Женщина, к которой он обратился, слушала его минут пять. По враз побледневшему лицу было ясно, что она понимает в какой опасности её дочь, и какая незавидная судьба её ожидает.
И вот тут и настал звёздный час главы клана, предложившего свою кандидатуру на роль супруга для Вивьен. Никогда ещё за всю свою жизнь глава клана волков Сильвер Стоун не встречался настолько близко с прудовым карасем, глаза в глаза. Лицом к лицу, так сказать. Встреча проходила бурно, пока Саманта со всем размахом изболевшейся материнской души охаживала Сильвера недочищенной рыбиной, чешуя от последней летела в одну сторону, рыбьи потроха сыпались на дорогой пиджак.
А уж, какими эпитетами благодарила за столь великодушное предложение волка эта достойная женщина! Даже владелец харчевни рыкнул на своих уже великовозрастных сыновей, чтоб шли и не набирались лишних знаний.
А вот когда рука Саманты потянулась за разделочной доской, хозяин решил, что эту встречу в верхах пора заканчивать. Отбивать залетного богача пришлось с трудом. Благо жена появилась и смогла отвлечь вошедшую в раж Саманту.
- Нет, я понимаю, она расстроена... Но что это такое? Что за... Поел рыбки, вашу мать! - Возмущался Сильвер. - И почему это я "глистогон чешуйчатый"?
- Ну, так в чешуе же, - аккуратно подводил названного гостя к выходу хозяин заведения.
- Вы издеваетесь? - подозрительно прищурился волк.
- Ну что вы? Как можно, благородный господин! - отвечал мужчина.
Вот только у Стоуна почему-то сложилось стойкое ощущение, и интонация, с которой это было произнесено, такие выводы подтверждала, что сказать ему хотели совсем не это. Просто когда произносили, буквы перепутали, все сразу.
Квестор Тодеус, едва успев выпроводить своего гостя, продолжил сборы. Вспоминая, всё ли он взял, что могло бы пригодиться в катакомбах, он вдруг вспомнил о переполошцах и полез в ящик стола за комплектом очков и респиратором.
Уже выходя из кабинета, он задержался ненадолго у картины, подаренной ему Ани Дорс.
- Я никогда не был суеверным. Но сейчас... Где бы твоя душа сейчас не была, я верю, что помогаешь мне. - Тодеус с трудом проглотил вставший ком в горле. - Но я бы полжизни отдал, чтобы ты была жива, феечка.
Но увидев Тодеуса, через несколько минут, легко сбегающего по лестнице управления, никто бы и не подумал, какую боль он носит в себе и как ему бывает тяжело.
Катакомбы встретили квестора сыростью и запахом застоявшейся воды. Стражи старались как можно тщательнее обследовать пройденные в выходные коридоры. Вот так в каком-то закутке и обнаружили проход в лабораторию, где уже находился Олдер Ридл.
- О, квестор, мои приветствия. - Поприветствовал он начальника.
- Что-то уже ясно? - сразу начал спрашивать Тодеус.
- Ясно, что как минимум, тот состав делали точно здесь. Эх, сюда бы переполошцев с их мастером-алхимиком, они бы тут со всем разобрались. - Тяжело вздохнул Олдер.
- Ага, эти бы разобрались. И с катакомбами тоже, причем насовсем. - Отшутился Тодеус, которого привлекла искорка, отблескивающая у самой стены.
Наклонившись, он поднял запонку в виде крыла летучей мыши с алыми перепонками.
Перед ним моментально встал тот вечер, когда он дожидался Эдгара Дорса в своем кабинете. И как тот, выслушивая его, квестора, теребил на манжетах запонки. Такие же крылья. Тодеус знал по чьему эскизу, они были изготовлены и даже, к какой дате. И мог даже рассказать, почему именно летучая мышь.
Эти запонки Ани подарила отцу на день открытия первой круглосуточной линии для дирижаблей, которые на ночь не прекращали полёта. Тодеус незаметно убрал находку в карман.
- Куда ж ты вляпался, старый друг, - еле слышно произнес он.
- Вы что-то сказали, квестор? - переспросил Олдер.
- Да, думаю, надо попросить наших стажёров, всё-таки посмотреть. - Ответил квестор.
Мысли о находке, и о том, что мог делать в таком месте Дорс, не давали ему покоя.
Правда, только пока за очередным поворотом, посреди рабочего квартала он вновь не увидел Сильвера Стоуна. Но в каком виде!
- Стоун что с вами? - вышел квестор из мобиля.
- Свататься ходил, - рыкнул Сильвер в ответ.
- Успешно? - поинтересовался, еле сдерживая смех, Тодеус.
- А что? Не видно? Отказали! - после такого ответа квестор всё-таки не сдержался.
Глава 27.
Сама Вивьен, даже и не подозревая о том, какие предложения ей готовы сделать, переживала совсем о другом.
Весь её факультет готовился к самолично выпрошенной проверке знаний. Каждая свободная минута, тратилась на выполнение задания. Ребята не допускали никаких недочётов. Если что-то вызывало сомнение, или выполняло свою функцию пусть и с самой незначительной шероховатостью, то это считалось браком.
Десятки деталей возвращались на переплавку. Огромный Ольф умудрялся выполнять в организованной специально для него кузне, просто ювелирную работу. Когда выяснилось, что крылья мышеящера Ярика, которого решили сделать пробным образцом, меньше сделать нельзя, а эти перевешивают назад, было решено усилить грудную пластину механического зверёныша. Но тогда он клевал носом вниз. Ольф долго крутил в руках две детальки, а потом улыбнулся и сорвался в кузню.
Утром он принёс Ирвину грудную пластину первого варианта с выкованными посередине шестерёнками. Осмотрев работу, Ирвин даже заменил линзы в своих очках на другие, с более высоким увеличением.
- Ты как умудрился? Это же не литьё? - удивился ювелирной работе друга Ирвин.
- Помнишь, мы с Ири для Олдера инструменты делали? - улыбался уставший, но довольный Ольф. - Форма тонких резаков у меня и осталась. Вот её я немного и изменил. Получается, что основная пластина облегченная, а по центру идёт растянутое утолщение. Осталось только проверить, как сработает идея.
Естественно вместо завтрака в столовой Академии, обошлись перекусом в собственном корпусе, но испытания были проведены. Механический скелет уверенно поднялся в воздух и, подчиняясь командам Алии, сделал несколько кругов по гостиной. Уже после занятий, когда Ольфа силком отправили поспать хотя бы пару-тройку часов, все знакомые с кузнечным делом парни пошли в кузницу.
Они до ночи стояли на заготовках, которые потом до ума доводил Ольф. Алан Ривс, наследник одной строительной компании, вместе с братьями-хомяками встал на литьё стальных прожилок для крыльев. А девочки, получая детали ещё тёплыми, отмывали, отшкуривали и отдавали Мадди, которая их родировала.
Тонкий слой родия, почти не влиял на вес, укладываясь в границы допустимой погрешности. Но все детали получали дополнительную защиту от агрессивных факторов внешней среды. От влаги, например. Ведь работать этим мышеящерам-поисковикам придётся в самых сложно доступных местах.
Пока все занимались механической частью этих артефактов, Джейд в сопровождении Торна обходила ювелирные мастерские и лавки ремесленников. Для опытного образца комплект камней нашёлся у самой Алии. Она не помнила откуда у неё эти украшения, но на память от прошлой жизни ей достались серьги-гвоздики с цитрином и кристалл того же камня на тонкой цепочке. Как только она пришла в себя, Лерк вернул ей их, но она их почти не носила.
Зато стоило Джейд взять их в руки, как она улыбнулась и заверила всех, что камни живые и сильные. А вот для тех поисковиков, которые будут переданы стражам, камни приходилось подбирать.
Ири, помнящая о своем обещании, едва завидев брата озадачила его своей просьбой. Торн же, узнав, что ребята собрались выкупать эти камни за счёт личных сэкономленных средств от стипендий, а нужно это для того чтобы облегчить работу таких отрядов, как его собственный, заявил, что эту покупку он оплатит сам.
Но к его удивлению, частенько они выходили из дорогих ювелирных лавок и магазинов с пустыми руками, и брали сразу несколько камней, у какого-нибудь торговца кулонами-браслетами. Джейд с удовольствием отвечала на его вопросы, рассказывала о камнях и подшучивала над его представлениями. Он то считал, что зашёл, купил цацку подороже и всем угодил, а оказывается в этих камнях какая-то своя магия что-ли?
- Ну, если девушка такая же пустышка, как и тот камень, что из разряда "подороже", то конечно, ей этого будет достаточно. - Усмехнулась девушка. - Можно и ценник оставить, что б знала, какая она "дорогая". А по настоящему, подарок должен быть символичен, и значить для девушки что-то большее, чем насколько готов раскошелиться мужчина. Камень для своей хозяйки должен "петь", звать, манить, притягивать.
Им оставалось пройти ещё несколько мастерских, и можно было возвращаться, к тому же они собрали почти все комплекты для артефактов-поисковиков. Но времени оставалось ещё более, чем достаточно, и Торн уговорил девушку прерваться и перекусить. Благо здесь было полно мест, где можно было спокойно посидеть за столиком.
Торн искренне наслаждался прогулкой, потому что по-другому он не мог это назвать. Он хоть и выполнял просьбу сестры, но по факту, гулял с красивой, интересной и умной девушкой, которой совершенно не интересно было в какой пропорции будут делиться между детьми Томас - Фишеров заводик по производству посуды и небольшая транспортная компания. И какие перспективы у него по службе.
А вот сама служба, её будни, сложности, девушку очень живо интересовали. В последнюю мастерскую он сам уговорил девушку зайти, хотя уже было и не зачем. Но Торн не пожалел, потому что увидел настоящее чудо. Ему показалось, что в зелёных глазах вспыхнуло пламя, а над руками девушки порхали теплые искорки, когда она проводила пальчиком по камням розового кварца, убранных в простую оправу из серебра. Ничего лишнего, просто серебряный ободок обнимает камни кабошоны. Серьги, кольцо и браслет.
Даже не примеряя, Джейд полезла в сумку за кошельком. Но Торн её остановил. В конце-концов, может же он подарить такой замечательной девушке сувенир на память о сегодняшнем вечере? И не смотря на смущение и сопротивление такому поступку самой девушки, уже вскоре застёгивал на тонком запястье браслет. Кольцо и серьги девушка одела сама.