— Будешь?
Альфероид показал на свой нагрудный датчик — полоска уровня смазки вплотную приблизилась к красной отметке.
— Что я только не делал, — начал сокрушаться кибероид. — Не хочет зараза вылупляться и всё тут!
Арт Ти несколько раз мигнул процессорной подсветкой и выпустил зелёный блинд — полупрозрачный сгусток фотонов, удерживаемый нейтринным полем.
— А инструкция к нему есть?
Гитик открыл ящик стола и протянул маленький пластиковый прямоугольник. Альфероид сконцентрировал фокус визуатора, пытаясь разобрать сверхмелкий текст.
— Фигня полная! — Гитик ткнул бутылкой в инструкцию. — Все операции по вылуплению должны синхронизироваться с числом двадцать семь. Ты веришь, что это не «липа»?
Арт Ти несколько раз качнул мозгокапсулой вправо-влево и мигнул индикаторами.
— Вот и я тоже не верю. Но другой информации по пификусу у меня нет, поэтому все действия согласую с этим долбанным числом!
Гитик бросил пустую бутылку в киберурну и недовольно хмыкнул.
Вычислительные мощности альфероидов заметно уступали кибероидным, но по части свежих идей им не было равных, что иногда даже вызывало зависть последних. Альфероид щёлкнул тумблером, активировав режим «творчество», и перезагрузил мозгокапсулу. Нагрудная панель погасла, затем засверкала зелёными огоньками.
— Раскачивать пробовал? — после некоторого раздумья произнёс Арт Ти.
Не медля ни секунды, Гитик подошел к пификусу и осторожно наклонил в одну, затем в другую сторону. Проделав операцию двадцать семь раз, отошёл и стал ждать. Никаких видимых изменений.
— Не хо-чет?
— Не хочет, — машинально ответил кибероид.
— А если немного подогреть? — вновь сгенерировал свежую идею Арт Ти.
Мысль показалась достаточно интересной, и Гитик достал из ящика инфракрасный излучатель. Включил на максимально безопасную для органической формы материи мощность и направил на пификуса. Прошло ровно двадцать семь секунд, но результата опять не было.
— Не хо-чет? — Арт Ти расстроено выпустил в потолок фиолетовый блинд.
— Не хочет! — кибероид швырнул в ящик излучатель и зло стукнул сжатым в кулак захватом по столу.
— А если он нас боится? — неожиданно спросил Арт Ти.
Гитик несколько раз прошёл по инкубатору вперёд-назад, остановился, а потом жестом пригласил альфероида выйти на улицу. Двери закрывать не стал, чтобы сканировать звуки в помещении. Прошло ровно двадцать семь секунд, но опять ничего.
— Не хо-чет, — Арт Ти уже не спрашивал, а расстроено констатировал факт.
— Сво-лочь! — то ли передразнивая Арт Ти, то ли по рассеянности закричал кибероид.
Сидящая на заборе стайка воробьёидов испуганно чирикнула, выбросив поток красных блиндов, и взмыла к небесам, оставляя за собой широкую полосу облачно-белого дыма.
— Может он не живой? — сам себе задал вопрос Гитик и сокрушённо обхватил манипуляторами мозгокапсулу.
— Нет, — уверенно ответил альфероид. — Неживой бы уже завонялся!
Эта мысль ранее не приходила Гитику в мозгокапсулу, и он вновь воспрянул духом. Запищал блок растранзакций, выдавший решение системы пространственных уравнений, но сейчас было не до него. Гитик переключил все вычислительные мощности на задачу о пификусе и погрузился в глубь киберсознания.
— Ты гений, у тебя получится! — подбодрил кибероида Арт Ти, вновь начав раскачиваться. На этот раз вправо-влево.
Гитик нервно прошёлся по синусоиде перед жилкапсулой, не забывая сканировать звукофон инкубатора.
Почтовый ящик на калитке противно зажужжал, и появилась лента сообщений. Гитик оторвал бумажную полоску и в ярости разорвал на мелкие кусочки.
— Ублюдки! Чтоб вы подавились!
— Что-то случилось? — Арт Ти перестал раскачиваться, его нагрудная панель заискрилась красным.
— Требуют срочно погасить кредит, — кибероид яростно пнул ящик, отчего тот издал жалобный писк и задымился.
— Могу одолжить, — предложил альфероид, вращая визуаторами.
— Зачем? Если вылупится дракон, то будет чем погасить кредит и ещё на жизнь останется! — Гитик сжал захваты и потряс ими перед мозгокапсулой Арт Ти.
— Ты его про-дашь?
Кибероид молча кивнул и вновь принялся вышагивать перед входом. На этот раз по экспоненте.
Арт Ти выбросил большой фиолетовый блинд и, развернувшись, побрёл к калитке.
— До свидания!
Гитик постоял двадцать семь секунд, затем догнал альфероида и схватил за манипулятор.
— Слушай, не уходи. Мне крайне нужна твоя помощь!
— Зачем? Ты ведь ге-ний, — Арт Ти обижено отвернулся и замолчал.
Кибероид не знал, что ответить. С одной стороны хорошо бы оставить существо себе, но с другой… Если он не продаст дракона, то нечем будет погасить кредит и тогда его засудят и отправят на долговые работы в один из бериллиевых рудников. А оттуда ещё никто не возвращался.
— Лад-но. Но обещай не продавать дракона без моего согласия.
— Договорились! — обрадовался кибероид, хлопнув Арт Ти по корпусу.
Они зашли в инкубатор и замерли перед пификусом. Яйцо выглядело точно так же, как и двадцать семь минут назад.
— Ситуация почти безвыходная, — обречённо произнес кибероид и сел на пол, вытянув конечности.
— Есть одна мысль. Я когда-то читал на бумажном носителе, — Арт Ти заискрился оранжевым и трижды повернулся вокруг своей оси.
— Делай, чего хочешь, — Гитик безнадёжно махнул манипулятором и поднялся. — Пойду ещё бутылку возьму.
Когда он вернулся, альфероид неподвижно стоял пред яйцом.
— Не хо-чет? — с издёвкой в голосе спросил Гитик, откупоривая ультрасмазку.
Арт Ти не ответил, продолжая гипнотизировать взглядом пификус.
Кибероид сделал большой глоток и, довольно крякнув, выпустил зелёный блинд. Изнутри яйца послышался глухой стук, по скорлупе поползли трещины, и она рассыпалась на мелкие кусочки. Посреди инкубатора стоял блестящий чёрный дракон. Глаза существа были закрыты, маленькие крылья сложены и нервно вздрагивали.
— Мать честная! — Гитик всплеснул захватами, выронив бутылку.
Его визуаторы бешено завращались, испещрив стену красными лазерами. Дракон открыл большие жёлтые глаза, тряхнул головой и огляделся по сторонам. Потом начал принюхиваться и, неуклюже ступая, подошел к альфероиду.
— Ма-ма, — дракончик ласково потёрся головой о манипулятор.
— Я ма-ма? — удивлённо спросил Арт Ти.
— Ма-ма, — подтвердило существо.
— Нет! Так не пойдёт! — кибероид схватил гвоздобит. — Он мой!
Дракон повернулся к Гитику и, открыв пасть, с громким шипением выпустил струю пламени. Кибероид резко отпрянул, потерял равновесие и грохнулся прямо в ящик с инструментами.
— Не на-до, — остановил дракона Арт Ти. — Он свой!
Существо захлопнуло пасть и послушно улеглось рядом. Альфероид ласково провёл по голове дракона манипулятором и тот довольно заурчал.
— Ма-ма!
— Мы так не договаривались! — обижено пробормотал Гитик, выбираясь из ящика.
— Но мо-жем, — предложил Арт Ти. — Я погашу твой кредит, выплачу деньги за пификус и открою секрет, как его активировать!
Гитик размышлял ровно двадцать семь секунд. И ровно через двадцать семь секунд вычислительная система выдала положительный ответ.
— Согласен, — вздохнул кибероид, махнув манипулятором и потирая ушибленный корпус.
Арт Ти подключился к Киберсети и через мгновенье утвердительно мигнул.
— Все средства переведены. Кредит погашен.
Он повернулся и побрёл к выходу. Следом, покачиваясь вправо-влево, шёл юный дракон с планеты Каменного Огня.
— Эй! А секрет? — опомнился Гитик.
Альфероид повернулся и отправил в потолок фейерверк оранжевых блиндов.
— Погладить. Его нужно было погладить. Вот так!
Он нежно провёл захватом по гладкой чёрной шее существа.
Дверь захлопнулась, с визгом включилась внешняя защита, а Гитик продолжал неподвижно стоять на месте, бормоча волшебное слово:
— Погладить, погладить, погладить… Чёрт! Как я сразу не догадался!
Он хлопнул захватом по мозгокапсуле, воткнул в гнездо штекер Киберсети и отправил короткий запрос: «Аукцион, пификус, покупка, продажа…»
Без связиАндрей Кокоулин
Ирка Телегина всегда выходит на связь со мной по рабочему графику. Это Анька Глебова или Жорик Сапковских могут напоминать о себе, когда им заблагорассудится, или вовсе откликаются лишь по запросу. Необязательные ребята. А Ирка — нет. У Ирки сказано: связь с оператором каждые три дня стандартного времени, все, связь с оператором.
Лететь к ней в тмутаракань, куда-то в сектор у созвездия Рыб, около двух месяцев дежурным транспортом центра. Сектор малоисследованный, устойчивых переходов к планетным системам кот наплакал. Можно на полгода застрять из-за флуктуаций и звездного ветра. А связь благодаря эффекту Гойца-Майрика и квант-ретрансляторам — мгновенная, с миллисекундной задержкой.
Словом, мы мило общаемся.
Я сажусь у монитора. Настраиваю камеру. Загорается зеленый огонек абонента.
— Это Игорь, — говорю я. — Код ноль-ноль-один, ЦСО «Кембер», системный оператор.
— Это ноль-один-два, автономный исследовательский модуль, «Гиба», — отзывается Ирка. — Прием.
— Как дела? — спрашиваю я.
— Хорошо, как всегда, — отвечает Ирка. — Прими отчетность.
Раньше мы обменивались, в основном, текстовыми сообщениями. Но это оказалось совершенно некомфортным для нас обоих. Ирка пишет быстро, я успеваю строчку обдумать и набрать, когда у нее уже готов текст на полстраницы. А потом печатные строчки часто не могли передать то, что мы друг к другу чувствовали.
Поэтому мы задействовали голосовой и визуальные модули. Визуал часто барахлит, но я привык, что Иркино лицо во время сеанса замирает или забивается полосами помех. Главное, я ее видел.
И слышал.
Голос у Ирки — с легкой картавинкой. Картавинка то пропадает, то появляется, и это придает ее речи особенную прелесть.
— Какой массив? — спрашиваю я.
— Семьдесят петабайт, если округлить, — отвечает Ирка. — В основном, исследования почвы, минеральный состав приполярных областей, наброски к морфированию.