Вся накопленная усталость от несбывшихся надежд, которую отлично завуалировали мелкие новые победы, вся злость на подруг и сестру, на несправедливость мира, когда вот такие хорошие парни вынуждены горбатиться ночами, пока недозвёзды гребут деньги лопатами, когда такие, как она, боятся каждого нового дня, ведь он может принести новое разочарование, новый отказ или провал, свалились на неё разом, не давая вдохнуть. Первые рыдания вырвались из груди Джо, и она поспешно спрятала лицо в ладонях, чтобы не позориться перед Лео ещё больше. Но он отстегнул оба ремня безопасности, привлекая её к себе. Он аккуратно поднял её лицо, вытирая слёзы большими пальцами и тихонько дуя на горячую кожу.
– Ты не никто, Джо. Помни это, повторяй себе каждый день. Ты очень талантливый и хороший человек. Всё получится.
Он смотрел в её глаза, и в этот раз Джо не чувствовала себя так, словно он хотел вынуть её душу. Наоборот, сейчас он вкладывал в неё что-то огромное, тёплое и важное – надежду.
– И у вас, Лео. Всё получится.
Они ещё немного посидели в машине, давая Джо время успокоиться. Лео не выпускал её из объятий, но в этом не было ничего пошлого или волнующего – это было единение очень похожих людей, которые отлично понимали друг друга. Кажется, Джо не потеряла этого человека, как казалось после интервью, а всё-таки нашла.
Утром, после ночи, проведённой в доме Лео, Джо решилась на очень важный шаг. После внезапных откровений её желание помочь «LADE» возросло во сто крат, и она знала, что может сделать, кроме обещанных текстов. У неё был свой счёт, достаточно приличный, да и на радио платили неплохо. Плюс у неё был целый год впереди, когда эти деньги ей не понадобятся. Зато были люди, кому они точно принесли бы пользу. Попрощавшись с Лео, Джо не поехала домой. Ещё вчера она расспросила ребят – как бы между прочим – о той самой репетиционной базе, а утром за завтраком успела договориться о встрече с хозяином. И вот, спустя несколько часов, она стояла на пороге гаража Рокстеров, где «LADE» только начинали свою репетицию.
– Ты решила переехать в Стоквуд? – спросил Лео довольно беззаботно, но то, как он всматривался в её лицо, говорило о беспокойстве.
– Я решила, что вам пора переехать отсюда, – она помахала бумагами, а потом протянула их Дому, стоящему ближе всех. Наблюдать, как меняется его лицо, было сплошным удовольствием – Джо чувствовала себя окрылённой от правильности сделанного.
– Она сошла с ума! – пробормотал Дом, отдавая бумаги брату. – Ты рехнулась, Джо! Это слишком, мы не можем…
– Аренда базы?! – возглас Адама вышел слишком громким.
– Именно. И отказы не принимаются. Скажем, это моя инвестиция в подающую надежды группу. Полгода она ваша, а там, может, уже и не понадобится моя помощь.
– Так ты теперь наш спонсор? – растерянно спросил Итан.
– Можно, я лучше буду другом?
И под звенящий по всему гаражу смех Лео подхватил её на руки и закружил. Ребята подтянулись, когда её ноги снова коснулись пола, устраивая групповые объятия, – и не было людей счастливее этих пятерых в тот момент.
Джо попросила никому не рассказывать о том, что она сделала, и вообще о её пребывании в Стоквуде. Ребята если и удивились, то ничем себя не выдали. Сегодня как раз должна была состояться премьера клипа и ролика, смонтированного Джо, – именно по этой причине они и собрались у Скай. Но вместо дружеского вечера всё превратилось в карнавал лжи, тайн и болезненных ударов. И нужно-то было всего ничего – сообщение, которое вместо Джо прочла Эмма.
Им не составило труда сложить все части пазла: её командировку, о которой Джо предпочитала не говорить, внезапные новые задачи для «LADE», сообщение от Николь, которая в тот день постила фото из гаража Рокстеров, – Эмма знала всё о своей потенциальной сопернице. И теперь они хотели разорвать её на части за предательство, в то время, как сама Джо закипала от злости на них.
– Вы вынудили меня поступить так. И Никки – не враг, мы обе работаем для «LADE», мы должны быть заодно. Как и вы, раз называете себя друзьями. Но вам же важны только вы сами, ваша идиотская любовь, – она посмотрела на Эмму, затем перевела взгляд на Скай, – похоть и страхи!
Завершила свою тираду она прямо в лицо Мейси. Бретти пугливо высунул мордочку из дома и тут же спрятался, здраво оценив ситуацию.
– А тебе – твоя правильность и святость. Очнись, Джо, ты не лучше нас. Может, даже хуже, ведь не признаёшь того, как погрязла…
– Да идите вы! – Джо выбежала из дома Скай, не желая больше смотреть на то, как её обливают грязью самые близкие люди. Спрятавшись от мира в Крошке Би, она достала телефон, мигающий оповещением о новом видео на канале «LADE». Джо включила клип, едва дыша, и наблюдала за ребятами, за ними – счастливыми. А сейчас она была полностью разбита и невыносимо одинока.
Лео в сообщении передразнил её слова после концерта.
Ответила она, захлёбываясь рыданиями.
– Эпично, – повторила уже с иронией Джо, разглядывая фото, где они вчетвером сидят на заброшенной штрафстоянке. Казалось, это было миллион лет назад, когда дружба ещё что-то значила для них.
Глава 8#Трещины
Ты сможешь победить,
Ни разу не сдавшись.
Ведь война – любовь,
И любовь – война.
– Ты без свиты? – Николь сняла форменный передник и села напротив Джо. Её смена только закончилась, поэтому ноги дрожали от усталости, а сил едва хватало даже на нормальный разговор.
– Ты о чём? – Джо уловила издёвку в голосе девушки, но не смогла сообразить, о какой свите идёт речь.
– О твоих подругах и сестре – вы же вроде везде вместе ходите.
Джо лишь приподняла брови: если бы они ходили везде вместе, как выразилась Николь, она не сидела бы в одиннадцать вечера вторника в забегаловке с идиотским непроизносимым названием. Но так как молчаливая война длилась уже почти полмесяца, она пришла сюда в надежде скоротать хоть один вечер не в одиночестве. А с Никки они нашли общий язык на фоне совместной работы и разного вкуса на парней, поэтому выбор пал именно на неё.
– Ты закончила? – Джо неловко сменила тему, и Никки кивнула в ответ. – Пойдём отсюда, а? Так себе местечко, уж прости.
– Дай мне две минуты – я сниму эту пропахшую бургерами дрянь, и мы свалим из этого ада.
Никки и правда вернулась буквально через пару минут. Она ненавидела это место всем сердцем, но за многочасовые смены не так уж и плохо платили, да и то, что работать нужно было не каждый день, её вполне устраивало. Они шли с Джо по ночному городу, обсуждая результаты своих стараний для «LADE», и весь этот разговор был таким лёгким, простым и нужным им обеим. Джо завернула в парк, нашла ближайшую скамейку и забралась на неё так, чтобы сидеть на спинке. Николь повторила её манёвр и достала из рюкзака пачку чипсов и две банки газировки:
– Всё, что смогла утащить, – извинилась она.
– А ты крута! – обрадовалась Джо. Она, довольно улыбаясь, открыла свою банку и сделала несколько глотков. – Очень крута.
– Ты тоже ничего.
– О, какой прогресс! Я уже не большеглазая девка? – подколола её Джо.
Никки подавилась газировкой так, что из глаз брызнули слёзы. Она принялась тяжело дышать, откашливаясь, пока Джо тихонько причитала:
– Почему я вечно пытаюсь кого-то убить по неосторожности…
– Я не первая? – всё ещё пытаясь прийти в себя, поинтересовалась Никки.
– Пару недель назад я чуть не убила Дома щекоткой… О чёрт, это звучит ужасно! Ничего такого, Никки, ничего такого. Можешь снова называть меня большеглазой девкой.
– Вообще-то я говорила о твоей сестре, и там была большеглазая рыба. И это тоже звучит паршиво, так что мы квиты.
Они чокнулись напитками, продолжая наслаждаться тёплой летней ночью. Осень уже подбиралась к их городу, сминая листья, вытягивая жизнь из тонкой, уставшей от жары травы. Август напоминал, что скоро жизнь пойдёт по новому витку, ведь вместе с летом уходят беззаботность и ощущение безграничности пространства. Сентябрь словно опускает тебя на землю, возвращая в маленькую, заполненную делами и дождями реальность. Задумавшись обо всём этом, Джо поймала себя на том, что невольно разглядывает тату на шее Николь.
– Почему «Tricksters»? Ты говорила, что уже много лет их фанатка…
– Они спасли мне жизнь, – просто ответила Никки, но от этой фразы у Джо волосы дыбом встали на затылке.
– Это как? – Она тут же спохватилась: – Нет, если это что-то личное, то можешь не говорить. Я тут так бесцеремонно лезу…
– Ничего. – Никки буквально скатилась со спинки скамейки, устраиваясь с ногами на сиденье. В этот раз уже Джо повторила её позу, ожидая не самого приятного рассказа. – Мне было пятнадцать, когда отец заболел. Примерно тогда же моя лучшая подруга вскрыла себе вены. Да, стандартная такая история для подросткового чтива или сериала, не находишь? – Она усмехнулась, но эта усмешка больше походила на нервный всхлип. – Я правда думала, что нахожусь в каком-то паршивом шоу. Вот только в телике всё решается само собой: подруга внезапно оказывается жива, отец волшебным образом выздоравливает за месяц, а у тебя в жизни появляется кто-то, кто помогает пройти через всё это дерьмо. Но я же была в реальности, так что всё становилось только хуже. Я думала, что сойду с ума. Не понимала, что случилось с Алекс, почему ещё вчера мы болтали с ней, а сегодня я сижу на её похоронах. Почему? Зачем? Как я не заметила? А дома творился настоящий ад: мама выглядела так, словно это она болеет, папа мучился, но пытался держаться. И всё это свалилось на меня одновременно, в пятнадцать лет, когда лишний прыщ на лбу выглядит как трагедия, не то что вот это всё… Сейчас проще говорить, когда папа на стойкой ремиссии, а за пять лет дыра от потери Алекс слегка подлаталась. Но тогда… Я сутками бродила по городу, просто потому что не могла находит