Замковый холм — Над Вильнюсом возвышается Замковый холм, увенчанный «каменной шапкой», развалинами башни основателя города князя Гедимина (ок. 1275–1341).
Тоху-ва-воху — хаос. Этими словами Библия описывает хаос, предшествовавший сотворению мира: «Земля же была тоху-ва-воху (безвидна и пуста)» (Быт., 1:2).
Пейсы — локоны на висках, которые ортодоксальные евреи не стригут.
Шамес — синагогальный служка.
Евреи затеплили свечи. — Встреча субботы начинается с зажигания свечей.
Поэма входит в сборник «Драй майселех» («Три сказочки»).
Капота — долгополый сюртук, традиционная еврейская верхняя одежда.
Балабос — хозяин (идиш).
Встретить Рождество! — В поэме действительно упомянуто Рождество, но это скорее американская (рождественские каникулы), а не христианская реалия.
Дер Нистер (псевдоним, настоящее имя Пинхас Каганович, 1884, Бердичев, Киевская губерния, ныне Житомирская область, Украина — 1950, лагерь Абезь, республика Коми) — прозаик, поэт, переводчик.
Дер Нистер — крупнейший еврейский прозаик XX века. Его псевдоним означает в переводе с иврита «сокрытый».
Нистер — так в еврейском фольклоре называют скрытого праведника. Тайные или скрытые праведники, так называемые нистарим (букв. «сокрытые») или ламед-вовники — любимые герои еврейского фольклора. На образ тайного праведника повлияли, с одной стороны, легенды об Илье-пророке, в которых рассказывается о том, как пророк не узнанным живет среди людей, а с другой — реальные фигуры, характерные для восточноевропейского еврейства XVII–XVIII вв.: бродячие знахари-балшемы и члены тайных каббалистических кружков. Многие исторические лица (например, Бешт) принадлежали в определенные периоды своей жизни к кругу нистарим.
Писатель, выбрав себе еще в юности такой, полный одновременно смирения и гордыни, псевдоним, обозначил им свои литературные пристрастия и предопределил свою судьбу. Выбор псевдонима ясно определяет Дер Нистера как писателя-символиста с характерными для символизма мистическими устремлениями, интересом к религиозной литературе, легендам и преданиям. В то же время писательская судьба Дер Нистера сложилась так, как будто была предначертана этим псевдонимом. Его творчество всегда высоко ценил узкий круг знатоков, но оно никогда не было особенно популярно или заметно. Его произведения издавались в Советском Союзе на идише, но их не переводили на русский язык, в отличие от произведений большинства советских еврейских писателей. Он даже не «удостоился» быть расстрелянным среди наиболее видных членов Еврейского антифашистского комитета, а просто умер в лагерной больнице в Коми.
Дер Нистер родился в семье богатого купца-рыботорговца в Бердичеве. Получил обширное традиционное образование, но в то же время рано начал увлекаться русской художественной литературой. Большое влияние на формирование будущего писателя оказал его старший брат Авром, последователь бреславского хасидизма. Влияние мистических «Сказок» ребе Нахмана из Брацлава ощущается во всей прозе Дер Нистера, в том числе в новелле «Черти». В юности Дер Нистер писал стихи на иврите; дебютировал на идише символистским сборником стихотворений в прозе «Геданкн ун мотивн»(«Мысли и мотивы», 1907). По существу, уже в этом сборнике намечены и проблематика, и эстетика, которым писатель оставался верен всю жизнь. В 1912 г. он выпустил сборник стихотворений «Гезангун гебет» («Песня и молитва»).
В том же году Дер Нистер побывал у И.-Л. Переца в Варшаве, и эта встреча оказалась для него переломной. Под влиянием Переца он навсегда отказался от бессюжетности, характерной для его ранних произведений. В 1912–1913 годах окончательно формируется уникальный, сразу узнаваемый стиль Дер Нистера. В его основе лежат особый, усложненный синтаксис, перегруженный перечислениями и инверсиями, и обращение к позднесредневековой и хасидской литературе на идише. Все это создает в прозе Дер Нистера особую, почти медитативную, визионерскую атмосферу, заставляя воспринимать любой, даже «реалистический» текст как легенду или сказку.
В 1918–1920 гг. Дер Нистер живет в Киеве, в числе других наиболее значительных еврейских поэтов и писателей активно участвует в работе «Киевской группы». Именно эта группа на десятилетия определила пути развития советской еврейской литературы.
В 1921 г. Дер Нистер выехал в Берлин и оставался в Германии до 1926 г. В 1924–1926 годах он вместе с Лейбом Квитко работает в советском торговом представительстве в Гамбурге. В Германии был издан сборник его мистических и фантастических рассказов «Гедахт» («Воображение», 1922–1923).
В Советский Союз Дер Нистер вернулся в 1926 г. и поселился в Харькове. Его проза, очень далекая от стандартов пролетарской литературы, стала постоянной мишенью для марксистской критики. В 1930-х годах писатель, почти утративший возможность печатать в СССР свои художественные сочинения, много переводит с русского и европейских языков. В эти же годы он впервые обращается к жанру очерка.
В 1934 г. Дер Нистер начинает работу над своим главным произведением, романом «Мишлохе Машбер» («Семья Машбер»). Он успел создать первый и второй тома из предполагавшейся многотомной эпопеи. Сохранились и были опубликованы также фрагменты третьего тома. Первый том был издан в Москве в 1939 г., второй в Нью-Йорке в 1948-м. Роман Дер Нистера — вершинное достижение еврейской прозы в XX веке.
Во время войны Дер Нистер был тесно связан с Еврейским антифашистским комитетом, написал книгу рассказов о войне «Корбонес» («Жертвы», 1943). После войны совершил поездку с переселенцами в Биробиджан, о которой создал серию очерков. В 1948 г. был арестован вместе со многими другими еврейскими писателями и в 1950 г. умер в лагере.
Сказка входит в сборник «Гедахт» («Воображение»).
В этой странной, похожей на сон сказке чувствуется, с одной стороны, влияние мистических «Сказок» ребе Нахмана из Брацлава, а с другой — немецкого экспрессионистского немого кинематографа.
Бадхен — свадебный шут, представляющий гостям жениха, невесту и их родню и забавляющий публику остроумными рассказами, импровизированными куплетами, шутками и песнями. Бадхен часто выступает, стоя на столе.
Сказка входит в сборник «Фун майне гитер» («Из моих владений»).
Мохвы — в оригинале эти странные существа названы ди мохике — «моховые».
Довид Игнатов (псевдоним, настоящее имя Довид Игнатовский, 1885, местечко Брусилов Киевской губернии, в настоящее время Житомирская область, Украина — 1954, Нью-Йорк) — прозаик.
В юности Игнатов примкнул к большевикам, вел нелегальную работу. В 1906-м он эмигрировал в США и поселился в Нью-Йорке. В 1909 г. организовал первую модернистскую группу в литературе на идише «Ди юнге»; выступил организатором и издателем нескольких литературных журналов, альманахов и сборников. Для Игнатова всегда был важен синтез искусств, поэтому он активно сотрудничал с художниками. Многие изданные им книги вышли с интересными иллюстрациями.
Как прозаик Игнатов находился под сильным влиянием символизма и импрессионизма. Он создавал мифопоэтические произведения, основанные на фольклоре и старой народной книге. В то же время его романы (самый известный из них — «Ин кеселгруб» («В водовороте»)) посвящены современным проблемам и жизни еврейских эмигрантов в Америке. В конце жизни Игнатов написал интересные мемуары о еврейских писателях, друзьях своей юности.
Обе включенные в эту книгу сказки взяты из сборника «Вундер-майсесфун алтен Праг» («Волшебные сказки Старой Праги», 1916). Образцом для них послужили позднесредневековые книги о чудесах. Сквозные герои этого сборника — купец Берл из Праги и пражский раввин. В последнем проступают черты великого раввина, богослова и философа ребе Иегуды-Лёва б. Бецалеля из Праги, известного под акронимом Магарал (1512–1609). Конечно, в сказках Игнатова Магарал предстает не как историческая личность, а как фольклорный персонаж. Игнатов создает образ раввина, опираясь на многочисленные легенды, связанные с именем Магарала.
Проза Игнатова никогда прежде не переводилась на русский язык.
Освящение новой луны. — В еврейском календаре месяцы — лунные, поэтому начало месяца совпадает с новолунием. В первую половину месяца, но не ранее, чем через три дня после новолуния, евреи выходят в ясную ночь на улицу и благословляют новую луну.
Это было как раз перед Шолом алейхем. — Во время благословения луны в определенный момент молящиеся обращаются друг к другу с традиционным приветствием.
Пастух этот ростом очень высок и т. д. — Весь сюжет с одноглазым людоедом был позаимствован еврейским фольклором не из «Одиссеи», а из «Путешествий Синдбада-морехода», одной из сказок «Тысячи и одной ночи». Именно в третьем путешествии Синдбад попадает в лапы к людоеду. В 1794 г. во Франкфурте-на-Одере был перепечатан еврейскими буквами немецкий перевод сказок «Тысячи и одной ночи». Затем, на протяжении XIX в. эта книга выдержала еще семь изданий, отпечатанных в различных польских типографиях. Эта книга существенно повлияла на устную традицию. Сказки «Тысячи и одной ночи», известные как «Центурья-вентурья», стали неотъемлемой частью еврейского фольклора.
Злодей Нерон — похожий сюжет изложен у Ан-ского в его «Страшной и удивительной истории», включенной в этот сборник.