(Аплодисменты. Голоса: «Правильно!»)
Граждане, не раз многие из вас говорили, да и кто из нас этого не говорил, что перед Россией в настоящее время стоит, между прочим, великая задача развития ее производительных сил. Вы согласны с этим? Мы, социалисты, тоже согласны. Совершенно очевидно, что страна, производительные силы которой стоят на низкой ступени развития, эта страна, конечно, не способна ни к политическому, ни к экономическому, ни к социальному прогрессу. (Аплодисменты. Голоса: «Правильно!») Да, необходимо широкое развитие производительных сил. Это должно быть программой, которую ставят перед собой все те, которые, с той или другой стороны, имеют отношение к общественно-производительному процессу. Но, граждане, всякий должен понимать, и, надеюсь, всякий понимает в настоящее время, что во всякой передовой стране самой могучей, самой драгоценной, единственной незаменимой производительной силой является ее рабочий класс, ее трудящееся население. (Справа возгласы: «Правильно!»)
И если России в самом деле суждено поднять свои производительные силы на уровень передовых стран Запада, то это может случиться только в том случае, если широкая система социально-политических реформ выведет ее рабочий класс из того жалкого положения нищего-раба, в котором он находился до сих пор, к своему собственному горю и к позору всей России, и подымет его на уровень жизни рабочих самых передовых стран. (Возгласы: «Правильно!») Для этого необходим, повторяю, целый ряд широко задуманных реформ. Если вы, представители торгово-промышленного класса, пойдете с открытым сердцем по пути этих реформ, я утверждаю, что перед вами откроется путь чрезвычайно плодотворного соглашения с сознательными элементами рабочего класса.
Теперь, товарищи, позвольте обратиться к вам, налево. И если то или другое не понравится вам в моих словах, то прошу вас спокойно выслушать меня, ибо если бы оказалась ошибка в моей речи, вы должны сказать себе: человек, сорок лет работавший под революционным знаменем, может позволить себе роскошь некоторых частных ошибок. Товарищи, вспомните, когда печальной памяти Ленин на второй или на третий день по приезде своем в Петроград, выступив в Совете Рабочих и Солдатских Депутатов, доказывал, что рабочий класс вместе с батрацкими и крестьянскими депутатами должен немедленно захватить политическую власть в свои руки, — что вы ответили ему тогда? Вы, огромное большинство Петроградского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов, сказали: нет, этой программы мы не принимаем, ибо Россия переживает теперь капиталистическую революцию, а когда страна переживает капиталистическую революцию, то рабочему классу захватывать власть, полную политическую власть, совершенно неуместно. И один из вас, я не помню, кто именно (голос слева: «Церетели»), напомнил чрезвычайно глубокие слова нашего общего учителя Фридриха Энгельса о том, что для рабочего класса не может быть большего несчастья, как захватить полноту политической власти в тот момент, когда он еще не созрел для ее плодотворного употребления в дело. Неправда ли, эти слова были сказаны, и этим словам рукоплескало большинство Петроградского Совета? (Крики слева: «Правда!»)
Товарищи, раз вы стоите на этой точке зрения, раз вы понимаете всю политическую и теоретическую глубину этих слов, вы должны сообразно с этим определить свое отношение к торгово-промышленному классу. Не может быть такой буржуазной революции, в которой не участвовала бы буржуазия. Не может быть такого капитализма, в котором бы не было капиталистов. Это неоспоримо, это надо понять и сообразно с этим надо действовать. Раз нам предстоит еще пережить более или менее длинный период капиталистического развития, то надо помнить, что этот процесс является двусторонним процессом, причем на одной стороне будет действовать пролетариат, а на другой буржуазия. И если пролетариат не хочет повредить своим интересам, а буржуазия не хочет повредить своим, то и тот класс, и другой класс должны bona fide искать пути для экономического и политического соглашения. Позвольте мне, товарищи, напомнить вам вчерашние слова Церетели. Он произнес гордые и в известном смысле совершенно справедливые слова: «Вы говорите, что вы еще не знаете, за кем пойдет русский народ, но последние выборы (конечно, он имел в виду муниципальные выборы) своим исходом показали, что русский народ идет за крайней революционной демократией». Это действительно так, товарищи. И когда начнутся выборы в Учредительное Собрание, то, вероятно, русский народ, русские трудящиеся массы снова покажут, что они готовы идти за нашей крайней революционной демократией. Но, товарищи, что означает собою этот факт большого, в некоторых местах даже неожиданно большего успеха социалистов на муниципальных выборах? Этот факт означает, что мы все, революционеры и социалисты, подписали вексель на огромную сумму. Этот вексель был учтен рабочим классом и вообще трудящейся массой. Не может быть такого векселя, по которому не надо было бы платить. Точно так же и для вас, товарищи, настанет такое время, когда вам нужно будет платить подписанные вами политические векселя. Если вы совершили ошибку, которая заключается в изолировании самих себя, если бы вы не сделали всего нужного, чтобы привлечь к себе для совместной работы все живые силы страны, то вы не были бы в состоянии заплатить по этому векселю, не потому чтобы у вас не хватило доброй воли, воля-то у вас была бы, но не хватило бы силушки. (Голоса слева: «Правильно!» Аплодисменты.) И тогда, когда бы мы оказались перед трудящейся массой в положении несостоятельного должника, как отнеслась бы к нам трудящаяся масса? Она отнеслась бы к нам с «насмешкой горькою обманутого сына над промотавшимся отцом».
Признайте же, что вам безусловно необходимо столковаться с представителями торгово-промышленного класса. И помните, что, кроме этого класса и кроме пролетариата, есть еще целый ряд промежуточных слоев, которые будут восторженно приветствовать такое соглашение.
Мне хочется напомнить вам одну ирландскую легенду о двух кошках, которые дрались одна с другой так упорно и так жестоко, что от них остались только хвосты. И вам, представители крайней революционной демократии, и вам, представители торгово-промышленного класса, не надо быть сторонниками такой борьбы, благодаря которой от вас не осталось бы ничего, кроме хвостов. (Голоса справа и слева: «Верно, правильно!» Оживленные аплодисменты справа и слева.)
А. Ф. КЕРЕНСКИЙ. Государственное Совещание заканчивается. Временное Правительство, несмотря на все трудности и сомнения, которые испытывали многие перед этим совещанием, все-таки созвало его и в этом не раскаивается. Временное Правительство полагало и полагает, что даже если бы конкретно, реально близких результатов это совещание и не дало, то его огромное значение оставалось бы все-таки в том, что граждане государства Российского всех классов, партий и национальностей собрались и открыто высказали друг перед другом то, что они думают, то, что, по их мнению, нужно для государства в этот миг великой поистине опасности.
Да, нам трудно, потому что мы знаем силу человеческого невежества не только низов, но и всего русского общества, невежества не элементарного, конечно, а в вопросах государственных и в вопросах управления. (Возгласы: «Верно, правильно!») И мы знаем, что, может быть, мы падем под ударами. Это — совершенно внешне правдивое, потому что все факты действительны, но внутренне на неправде построенное нападение, потому что все, что было в прошлом, возлагают на последнего, который пришел только для того, чтобы это прошлое отбросить навсегда в безвозвратную даль. (Возгласы: «Правильно!» Аплодисменты.) И это линия средняя, это линия даже не средняя, это линия подлинно только линия, которая думает о государстве. Может быть, все те формы власти, о которых вы толкуете, и эта тоска об этой власти, давящей сверху, это — тоска о том самодержавии, которое вы уничтожили (возглас: «Будь оно проклято!»), это непонимание, что сила власти только в общественном мнении и в воле всего народа и что в каждой мере, связанной с жестокостью, она должна быть более осторожной, чем в жизни самого дорогого для себя существа, потому что нет дороже блага и нет дороже ценности, как родина и народ. (Аплодисменты.)
Завтра мы вернемся к новому тяжелому долгу, труду и службе государственной, завтра мы вернемся в наши обыденные условия. Сегодня же позвольте от имени Временного Правительства вам сказать, что никогда не погибнет наша родина и никогда никто не возьмет у нее свободы, которая завоевана всем народом.
Члены Совещания встают с мест и устраивают горячую овацию Керенскому, которая длится несколько минут. Возгласы: «Да здравствует революция!», «Да здравствует Российская республика!», «Ура!», «Да здравствует Керенский!»)
КЕРЕНСКИЙ. Объявляю Государственное Совещание окончившим свои работы и закрытым. (Возгласы: «Да здравствует революция!»)
Заседание закрыто в 1 час 20 минут ночи.
Смертельная опасность грозит делу революции: помещики и буржуазные партии готовят рабочим, солдатам и крестьянской бедноте кровавую расправу, собираются восстановить неограниченное угнетение и насилие над народными массами, целиком вернуть себе власть над ними.
В этот час правительство, называющее себя правительством «спасения революции», не выступает против контрреволюции, против партий, отстаивающих восстановление помещичье-буржуазной кабалы и требующих продолжения разбойничьей войны. Наоборот, оно призывает отъявленных контрреволюционеров на Государственное Совещание в Москву, обеспечивает им там подавляющее большинство, собирается окончательно договориться с ними и открыто опереться на них в дальнейшей своей работе. Клейменых врагов народа Временное Правительство всенародно признает спасителями страны, могильщиков революции объявляет ее живыми силами. Так Временное Правительство подводит итог всей своей политике, направленной на борьбу с рабочими, газеты и организации которых оно громит, на борьбу с солдатами, которых оно одарило восстановлением смертной казни, на борьбу с крестьянами, которым оно не дает земли.