– Какая новая песня, ты о чём? – Джо не могла уловить нить разговора – всё её внимание было приковано к дороге, которая в обычный рабочий вторник оказалось достаточно загруженной.
– Ребята выпустили новую песню только что! И она потрясающая! Ты просто обязана послушать её, сис! Она… мне кажется, она о тебе!
Джо не знала, сколько правил она нарушила, тормозя так резко и съезжая на обочину. Сбросив звонок Эммы, она тут же открыла «твиттер» и увидела десятки сообщений в ленте о новой песне.
«В День рождения принято дарить подарки. И мы дарим самое дорогое, что у нас есть» – гласила подпись над ссылкой. Джордан на секунду замерла – слова сестры не выходили у неё из головы. Когда же первые аккорды зазвучали, она откинулась на сиденье и закрыла глаза, пытаясь просто слушать, но не вслушиваться. Вот только песня говорила сама за себя:
Our words are sharp as blades
And we are made from mistakes.
Tell me what we’re fighting for,
My curse and blessing.
Who we’re, tell me, to each other:
Lovers, friends or strangers. Darling,
I am scared to be all yours,
My curse and blessing.
Остановить машину было лучшим из возможных вариантов – Джо не то что вести не могла, она забыла, как дышать. Забавно, что тот самый главный вопрос, который она мечтала задать, – звучал голосом единственного человека в мире, знающего ответ. Она была так потеряна, что забыла и о дне рождения, и о том, куда она ехала, – всё вдруг стало таким мелким и несущественным… Белый шум и стук крови в ушах. И бесконечно звонящий телефон.
– Ну как?! – Эмма была на взводе, словно спрашивала о своей собственной песне. Джо пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы ответить:
– Отличная песня. Мальчики растут, звучит потрясающе. Уже хочу услышать вживую!
– О да! Но я не об том! Сис, она же о тебе, да?
– Эмс, угомонись. Она может быть ни о ком вообще. Или о ком угодно – например, об Эве. Это было бы более логично, ведь…
– Между ними ничего нет! – твёрдо выпалила Эмма.
– Мы можем думать что угодно.
– Я знаю, – она неуверенно вздохнула и добавила: – Мне Лео сказал.
– Ты спрашивала его о ней?
– Насколько я знаю, ты – тоже, – парировала Эмма. – На фестивале я услышала его разговор с Эвой и хотела тебе написать. Но мы поговорили, и он объяснил, что они не встречаются. Он сказал, что я его друг, а другу он врать не стал бы. И знаешь, сис, я ему верю. Так же, как в то, что эта песня – о тебе.
– Вряд ли, Эмс. Я думаю, она была написана задолго до меня. И зная характер Честена, она может быть о любой девушке – он не может не воевать. Мне пора.
Джо сбросила звонок и открыла бардачок. Решительным движением руки она вытащила оттуда ключ и надела его на шею. Себе самой она уже ответила на все вопросы, пусть и не сказала сестре, как радостно выдохнула, услышав её слова об Эве. А ещё о том, что песня скорее всего действительно о ней. Будучи влюблённой по уши, она помнила каждое мгновение, проведённое рядом с Лео, каждое его слово. И то, как он назвал её проклятием, когда Итан – радостный от того, что она сняла им базу, – утверждал, что она – благословение.
Заглушив двигатель у базы, Джо закрыла глаза, выравнивая дыхание. Единственное, о чём она просила Вселенную, так это о том, чтобы Лео был в настроении поиграть в саркастический пин-понг, иначе она действительно умрёт у его ног, как и предрекала Эмма. Джо тряхнула головой и, подмигнув отражению, вышла из машины. Пока она доставала коробку с письмами, боковым зрением уловила какое-то движение слева. От базы к парковке двигалась не кто иная, как сама Эва: в коротком платье и шляпе, которая очень уж напоминала одну из коллекции Лео. Конечно, она не могла не заметить Джо: остановившись у своей машины, Эва смерила её надменным взглядом, нарочито поправила помаду, словно размазала её страстными поцелуями, и показательно кивнула, давая понять, кто здесь главный. Джо приторно улыбнулась в ответ, мысленно желая этой вульгарной особе всего «хорошего», слегка спустила с плеча кружевной широкий свитер, надетый поверх короткого топа и цветочной юбки в половину икры длиной. По сравнению с Эвой Джо была сама нежность и загадка, что не только повышало её самооценку, но и поднимало настроение. Они снова обменялись долгими взглядами, пока Эва не скрылась в машине и не покинула вечеринку.
Джо задорно улыбнулась, придерживая коробку коленом, закрыла машину и двинулась в сторону базы – сегодняшний вечер обещал быть хорошим.
– Доставку фанатской любви заказывали? – звонким голосом произнесла она, заходя внутрь – играла музыка, кто-то смеялся, в общем, пришлось постараться, чтобы быть услышанной.
– Джей Кей! – Удивлению Лео не было предела. Он пробрался через гостей к ней и всё никак не мог понять, как обнять её за этой огромной коробкой. – Ты вроде была загружена работой по горло…
– А ты не рад меня видеть? – Она махнула Дому, с которым договорилась заснять момент поздравления. Тот достал телефон, устроился рядом с ними, показывая всем замолчать. – Лео. Сегодня мне выпала честь поздравлять тебя от имени всех фанатов «LADE». За такой непродолжительный срок вы стали нам дороги и близки, вдохновили на многие решения и подвиги. И ты – в первую очередь. Та страсть, с которой ты отдаёшься музыке и зрителю, та самоотверженность, которая бурлит в тебе, те доброта и щедрость, любовь к миру, музыке и нам – всё это восхищает. Оставайся собой, смело иди вперёд и заставь весь мир полюбить тебя как музыканта. И вас – как лучшую группу.
Джо знала, что сказать. Она не особо готовилась – просто увидела его лицо и произносила слово за словом, которые возникали откуда-то из глубины её трепещущего сердца. И по взгляду его глаз понимала – всё в точку, всё именно так, как нужно.
– А чтобы мир поскорее лёг к твоим ногам, мы дарим тебе сертификат в музыкальный магазин – я даже боюсь вслух произносить название. Думаю, новая гитара никогда не будет лишней.
– Вы с ума сошли! Спасибо огромное! Я не заслужил таких подарков…
– Честен, не ломайся! И это ещё не всё. Вот здесь, – Джо потрясла коробкой в своих руках, – десятки писем от фанатов…
– Друзей, – поправил её Лео.
– Друзей вашей группы с поздравлениями. Думаю, тебе будет, что почитать, ближайшие пару недель. С днём рождения, Лео.
Шум снова возобновился, пока именинник забирал подарки, посылал воздушные поцелуи на камеру и благодарил всех за такое внимание. А потом он заключил Джордан в объятия, прижимая к себе слишком сильно для простой благодарности. Его шершавые губы прошлись по её щеке, оставив лёгкий след в уголке губ, а до слуха Джо донеслось тихое: «Спасибо. Ты лучшая, Джей».
Мир снова потерял чёткие очертания – жар прилил к щекам, а сердце грозилось вырваться из груди. Банально, но именно так – словно героиня подросткового романа – чувствовала себя Джо. Она рассеянно кивала на приветствия, обнимала ребят и улыбалась в ответ на комплименты о её внешнем виде.
Если она считала, что вечер будет хорошим, то крупно ошибалась: он оказался великолепным. Спустя часа два Джо вышла на улицу – подышать и успокоиться. Они танцевали, хохотали и снимали безумные ролики на память. Пара пива вкупе с эмоциями кружили голову, а близость Лео напрочь отбивала желание думать.
– Я рад, что ты приехала. – В темноте вспыхнул огонёк, и табачный дым коснулся обоняния Джо.
– Я тоже рада, Дом. Странно, но я чувствую себя так, словно знаю вас всю жизнь и это тысячный праздник вместе.
– Просто тебя все любят.
– Кто бы говорил! – выпалила Джо, не думая о том, кому и что говорит. В полумраке Дом ссутулился больше обычного и затянулся. – Прости.
– Как она?
Дому не нужно было уточнять, о ком он говорит и почему вообще спрашивает.
– Такая сильная, что даже я удивлена. Но ей плохо, я это знаю.
– Видел, что они с Никки подружились…
– Ну, без тебя в этой истории не обошлось, скажу честно.
Дом хмыкнул, не зная, что сказать. И Джо воспользовалась этой заминкой:
– Песня потрясающая. У меня даже слов не хватает, а ты знаешь, что мой словарный запас огромен.
– Это всё Лео. Не знаю, как ему удаётся писать такие тексты о любви – у меня всё больше о жизни выходит.
– А это не одно и то же? Любовь, жизнь…
– Абсолютно нет. Одно без другого сложно представить, но это не одно и то же, Джо.
– Какой ты умный вымахал! Пойдём уже. – Она обняла Дома за талию, увлекая за собой в пучину веселья.
Когда их осталось всего пятеро, Джо полулежала в кресле-мешке, обсуждая то, что выпустить песню в такой день, – отличный маркетинговый ход. Фанаты всё сделают сами, чтобы поздравить Лео, но постфактум стоит написать пару материалов.
– Я потом составлю вопросы – такие, чтобы о музыке. – Она лениво зевнула, прикрывая рот ладошкой. – Пока ещё вы можете говорить об этом.
– На что ты намекаешь?
– На то, Адам, что я просто уверена в вашем успехе. А это – лейблы, менеджмент и куча грязи.
– Грязь нам совсем ни к чему, – отозвался Итан.
– Но это не вам решать. Когда вы подпишете контракты, от прошлых ребят из Стоквуда ничего не останется. Люди любят истории, образы, драмы и сплетни. И менеджмент будет кормить этим ваших фанатов сполна.
– Ты слишком пессимистична.
– Я буду крайне счастлива ошибаться, Лео. Но вот такими, как вас вижу я, никто не увидит. А жаль. В простых разговорах и спонтанных съёмках столько истории, музыки и творчества, настоящих и живых. Вот такими музыкантами и людьми вас должны видеть… – Внезапно она выпрямилась, хитро поглядывая на ребят. – А что, если нам снять фильм о вас?
– Фильм?
– Да! С тем, что вы хотите рассказать людям, со смешными и серьёзными моментами с репетиций и выступлений, с маленькими интервью и акустическим сетом ваших песен.
– Мне нравится даже то, как это звучит! Джо, ты уверена?
– Конечно! Это будет круто! Бэкстейджи со съёмок и количество их просмотров говорят сами за себя. Ну, а я представлю это как проект для получения стажировки.