— Я-то, когда на пересадочной забралась, надеялась съесть чего-нить, а на следующей смыться. Думала, это сетевой плаинер-развозчик, а он оказался частный. Заказ какой-то там Клатомены-чтоб-ей-с-балкона-навернуться-Брузской. Представляешь, дед, она своё имя постоянно кричала, когда по визору свой заказ проверять стала, а там я сижу. И так орала, так орала. Как будто у неё не имя, а команда для моего самоуничтожения.
А потом захихикала мерзко и сказала, что придумала для меня урок, — девочка замолчала, вспоминая пережитое, глотнула воды и продолжила. — Так вот эта мочалка верхолазная меня на подоконник высадила. Дед, я сопротивлялась, пока опекуны меня хватали, но, когда из кабины вытащили и на окно усадили, замерла. Думала, там и умру. Честно-честно!
— И прям на моё окно и усадили?
— Если бы! Тремя выше. Я, когда очухалась немного, вниз глянула, открытое окно заметила. Полдня спускалась.
Троян прикинул расстояние и понял, что сам бы на такое решился только в случае смертельной опасности, а для неё — это был именно такой случай. Девчонка немного успокоилась и сонно зевнула.
— Меня Троян зовут, а это Цапель, — представился мастер, а опекун кивнул. — А тебя как?
— Эрна.
— Так вот, Эрна. Бриксы я тебе сейчас на модус скину, но у меня есть к тебе предложение.
Девочка уставилась на него.
— А как ты… — а потом хлопнула себя ладошкой по лбу. — Ну конечно, это же твоя квартира. Ты меня уже давно отсканил.
— Так вот, предложение, — продолжил Троян. — Я травником работаю. Помощник в теплицу мне нужен. Согласна?
— И ты, дед, туда же. Не буду я «облака» толкать.
— Какие «облака»?! Нет! Травник я! — возмутился Троян.
— А! Фитохимик?
— Нет!
— Биохакер?
— Нет!
— Инженер-модификатор?
— Да нет же! — мастер вскочил от возмущения. — Травник! Трав-ник! Корни, стебли, соцветия, семена. Выращиваю, поливаю, ухаживаю и сохраняю в неизменном виде то, что земля родила. Без генетики всё! Натуральное! Изготавливаю мази, настаив…
Опекун похлопал Трояна по плечу и кивнул в сторону Эрны. Девочка спала, уронив голову на руки. Мастер подхватил её и отнёс на диван.
Цапель принёс плед, укрыл девочку и спросил:
— Сон-трава, ромашка и немного мяты. А нам что, нужен помощник в теплицу?
Троян провёл рукой над стаканом, из которого пила Эрна, жидкость из бесцветной стала бурой.
— Нет, конечно, — ответил мастер, — но ты посмотри на неё. Улица её сожрёт, уже пытается. А так…
Эрна сбежала рано утром. Троян слышал, как она брала продукты и уходила, но надеялся, что скоро вернётся. Не вернулась. Мастер ещё полгода перечислял ей небольшие суммы, но потом бриксы перестали проходить. Он надеялся, что девочка жива и просто сменила модус. Корил себя, что не остановил поутру, пока не встретил Эрну уже подростком.
Сейчас перед Трояном сидела женщина. Опытный боец, судя по модификациям и позе, которую она пыталась сохранить, несмотря на ранение.
— Знаешь, — мастер грустно хмыкнул, — ты отвлекла меня от горя. Я с отцом прощался в тот день. А ты подтолкнула к новому витку жизни.
— А ты мою испоганил! — Эрна сделала большой глоток, запивая обиду. — Я только выучила первые уроки улиц, а ты проявил доброту и заботу. А их нет! Умерли! Сдохли! Как и мне придется.
— Рассказывай, что случилось.
— Ах, как благородно. Дед опять спасает девушку в беде! — засмеялась, но закашлялась и сплюнула кровь на пол.
— Хватит, — голос мастера был спокойным, но жёстким. — Ты приползла сюда, потому что тебе больше некуда идти. Без опекунов. Серьёзно раненная. Ты в полной жопе и самой тебе оттуда не выбраться. Так что говори, зачем пришла, или вали подыхать в другом месте!
Эрна сникла. Поза стала расслабленнее, а модифицированный глаз сменил окрас с бордового на серый.
— Прости, дед. Ты прав, как всегда, — она даже улыбнулась немного. — И как всегда добр. Не знаю, чем я это заслужила. Но не могу тебя вслепую вляпать в историю. Должна рассказать, иначе это будет подстава, а я так не хочу. А потом сам принимай решение.
— Только дай рану сначала осмотрю. Не люблю истории без финала.
Эрна послушно расстегнула куртку и задрала футболку. Цапель принёс баночки и чистые бинты. Когда мастер срезал засохшие тряпки, девушка вскрикнула и смачно выругалась. Троян нажимал на края раны, трогал припухлость, осматривал выделения, потом обработал раствором, обмазал края раны мазью, смочил салфетку настоем и приложил. Эрна шипела, пока мастер монотонно бубнил, а его татуировки стали выразительнее и налились цветом. Когда он резко замолчал, девушке показалось, что в воздухе запахло хвоей, но быстро прошло. Троян вернулся в кресло.
— На несколько часов хватит, а потом нужно что-то намного серьёзнее. И к биомедикам ты обращаться не хочешь?
— Не могу. Официальные доложат в полицию, а там есть свои люди. А не официальные и есть свои люди, — с ухмылкой поведала Эрна.
Троян налил ещё настойки. Она не столько опьяняла, хоть и была на спирте, сколько обезболивала и чистила организм. Мастер расправил халат, сел с прямой спиной и скрестил руки на груди.
— Рассказывай, горемычная.
— История банальная, а я полная дура, — начала Эрна. — Я же, когда от тебя во второй раз ушла, решила работать. Прыгала с одного места на другое, а везде одно и то же: то бриксы не платят, то между ног лезут. Ну, а спустя полгода появился отчим. Просил прощения, каялся, зазывал к себе работать. Знала я ту работу, но на уговоры поддалась. Тебя вспомнила, а жаль.
Цапель подошёл к Эрне со спины и положил крыло на плечо. Это был жест поддержки, но одновременно он считывал состояние и мог предупредить, если бы оно ухудшилось.
— Но спокойная жизнь быстро закончилась. Недели через две один из его бойцов решил, что я буду хорошей пассией для него, совершенно забыв меня об этом предупредить. Когда этот пьяный кабан завалился ко мне, дабы получить желаемое, я применила несколько приёмов из тех, которым ты, дед, научил. Ну и вылетел он из комнаты со спущенными штанами, расквашенным носом и схватившись за яйца. Мне тогда страшно повезло, да и ребята из бойцов оценили характер. Стали замечать и на тренировки звать.
Эрна отпила из стакана и перевела дыхание. Говорить долго ей было тяжело.
— Вот и попала я в боевую группу. Вначале на подхвате да на шухере. Потом в младшей бригаде, потом в старшей, а потом уже была в элите. Элите! — Эрна хмыкнула и сплюнула на пол. — До недавнего времени я была правой рукой отчима. Генералом его банды. Мы держали несколько домов наслаждений, сеть забегаловок, доили торгашей, торговали оружием и «облаками», всем по мелочи. Но на каждую псину найдётся псина покрупнее. Мы стали слишком заметны и нам сделали предложение, от которого невозможно отказаться: или вступаем в семью, или нас убирают.
Пока Эрна рассказывала, Цапель недовольно сходил за тряпкой и теперь лапой вытирал с пола кровавый плевок, но перебивать замечаниями не стал.
— Отчим отправился на встречу. Меня не взял, что напрягло. Но встречу назначили в китайских банях, а там, если ты девка, то будь добра обслуживать. Когда он вернулся, сказал, что договорились, и мы переходим в семью. Договорились они, твари! — Эрна зарычала от злости. — Только меня предупредить забыли, что для закрепления договора семейный союз нужен. От семьи племянник босса, а от нас я, хоть не родная, но дочь. Ну и зачем меня спрашивать? Баба — она и есть баба, хоть боевая, хоть нет. И насрать, что многим жизнь спасла и спину прикрывала. Ни один не предупредил.
Ударила кулаком по столу, так что стаканы подскочили. Но боли явно не почувствовала. Горькие слёзы обиды скатились по её щекам.
— Я в тот день выпила, да и «облаков» немного приняла. Так, чтобы расслабиться. А этот племянничек решил ко мне подвалить. Пощупать товар до официальной сделки. Когда меня оттащили, главную мужскую щупалку я от него уже отделила, да и рожу раскрасила. Биомедики его, конечно, восстановят, но это оскорбление для семьи. И теперь не семейный союз, а моя голова является главным условием сделки. На меня охотятся все: и свои, и чужие. Они найдут меня. И у тебя найдут. Так что думай, дед, помогать мне или проще в окно вышвырнуть. Ты бы его хоть закрывал иногда, а то, кроме меня, мало ли, кто ещё залезет.
Эрна пыталась шутить, сказывались нервы.
— Опекуны твои где? — спросил мастер.
— Жита и Вита? — Эрна посмотрела на запястья. — Погибли девочки. Когда меня оттащили от того придурка, да объяснили кто, да что. Я сразу смоталась. Даже в схронку не сунулась. Вверх двинулась по районам, но они и там меня нашли. Модус я сразу скинула, так что те модификации, что не напрямую от нервной системы были запитаны, не работали. И если бы не девочки, то я бы раной в брюхе не отделалась. После той стычки только ты, дед, у меня остался. Вот и ползла полдня, шкерилась, но наверняка наследила.
Троян сидел спокойный, непонятно было, принял он решение или ещё обдумывает.
Облокотился на стол, постучал пальцем и сказал:
— Предложение только одно. Без торга и договоров, — Троян говорил и смотрел глаза в глаза. — Ты поступаешь ко мне на службу на двадцать лет. Договор закрепляем генновирусом. И тогда я тебя спасаю. Ответ только «да» или «нет».
— Дед, ты же знаешь, что я под ними четыре года прожила. И это был ад, а ты мне двадцатку впаять хочешь?
— Да или нет?
— Да. Да! Да-а! — прокричала Эрна и заплакала, закрыв лицо ладонями.
Троян встал, выдвинул ящик комода, достал внушительный шприц и с ним вернулся.
— Ты, старый чокнутый хер пойми кто! Ты это заранее знал? Готовился?
— Руку, — это была команда, а не просьба.
Нервно, почти срывая, Эрна скинула куртку и протянула руку. Троян взял её за предплечье, нащупал вену и медленно ввёл содержимое. Когда шприц опустел, девушка уже была без сознания.
— А что на самом деле ты ей вколол? — поинтересовался Цапель.
— Концентрат сон-травы и восстанавливающий коктейль. А теперь хватай её за ноги и тащим в теплицу мне на стол. Я ни смерти, ни этим уродам мою девочку не отдам!