– Дом, ты в порядке? – Она присела возле парня, закрывающего голову руками. Футболка, волосы, шорты – всё было в пыли. Джо аккуратно коснулась плеча Дома, и он вздрогнул.
– Вот и оставляй людей у себя дома. Ты за что меня убить хотела? – Он повернулся на спину – несчастный и чумазый, и Джо выдохнула. Она села рядом с Домом прямо на пол беседки, подтянула к себе колени, обхватив их руками.
– Ты не покалечился?
– А, ты этим расстроена? – Доминик сел, повторяя позу Джо. – Всё в порядке, но больше так не делай. Я боюсь щекотки.
– Да ладно? – Джордан спрятала улыбку, опустив голову на колени.
– Эй, в этом нет ничего такого! Как будто ты не боишься? – Он достал из пачки сигарету и прикурил её от зажигалки в виде гитары – Джо готова была руку дать на отсечение, что это подарок фанатки.
– Ни капли!
– Проверим? – Дом тут же протянул руку и провёл кончиками пальцев по голой шее Джо. Она зажмурилась, стараясь не выдать себя, но продержалась не дольше пяти секунд.
– Хватит! – Она передёрнула плечами, сбрасывая руку Дома, и тут же принялась чесать то место, которое он только что щекотал. – Сдаюсь, только не надо больше! Я не очень контролирую себя, когда мне щекотно, – можешь и без глаза остаться.
– То есть я, по-твоему, себя контролирую? – Дом обвёл взглядом разгромленную беседку и прищурился. Джо иногда казалось, что он просто прячет от всех глаза, чтобы никто не мог понять, что он думает на самом деле. – Ты вообще почему так рано встала?
– Не знаю. – Джо долго сопротивлялась, но всё же кивком попросила у Дома сигарету. Он удивлённо вскинул брови, но пачку протянул. – Иногда и я курю, так, раз в пару месяцев. – В этот момент она была очень похожа на вечно оправдывающуюся Мейси. – А встала… Нет, спала я хорошо, но в чужом доме как-то не так, что ли. Ничего личного, просто я из тех, кто возит с собой подушку в путешествия и высыпается только в своей кровати.
– Поэтому ты не хотела оставаться? Потому что это не выглядело как «ничего личного»? – Доминик смотрел на неё сквозь растрёпанную чёлку, на которой висел маленький сухой листочек. Джо аккуратно сняла его, растирая между пальцами. Всё это выглядело странно: она не была большим любителем чужих прикосновений, как и сама без надобности лишний раз не касалась кого-то не слишком близкого. Но рядом с Домом все эти почти интимные вещи, типа вот этого листочка или щекотки, ощущались абсолютно нормальными, да и Джо расслабилась настолько, что могла насладиться парой затяжек.
– Это всё очень сложно объяснить. – Врать ему казалось практически преступлением, а рассказывать о чувствах Эммы или о внезапной раскованности Скай Джо просто не имела права.
– Ты нам не доверяешь.
Джордан хотела возмутиться, но поняла, что это был не упрёк, скорее простая констатация факта.
– Я вижу вас третий раз в жизни. И хоть считаю вполне милыми… Чёрт, всё это звучит не так, как в моей голове! – Джо обиженно выпячила нижнюю губу. – Я несу ответственность за этих троих, Дом. Сама по себе я могу быть абсолютно безрассудной, но рисковать сестрой и подругами…
– Всё нормально. Я бы тоже нам не доверял. Странные парни, поющие песни, вместо того чтобы работать, зовущие остаться на ночь…
– Поэтому под подушкой я держала баллончик.
– Серьёзно? – Дом даже глаза от удивления сильнее распахнул.
– Нет, конечно! Ты всегда такой доверчивый? Или набрался от детей, которым преподаешь?
От неожиданности Доминик даже сигарету до губ не донёс – смотрел в упор на Джо, пытаясь вспомнить, когда мог рассказать ей о своей работе. Она решила облегчить ему задачу:
– Нет, у тебя нет провалов в памяти, успокойся. Мне Лео рассказывал, где вы все работаете.
– Мне казалось, вы с Честеном не ладите, а тут такие разговоры, оказывается, были.
– Я не лажу с Леопольдом, а когда он – Лео, то вполне даже.
– О, ну поня-а-атно, – протянул Доминик, снова прищуриваясь. Джо уже хотела сказать ему, что от такого выражения лица очень скоро появятся морщины, но тут до неё дошёл смысл его высказывания. Она тут же подобралась и ощетинилась – намёков ей и от подруг хватало, чтобы ещё и Рокстер начал над ней издеваться.
– Что тебе понятно?
– Что Лео таки тебя очаровал. Он это умеет.
– Забавно то, что вы все так говорите друг о друге. И нет, он меня не очаровал. – Она даже поморщилась в подтверждение своих слов. – Не мой типаж.
– Почему?
– Потому что он слишком много о себе думает, потому что он заносчивый и уверен в том, что его мнение – крайне важно и окончательно верно.
– Ого, как тебя зацепило!
– Я тебя умоляю! Не буду спорить, что мы, наверное, в чём-то похожи, но я не вижу в нём мужчину, в которого можно влюбиться. Так что все твои «понятно» не по адресу.
Джо так и не смогла понять, поверил он ей или нет, – Доминик привычно улыбался, но что выражала эта улыбка, оставалось загадкой. Поэтому Джордан решила сменить тему.
– Откуда браслет? Фанатка подарила? – Она указала пальцем на чёрно-белую фенечку, сплетённую из толстых ниток, которая была повязана на руке Дома.
– Самая преданная, – кивнул он, поглаживая длинными пальцами надпись «LADE». – Это Мэдди сделала для нас, мы все их носим.
– Это так мило. – Джордан снова почувствовала себя не совсем уютно: история браслета казалась слишком личной, когда выяснилось, что сделала его младшая из Рокстеров.
– Она может часами сидеть на наших репетициях. И подруг своих приводит. – Доминик замотал головой, явно вспоминая, как это обычно выглядит. – В глазах двенадцатилетних девочек мы – рок-звёзды, поэтому Мэдди у них что-то вроде приближённой к королевским особам, не иначе. Она ещё и зарабатывать умудряется, продавая наши номера телефонов, фотографии и всякие мелочи, типа таких браслетов.
– Явно не в тебя пошла!
– Да даже не в Адама. Мне иногда кажется, что её влюблённость в Лео сделала Мэдди похожей на него.
– Вот так взял и раскрыл секрет младшей сестрёнки. – Джо покачала головой, выказывая своё шуточное негодование.
– Секрет? Ты просто Мэдди не знаешь! – Доминик вынул из кармана телефон и протянул его Джо. – Вот, почитай.
Она посмотрела на экран, где высвечивалось фото из «инстаграма» Лео. Под ним первым же комментарием была фраза «Мой будущий муж просто великолепен!» и много смайликов-сердечек. Примечательно, что Лео ответил ей не менее пылкими смайлами с поцелуями.
– И так всегда. Она чуть ли не с пелёнок боготворит Лео. Мне иногда кажется, что и группу нашу она любит из-за него, а не потому что там играют два её брата.
– Ох уж эти младшие сёстры и их влюблённости, – Джо всё ещё листала «инстаграм» Лео, читая комментарии Мэдди. Судя по всему, девочка была серьёзно настроена однажды стать миссис Честен.
– Знакомо? – поинтересовался Дом, и Джордан опешила. Спрашивать такое, когда её младшая сестра буквально сохла по нему… Он либо действительно ничего не понимал, либо отлично играл роль. Джо в ответ лишь кивнула – она не собиралась обсуждать Эмс. Тем более с Домиником – жить хотелось как никогда в это свежее утро, а что за такие разговоры могла сделать сестра, Джордан даже представить боялась.
– Ты так и будешь молчать? – Скай смотрела на неё в упор, возвращая в реальность. Они тогда долго болтали с Домом обо всём на свете – и сидя в беседке, и готовя завтрак всем остальным. И Джо всё больше убеждалась, что не воспринимает их как «звёзд» или что-то в этом роде. Для неё они больше походили на соседских мальчишек с огромной мечтой за пазухой – их хотелось поддержать, помочь и вместе отпраздновать победу. Джордан чувствовала абсолютную уверенность в том, что рано или поздно им будет что праздновать.
– Слушайте, но это же смешно! Ну, не сказала я вам правду, и что? Это же не какое-то важное событие. И не ведите себя так, словно у вас нет никаких тайн! – Джо почему-то посмотрела на Мейси, хотя из всех она была самой честной. Вот только Мейси истолковала этот взгляд по-своему, залилась краской и отвела взгляд. Для неё эти недели тоже не были счастливыми.
– Маргарет, ты забываешься! – Мама лишь слегка приподняла брови, но Мейси знала, что так выражается высшая степень её раздражения. Слишком уж часто родители были ею недовольны, чтобы она не успела изучить от и до все эти мелочи. – Это, конечно, хорошо, что ты стала дружить с нормальными девочками, а этот растяпа…
– Мама, Арти – не растяпа!
– А этот растяпа, – Сильвия Нолсберг выделила последнее слово, говоря тем самым, что мнение дочери её ни капли не интересует, – наконец, отстал от тебя. Но оставаться ночевать в незнакомом городе, в доме, откровенно говоря, сомнительный парней…
– Мама! – то ли возмутилась, то ли взмолилась Мейси. – Во-первых, съёмки затянулись, а ехать ночью опасно, особенно, когда все так устали. Во-вторых, я спала с Эммой, и Джо тебе всё объяснила. И в‐третьих, с чего ты взяла, что ребята сомнительные?! Они очень хорошо с нами обходились.
– Парни всегда хорошо обходятся с такими наивными девочками, как ты, дорогая. Сначала. – Мама улыбнулась так, что Мейси едва не передёрнуло. Сильвия Нолсберг, строгая, чопорная бизнес-вумен, умела испортить настроение одним взглядом, не то что целой тирадой о том, какая у неё безответственная дочь. – А когда они получают то, что хотят…
– О боже, мама, не начинай!
– Маргарет! Ты смотришь на мир сквозь розовые очки. А пора бы уже повзрослеть. Через год тебя ждёт «Лига плюща» и будущее в юриспруденции, так что соберись, будь добра.
– Но…
– Что? – Мама знала, что Мейси хотела сказать. Этот разговор не был первым, и участи стать последним ему, судя по всему, тоже не удостоиться. Мейси не хотела быть юристом, она вообще не мечтала о карьере такого рода. Она хотела рисовать, возможно, стать мультипликатором или создавать комиксы, но точно не отстаивать сомнительных личностей в судебных залах. Родители и слышать ничего не хотели о «детских глупостях» и давным-давно определили её будущее вплоть до старости. Мейси не удивилась бы, узнай, что её рука обещана какому-нибудь порядочному мальчику из достойной семьи.