Прошептав знакомую формулу, я направила поток силы, трижды перепроверила правильность наложенного проклятия и облегченно выдохнула. Теперь, пятнистый, ты не станешь командовать и распоряжаться моей жизнью!
Соскочив с кровати, я метнулась к шкафу, где висела моя форма, за считаные секунды облачилась в серо-черный наряд и, кинув прощальный взгляд на лежащего без сознания мужчину, вышла за дверь.
Кошачья сущность фыркнула и обиженно отвернулась, всем видом показывая, что с такой непроходимой идиоткой, как я, не желает иметь ничего общего.
– Ну и фиг с тобой! – сказала вслух и, поправив над головой нимб собственной непогрешимости, поторопилась прочь из дома Джеда.
Едва ли не вприпрыжку я прошла по дорожке из серо-белого гравия, но в паре метров от калитки, увитой ярко-зелеными листиками буйно разросшегося вьюна, словно налетела на невидимую стену и остановилась.
Что за покусанный каннис!
Нет, Джед, конечно, тот еще обеспокоенный параноик, но не до такой же степени, чтобы ставить магический барьер вокруг всего дома? Да и сил на такое у него не хватило бы. Тогда что меня остановило?
Недоверчиво вытянула руку, пощупала воздух перед собой.
Ни-че-го.
Мотнув головой, словно отгоняя от себя наваждение, я сделала еще один шаг и вновь замерла, но теперь у меня было достаточно времени, чтобы сконцентрироваться на своих ощущениях. А дело было именно в них.
Обиженная кошачья сущность продолжала дуться где-то в глубинах души, но, к счастью, чувство опасности у нас было общим и не зависело от ипостаси оборотня. Задумчиво оглядев калитку, я вновь вспомнила о предупреждении Джерома.
Привилегированный засранец говорил о грозящей опасности. Что, если за калиткой меня поджидает наемный убийца с топором в руках, кто-то из недовольных врагов Джеда с заклинанием полного уничтожения, готовым сорваться с кончиков пальцев, или и того хуже… одна из бывших пассий леопарда с отравленной шпилькой в прическе?
Мрачно оценив перспективы, я сошла с дорожки, легко пробежала по все еще мягкой и влажной от недавнего дождя земле, обогнула большую клумбу и приблизилась к боковой стене участка. Используя перевернутый ящик, взобралась наверх каменного забора, разделяющего территории, и принюхалась.
Барс…
Это хорошо, что «свой», но злоупотреблять гостеприимством все же не стоит. Спрыгнув вниз, я быстренько миновала небольшой палисадник, выскочила на точно такую же дорожку из серо-белого гравия и кинулась к калитке. В этот раз интуиция останавливать не стала, даже наоборот – любезно подталкивала в спину и настойчиво советовала поторопиться.
Оказавшись на улице, я воровато огляделась и быстрым шагом направилась к центру города. Впереди была оживленная улица, а мне крайне необходимо скорее затеряться среди толпы зевак, разглядывающих тележки с товарами и дорогие витрины бутиков.
– Ох, прости, деточка, – заизвинялась розовощекая старушка, налетевшая на меня откуда-то сбоку.
Я отскочила от безобидной бабки с такой прытью, словно передо мной из подворотни выскочила не преклонных лет бабуля, а то самое трио «наем-ник – враг – бывшая».
– Милая, с тобой все в порядке? – забеспокоилась старушка. – Какая-то ты бледная. Жуть смотреть…
– Нормально все! – резко осадила я пожилую женщину и поторопилась к рынку.
Попетляв между рядами с чуть прогнившим луком, дешевыми томиками книг и чулками якобы из тончайшего тиридатского шелка, я покинула базарную площадь, сделала небольшой крюк через городской парк и, немного успокоившись, заторопилась обратно в бывшую школу магического профиля, а ныне – Академию под управлением чурбана, не умеющего хранить чужие секреты.
Надеюсь, Итон-Бенедикт еще не успел отослать мои документы и вещи Джеду. В противном случае… Что делать в этом самом случае, я понятия не имела, но была уверена: исключить меня из Академии у ректора не выйдет!
По крайней мере, не сегодня.
У родных и любимых ворот, плохо прокрашенных белой известкой, прохаживался Маккалич. А каждому известно: где первый меч королевста, там поблизости ошивается и младший наследник. Вот только встречаться с избалованным принцем сейчас не было никакого желания.
Свернув в сторону, я дошла до тайной студенческой тропы (проще говоря, дыры в заборе) и беспрепятственно оказалась на территории школы. Тьфу ты! Академии.
Точнее, так мне показалось в начале. Но уже через десять шагов по едва приметной в высокой траве тропке выяснилось, что с воцарением Итона-Бенедикта беспрепятственно попасть на его территорию не так просто.
Стоило приблизиться к большому ветвистому дереву, как что-то неприятно громко ухнуло, зашипело и взорвалось разом. И пока я трусливо оглядывалась, поджимая черный хвостик, прямо из коры дерева вылезла какая-то образина.
Существо напоминало перевернутый табурет, поставленный на пыльный мешок с прошлогодней картошкой. Где-то посередине на мешке находились большие внимательные глаза наподобие совиных и аккуратный ярко-красный клюв.
– Кто такая? Куда прешь? – подозрительно прищурилась образина.
– Ноэми Вейрис, иду к себе в комнату, – ошарашенно откликнулась я. – А ты что такое?
Неизвестное существо зашипело, затрясло складками мешка и воинственно наклонилось чуть вперед, отчего ножки табурета стали указывать на меня.
– Я не что! Я не что! – заголосила образина. – Я – страж Лопастик.
Мать моя кошка! Чудные дела творятся у нас в Академии. Стоило отлучиться на выходные, а территорию уже сторожат всякие Лопастики.
– Извини, не хотела обидеть, – мило улыбаюсь, с куда большим интересом разглядывая непонятное существо.
Ко всяким ожившим странностям типа говорящего чайника в столовой, ходящего на двух лапах бобра из живого уголка и ругающегося аки портовый грузчик с островов Славии павлина-умертвия, которого старшекурсники стащили у прошлого ректора, все уже давно привыкли. Обучающиеся частенько неправильно заучивали ту или иную схему заклинания, а некоторые – так вообще придумывали на ходу, поэтому на лабораторных случалось всякое.
Чудили и сами преподы, особенно профессор Тебион.
После его последнего эксперимента, случившегося аккурат в начале учебного года, целый месяц на весь корпус воняло тухлой рыбой и болотной серой, зато в искусственном бассейне, пересыхающем каждое лето, внезапно обнаружилась русалка.
Пышногрудая красавица с длинными ярко-салатовыми волосами и почему-то красным хвостом переселяться в королевский аквариум редких видов категорически отказалась. На волю, в реку или болото капризной дамочке тоже не захотелось. Видите ли, экология нынче не та!
Директор Варениус долго ломал голову, что делать с редкой особью, а в конечном итоге плюнул и решил оставить все как есть. Тем более что русалка проблем не создавала, а ухаживать за ней взялся профессор Каспо.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что, насмотревшись за эти полтора года на ляпы в работе обучающихся, я не сильно впечатлилась видом Лопастика.
Ну, возомнил мешок с табуретом себя стражем… И что с того? В конце концов, у каждого есть право на придурковатые мысли.
Продолжая разглядывать нового обитателя пришкольной территории, я только сделала небольшой шаг в сторону, чтобы заглянуть за спину существу, как образина неожиданно воинственно заухала.
– Не пущу! – выкрикнул страж, загораживая дорогу. – Сначала обыск!
– Ты спятил? – фыркнула я. – Какой еще, к каннису, обыск?
Образина пару раз задумчиво щелкнула маленьким красным клювом и прищурила глазки.
– А вдруг ты на территорию запрещенные предметы вносишь? – возбужденно зачастил страж. – Я тебя впущу, а потом мне от начальства влетит по первое число. Скажут: «Лопастик, это ведь твой участок был. Ты почему пропустил обучающуюся с незаконной печатью на руке? Вот тебе за это выговор. Строгий! С занесением в личное дело и лишением компота из червивых яблок на ужин…»
– Стой! Стой! – замахала я руками, пытаясь остановить торопливую речь собеседника. – Какая еще печать на руке?
Лопастик вновь щелкнул клювом и ткнул ножкой табурета в сторону моего левого запястья:
– А вот эта!
Я оторопело уставилась на собственную руку, покрутила ею, поднесла поближе. Какая еще печать?
Под натяжением ткани манжет форменного пиджака слегка опустился, открывая еще несколько сантиметров кожи на запястье, и вот тут-то я тоже ее заметила. Маленькая печать, состоящая из затейливо выведенной буквы «пси» и семи крохотных черных точек, заключающих букву в круг.
Ну, бабка!
Бабка из переулка (а это, без сомнения, именно она) каким-то невероятным образом умудрилась не просто налететь, но и проклясть меня. Причем не абы чем, а магическими чернилами.
Вообще-то, чтобы проклясть мага крови, надо очень сильно попыхтеть.
Природные способности позволяют нам работать не только с чужой, но и в первую очередь со своей кровью. Точнее, сам дар развивается первые десять лет на бессознательном уровне и только затем открывается для доступа сознания. Любая попытка проклясть мага крови сводится к нулю, мы чувствуем такое вмешательство и сразу гасим магию, не давая ей распространиться по телу. Поэтому-то старшекурсники уже давно завели моду отрабатывать базовые проклятия перед выпускными экзаменами на магах крови. Естественно, не на безвозмездных началах.
И все бы хорошо, но в любой ситуации должны быть свои исключения. Таким исключением для магов крови стало хорошо подзабытое знание магии чернил. Они никак не влияли на кровь, а действовали непосредственно на ауру человека, поэтому-то маги крови банально не замечали вмешательства, как и обычные люди, пока дело не начинало пахнуть жареным.
Если бы не Лопастик с его большими зоркими глазами, я и не знала бы о том, что проклята. Потому как через полчаса после нанесения магические чернила впитываются, не оставляя на коже и следа.
– …так что ты мне клюв не заговаривай! – Пока я думала, страж продолжал говорить. – Лопастик все сделает по инструкции: сначала обыск, потом допрос, затем доклад начальству!