Скай очень тщательно готовилась к Кону хотя бы потому, что в первый раз она была частью команды, а не фанатом в очереди на оплаченное фото. Мамочка выдала им с Фели именные бейджи и раздала задания. Скай координировала фанатов на фотостенде, но это было не главное. Она наконец-то официально познакомилась с Энди. И хоть они виделись десятки раз до этого дня, теперь он точно знал её имя и улыбался своей самой невероятной улыбкой. Он даже не стал пожимать ей руку – сразу обнял. И в то мгновение Скай поняла, что никогда и ни при как обстоятельствах не отдаст это место Фелисити. И ещё кое-что она тоже для себя поняла: списывать со счетов Альди было слишком рано. Теперь, когда она могла видеть их вне камер, всякие мелочи отчётливо бросались в глаза, и они говорили куда больше, чем сами Энди и Альма того хотели. Разница в их поведении на сцене и вне камер просто кричала о том, что всё было очень непросто в этой истории и далеко не так, как подавали это СМИ. В довершение Скай получила слишком много внимания от фандома в связи со своим новым статусом – и процент ненависти был достаточно велик. Она тогда вспомнила Джо, которую донимали фанатки «LADE», но тут-то масштабы были гораздо серьёзнее. В общем, Скай вернулась домой в полном раздрае. Ей нужно было придумать стратегию поведения, чтобы расположить к себе фандом. Да и Мамочка надавала им заданий, как и обещала. А ещё Скай не могла отделаться от мыслей по поводу Альди и поэтому снова погрузилась во все фандомные теории, огромные посты с анализом чуть ли не каждого шага Энди и Альмы. Если бы она не поссорилась с Джо, то та вполне могла бы молчаливо выслушать все её догадки и планы, подсказать, где Скай неправа, а где – попала в точку, но она не разговаривала с Джордан уже больше двух недель. И не потому что очень злилась, а просто потому, что Джо всё знала. И хоть она старалась скрыть это, Скай прекрасно понимала, что её лучшая подруга знала о настоящем предательстве, в отличие от того, в котором они обвинили её. Эмма была настолько погружена в общение с Домиником, что это была единственная тема, которую она могла обсуждать. А Мейси слишком далека от всей этой фандомной жизни. Поэтому Скайлар пыталась справиться со всем сама, чем откровенно бесила Троя. Он и так был в смятении от её странного поведения, злился из-за поездки на Кон, так ещё и вечная занятость девушки явно не прибавляла очков в копилку Скай.
И вот сейчас она избивала руль собственной машины, проклиная всё и всех. Себя, маму, Троя – за то, что он такой идеальный, и она никогда не сможет соответствовать ему; Джо, которая поддалась на их глупые нападки; Адама, который пару часов назад прислал очередное фото и был на нём так горяч, что Скай долго не могла думать ни о чём другом, кроме как об этих невероятных губах.
Все и всегда считали её жизнь идеальной: она никогда не думала о деньгах, не стремилась к какой-то сложной карьере, наслаждалась молодостью, много лет держала при себе самого классного и отчаянно влюблённого парня в городе. А ещё у неё никогда не было родительского контроля, зато были прекрасные подруги. Скайлар Мэй Винтеро смотрела на всех сверху вниз, улыбаясь и потягивая самый дорогой коктейль в баре. Но была ли она счастлива? Сейчас – точно нет. Вся её жизнь пошла мелкими, отвратительными трещинами, и они не сулили ничего, кроме полного краха. Скай уже слышала этот отдалённый грохот, чувствовала запах пыли и скрип песка на зубах. Глубоко вдохнув, она закрыла глаза, мысленно считая до пяти.
Раз – она получит пост Мамочки.
Два – она не подведёт Троя.
Три – она не станет больше расхлёбывать мамины проблемы.
Четыре – она вернёт свою лучшую подругу.
Пять – ни одна трещина никогда не станет серьёзным разломом.
Скайлар открыла глаза, чувствуя, что способна на всё. Не в первый раз она вытирает слёзы и идёт дальше отвоёвывать свой кусок счастья. Если все вокруг думают, что её жизнь – идеальна, то она никому не даст в этом усомниться, даже самой себе.
Скай завела машину и развернулась – теперь она готова ехать к Трою. И пока она всматривалась в дорогу, её телефон завибрировал, оповещая об очередном сообщении от Адама Рокстера.
Джо с трудом высидела день на радио – в голове то и дело крутились строчки новой песни, которой ночью поделился Лео. Да и весь вчерашний разговор то и дело всплывал яркими вспышками, заставляющими её то краснеть, то задумчиво грызть кончик карандаша, то улыбаться, как полнейшая идиотка, пока Крис вещал о совсем не смешных вещах. Лео отписался, что они сегодня на базе и с ними Никки, – Джо даже слегка огорчилась, что не могла поехать с ней. Всё-таки услышать новую песню очень хотелось. А ещё посмотреть в глаза Лео, чтобы понять наконец, какую игру он ведёт. Но работа была важнее, поэтому Джо отчаянно считала минуты до того, как сможет перестать изображать увлечённость и заинтересованность. Она уже представляла, как приедет домой и прочитает несколько особо интересных отзывов о видео и её статьях, которые ей накануне отправила Никки, но, уже подъезжая к дому, поняла, что её планам не суждено сбыться. На тротуаре сидел не кто иной, как Артур, и это явно не предвещало ничего хорошего. Джо припарковала машину у гаража и вышла навстречу этому симпатичному, но определённо не слишком приятному парню.
– Артур, – она постаралась вложить в это слово и приветствие, и вопрос о том, что он тут делает. Он сморщился, и Джо внутренне позлорадствовала.
– Джордан, – в тон ей ответил парень, явно не зная, с чего начать. Хотя, нужно отдать ему должное, держался он так, словно это она стояла посреди его двора, появившись без предупреждений и приглашений.
– Если Мейси и у нас – то я об этом ничего не знаю. Но ты можешь войти.
– Я пришёл поговорить с тобой. – Как же сложно давались ему эти слова. Просить помощи, да ещё и у девушки, которая насмехалась над ним перед его лучшей подругой, – это выглядело почти как подвиг. Ну, или по меньшей мере, казнь.
– Не думаю, Артур, что у нас есть общие темы.
– Одна – точно есть. Я хочу поговорить о Мейси.
– Радуйся, ревнивый засранец, мы в ссоре. Я не общалась с ней уже недели две.
– Так вы её всё-таки бросили? – надменно произнёс Арти, чем совершил самую большую ошибку. Джо моментально подлетела к нему и едва сдержала себя, чтобы не отвесить этому идиоту оплеуху.
– Слушай, вот не тебе сейчас об этом говорить, понял? Сколько ты над ней издевался, а? Сейчас не мы её бросили, а они поссорились со мной, так что у Мейси все ещё есть Эмма и Скай. А раз ты не в курсе, то, я так понимаю, твоя эгоистичная задница продолжает игнорировать единственного достойного внимания человека?!
Неожиданно Арти опустил глаза и промолчал на все её обзывательства. И хоть придушить его хотелось больше, чем помогать, Джо знала, сколько он значил для Мейси. А если не побоялся прийти к ней, переступил через свою раздутую гордость, значит, для него она значила не меньше. Джо сжала зубы, издала какой-то непонятный звук отчаяния и хлопнула Арти по спине:
– Пошли поговорим, раз уж ты решился прийти.
Она уверенно зашагала по дорожке на задний двор – идти в дом не хотелось. Во-первых, там действительно могла оказаться Мейси. Во‐вторых, там точно была Эмма, а вот с ней пересекаться Джо не хотела. Сестра настолько искусно её игнорировала, что Джордан порой и сама задумывалась, существует ли она на самом деле. Арти понуро шёл следом. Они опустились на траву под большим деревом так, чтобы из окон второго этажа их не было видно за ветками.
– Ну, рассказывай, – без вступлений предложила Джо.
– Мы с Мейси… немного в ссоре.
– Э нет. Рассказывай сначала, дружок. С того вечера, как ты забирал её от Скай. Или ещё раньше?
– Это немного личное, – заявил он, смотря на Джо с укором.
– Вон там – калитка, можешь быть свободен. – Она пожала плечами, поднимаясь с земли. Тратить время на уговоры и кокетство она не собиралась.
– Ладно, подожди! – Арти дёрнул головой, словно отгоняя назойливое насекомое.
– Поглядите-ка, он мне ещё одолжение делает! – Джо вернулась на место, поворачиваясь прямо к Арти. – Давай сразу договоримся: ты можешь задирать нос и командовать при Мейс, но со мной это не пройдёт. Хочешь говорить – говори.
Арти сжал зубы, превращая губы в тонкую бесцветную линию, – ему явно хотелось ответить Джо, но он держался из последних сил. Помолчав немного, он всё-таки начал свой рассказ:
– Мы с Маргарет давно дружим. И хоть её мама терпеть меня не может, я никогда не отказывался от этой дружбы.
– До настоящего времени, да?
Арти смерил её почти ненавидящим взглядом и продолжил:
– Она всегда была смешной и застенчивой, но когда мы подсели на комиксы… её стали сторониться и гнобить, в отличие от меня. Мне было легче заводить друзей…
– И это самое удивительное в этой истории, – саркастично уточнила Джо, складывая руки на груди.
– Ты не помогаешь, – холодно констатировал Арти.
– И не собиралась.
Артур тяжело вздохнул, явно про себя решая, стоит ли сбежать отсюда поскорее или всё-таки добиться того, ради чего пришёл. Видимо, второе победило.
– В общем, со временем я остался единственным другом Мейси. Мы сочиняли комикс на двоих, могли часами обсуждать супергероев и вообще проводили всё свободное время вместе. Она ведь замечательная. Не знаю, заметили ли вы, но она очень добрая. А ещё доверчивая – этим не раз пользовались не самые лучшие люди и оставляли её одну в слезах.
Джо наблюдала за тем, как менялось лицо Арти, когда он говорил о Мейси: цвет глаз менялся с холодного стального на мягкий серый, складки на лбу распрямлялись, уголки губ приподнимались, превращая заносчивого ворчуна в обаятельного молодого парня.
– А потом она подсела на этих плейбоев. И ладно бы просто слушала, так она ещё с вами на концерт поехала!
– И что в этом плохого? Развеялась, познакомилась… – недоумевала Джо.
– Ты разве не понимаешь? Сейчас эти плейбои милые, потому что известны в парочке городов. И они держат вас близко, но что будет потом? Когда или если они станут популярны? Мейси опять останется на обочине жизни. Как и после вас…