-стоика, жившего в первом веке, – Сенеку, считали Шаббат смешным обычаем. Сенека говорил, что из-за Шаббат люди «теряют» седьмую часть жизни, а историк Тацит даже называл евреев ленивым народом (История 5:4:5, см. кн. Луиса Фельдмана «Евреи и язычники в древнем мире»). На самом же деле в основе празднования Шаббат лежит уверенность в том, что человек ценен сам по себе даже в те моменты, когда он не работает и не приносит пользу обществу.
Три паломнических праздника, предписанных Торой
И веселись в праздник твой ты и сын твой, и дочь твоя, и пришелец, и сирота, и вдова, которые во вратах твоих.
Хотя эта заповедь (488-я из 615 заповедей, согласно нумерации в средневековом «Сефер-hа-Хинух»), упоминается в Торе в связи с праздником урожая – Суккот, еврейское право считает ее применимой ко всем трем паломническим праздникам Торы (в эти праздники евреи со всей страны собирались в Иерусалиме) – Песах, Шавуот и Суккот.
Характерно, что как авторы Талмуда, так и средневековые законоучители сочли необходимым дать широкое толкование заповеди «веселись». Как нужно веселиться? Ходить по улицам с широкой улыбкой? Или танцевать на площади? Или стараться достичь внутреннего умиротворения? Или и то, и другое, и третье? Маймонид, основываясь на талмудических текстах, а также на личном опыте, предлагает следующие способы достичь веселья в праздник:
Раздайте детям кукурузные сладости, орехи и другие угощения. Купите женщинам красивые одежды и драгоценности согласно своим возможностям. А мужчины должны есть мясо и пить вино, ибо без мяса и вина не бывает истинной радости.
Тот, кто запирает ворота дома своего и ест и пьет со своей женой и детьми, ничего не подав бедным и голодным, творит такой трапезой не «веселье заповеди», а «веселье желудка»… Такое веселье недостойно хорошего человека.
В эпоху Талмуда только богатые люди могли себе позволить ежедневно есть мясо, поэтому мясная трапеза ассоциировалась с роскошью и счастьем. Точно так же одно время американские мужчины относились к возможности выкурить сигару после обеда.
Однако вегетарианцы не обязаны есть мясо, если это омрачит их праздник. Точно так же излечившиеся алкоголики не обязаны пить вино.
В каждом поколении каждый человек должен чувствовать, что это он вышел из Египта.
«Маништана б’лайла ха-зе миколь халейлот» – «Чем эта ночь отличается от других ночей? Всегда мы едим хамец и мацу, а сегодня – только мацу».
Цель пасхального Седера – обеспечить преемственность поколений еврейского народа. Именно поэтому в эту ночь родители рассказывают детям, как Господь освободил их предков из египетского рабства.
Седер продуман таким образом, чтобы в нем максимально участвовали дети, ведь именно на них лежит миссия передачи традиции следующему поколению. В начале Седера дети крадут афикоман (кусочек мацы) и продают его в самом конце трапезы. Зачем нужен этот обычай? Чтобы дети не заснули до конца Седера.
Кроме того, рассказ об Исходе из Египта начинается с четырех вопросов – «Ма-ништана», – которые задает самый младший ребенок. Для большинства еврейских детей – это первое публичное выступление, которое навсегда останется в их воспоминаниях.
Раввины учили: на шестой день месяца (Сиван) Израиль получил Десять Заповедей.
Это событие (получение Десяти Заповедей и Торы на горе Синай) отмечают в праздник Шавуот. Хотя в Талмуде упоминается, что в этот день мы получили Десять Заповедей, многие евреи считают, что на горе Синай нам была дарована вся Тора. Конечно, это невозможно, так как откровение на горе Синай произошло через семь недель после выхода из Египта, а последние три с половиной книги Торы описывают сорокалетнее скитание евреев по пустыне (например, бунт Кораха против Моисея случился много лет спустя, Бемидбар 16). Как учит Вавилонский Талмуд, остальную Тору Моисей получал свиток за свитком во время этих сорокалетних скитаний (Гиттин 60а).
Тора рассказывает, как Моисей спустился с горы Синай, неся скрижали с Десятью Заповедями. В Шавуот евреи празднуют начало нашего знакомства с Торой. В этот день принято устраивать «тиккун»: люди собираются вместе на всю ночь и изучают небольшие отрывки из разных священных писаний – Торы, других частей Танаха, Талмуда, Мишны, мидрашей.
«В кущах живите семь дней» (Ваикра 23:42) значит, что вы должны считать сукку своим жилищем на эти дни. Это заставило раввинов сказать, что каждый в эти семь дней должен считать сукку постоянным местом жительства, а дом – временным. Как? В сукку нужно перенести лучшие кровати и мебель, там следует есть и спать и учить Тору.
Хотя в Талмуде явно сказано, что евреи обязаны жить в сукке три дня, евреи диаспоры освобождаются от этой обязанности, если их страна находится в холодном климате. Это исключение сделано для того, чтобы они могли выполнить заповедь «веселись в праздники твои» (Дварим 16:4). «Тот факт, что обязанность жить в сукке снимается, если это приносит неудобства, делает эту заповедь уникальной в своем роде. Галаха не считает, что дискомфорт, неудобства и даже финансовые потери могут являться оправданием, позволяющим есть некошерную пищу или нарушать Шаббат. Но в Суккот радость является главной целью, и поэтому, если выполнение заповеди приносит серьезные неудобства или боль, это вступает в противоречие с самим духом праздника» (Ирвин Гринберг, «Жить по-еврейски»). Однако в первую ночь праздника Суккот, даже если идет сильнейший ливень, необходимо подождать до полуночи, прежде чем отказываться от трапезы в сукке.
Рош-hа-Шана и Йом-Кипур
В седьмой месяц, в первый день месяца да будет у вас покой, напоминание о трубном звуке, священное собрание.
Конечно, «трубный звук» – это шофар, в который трубит ровно сто раз во время службы в Рош-hа-Шана. Маймонид дает рациональное объяснение этому ритуалу.
Хотя мы трубим в шофар потому, что так завещала Тора, у этого ритуала есть глубинный смысл. Звуки шофара словно говорят нам:
«Проснитесь от сна те, кто глубоко спит… посмотрите на дела свои и раскайтесь; вспомните о Создателе… загляните в души свои, исправьте свои пути и свои деяния. Пусть каждый откажется от злых дел и нечестивых планов».
В Рош-hа-Шана решается, а в Йом-Кипур утверждается:
Сколько людей оставят этот мир, а сколько придет в него.
Сколько будет жить, а сколько умрет.
Кто проживет остаток своих дней, а кто – нет.
Кто погибнет от огня, а кто – от воды.
Кто – от меча, а кто – от диких зверей.
Кто – от голода, а кто – от жажды.
Кто – от землетрясений, а кто – от чумы.
Кто будет повешен, а кто – забит камнями.
Кто будет отдыхать, а кто – скитаться.
Кто будет жить в мире, а кто – мучиться.
Кто будет унижен, а кто – возвышен.
Кто будет беден, а кто – богат.
Но раскаяние, молитвы и добрые дела могут смягчить суровость (другой вариант – жестокость) приговора.
Господь – он Бог.
Не было у Израиля дней счастливее, чем пятнадцатый день месяца Ава и Йом-Кипур.
Так как Йом-Кипур – день поста, в который также полагается воздерживаться от сексуальных наслаждений и купания, принято считать его грустным и «тяжелым» днем. Но на самом деле Талмуд прав, и этот день скорее можно назвать счастливым, ибо в Йом-Кипур наступает примирение Бога и людей (см. Ваикра 16:30), а у людей – друг с другом. Если следовать законам этого праздника, то в конце концов наступает чувство радости и обновления.
Мало кто сейчас знаком с обычаями пятнадцатого ава, другого праздника, упомянутого в Талмуде. Это – что-то типа еврейского дня Сэди Хоукинс (или дня Св. Валентина, – прим. перев.). В этот день девушки выказывали свое расположение юношам и иногда даже говорили о своем желании выйти за них замуж.
Чтобы «игра была честной», раввины постановили, что все девушки, включая и самых состоятельных, должны надеть в этот день простые белые одежды, чтобы те, кто беднее, не были смущены. Холостые мужчины приходили в виноградники и там танцевали с незамужними женщинами.
Тот, кто говорит: «Я согрешу и покаюсь, а потом согрешу и покаюсь снова», не сможет раскаяться. Тот, кто говорит: «Я согрешу, но буду прощен в Йом-Кипур», не получит прощения. В Йом-Кипур прощаются грехи против Бога, но не против людей. Необходимо еще получить прощение от обиженных вами людей.
Чьи грехи прощает Бог?
Тех, кто прощает грехи (своих обидчиков).
К Рабби Хаиму из Санца обратились в Йом-Кипур с вопросом: «Что делать с человеком, который хотел пить столь сильно, что ему стало плохо».
«Дайте ему чайную ложку воды».
Они так и поступили, но вскоре вернулись. Ложка воды не утолила жажды этого человека.
«Скажите ему, что он может пить сколько хочет, но должен будет пожертвовать на благотворительность по монете за каждую ложку воды».
Когда человек услышал это условие, он вдруг забыл о своей жажде.
Если вы хотите больше узнать о еврейских праздниках, особенно о тех, которые не упоминаются в Торе, как Ханука и Пурим, загляните в книгу «The Jewish Literacy».