— Этот… Э-э-э…
— Ну что ты мямлишь? И откуда синяк? Мне тут пассажиры первого класса жаловались. Это не на тебя ли, случаем?..
— Нет…
— А я думаю, что да. И, постой. Ты чья вообще? Из новеньких? Что-то я тебя не припомню…
Сомнение на лице типа было настолько явным, что медлить дальше было уже просто нельзя. Я вскочил с тележки, бросился на так и не понявшего ничего человека и взял его в захват, одновременно тыкая в руку автодоком. Первой мыслью было традиционно уже вколоть снотворное, запас которого удалось так удачно пополнить, но уже в процессе движения пришла идея гораздо лучше.
Среди препаратов, которые достались мне из очень странной аптечки Бобрикова, был один, подавляющий волю — серьёзно прокачанная версия «сыворотки правды», способная сделать из человека безвольную куклу.
— Не дёргайся, стой спокойно! Стой спокойно, я сказал! — дождавшись, когда моя жертва перестанет сопротивляться, я, наконец, отпустил его и отступил назад, взглянув во внезапно ставшие пустыми глаза. — Стой так, будто разговариваешь с девушкой. Веди себя естественно.
Он исполнил распоряжения в меру своего понимания. Получилось не очень, на мой взгляд, но придираться не стал.
— Кто ты? Должность, имя?
— Первый помощник по пассажирской части Филипп Никитич Арестантов.
— Ты сказал, что тебе жаловались пассажиры первого класса. Кто жаловался?
— Савелий Каевич Романцев.
— Кто он, куда летит и зачем?
— Он представитель рода Романцевых и командир сводного отряда космической пехоты, летит на Небесную Гавань. Зачем не знаю.
— Может, какие-нибудь слухи?
— Говорят, его послали с нами на тот случай, если беглый Огнев каким-то образом сможет прорваться в космос, обойдя проверки на Ирии.
— С Романцевым был какой-то коренастый тип, в костюме. Кто это?
— Лазарь Львович Парашаев. Представитель рода Парашаевых. Помощник Романцева.
— Какие у этих двоих способности?
— Савелий Каевич является вервольфом. Лазарь Львович — гравимант.
— Кто-нибудь ещё из владеющих есть на борту?
— Не имею такой информации.
— Что Савелий Каевич передавал насчёт инцидента с бортпроводницей?
— Просил её хорошенько выпороть и выгнать из команды.
— Вы собирались выполнить это распоряжение?
— Собирался.
— Вы часто так наказываете своих людей?
— Да. Желающих попасть в команду всегда больше, чем мест. Уровень сервиса, особенно для пассажиров первого класса, должен быть соответствующим.
— Понятно. Где на корабле можно спрятаться так, чтобы Романцев и его люди не смогли найти нас?
— Нигде. Будут досмотрены, одно за другим, все помещения.
— А каюты первого класса?
— Будут досмотрены.
— Но… Как же недовольство пассажиров?
— Из пассажиров первого класса на борту только Савелий Каевич и Лазарь Львович. Остальных настоятельно просили на время отложить поездки.
— Хм-м-м-м… Хорошо. Как можно получить доступ к системе управления спасательными средствами лайнера?
— Терминалы доступа располагаются рядом с местами посадки в спасательные капсулы.
— Вы имеете доступ к этим терминалам? Сможете активировать капсулу и управлять ею?
— Каждый член команды имеет доступ и может управлять капсулами.
— На лайнере есть какие-нибудь орудия?
— Нет, это гражданское судно.
— Капсулы можно запрограммировать на полёт по определённой траектории?
— Только ручное управление.
— Капсула, отделившись от лайнера, может подлететь к его дюзам так, что будет уничтожена?
— Капсулы специально отстреливаются в таком направлении, чтобы избежать этой возможности.
— Но после отстрела возможно изменить траекторию полёта так, чтобы направить капсулу именно на дюзы?
— Да, такое возможно.
— Отлично. Дай сюда коммуникатор… И веди нас к ближайшим спасательным капсулам. Но так, чтобы встретить как можно меньше людей по пути. Если кто-то встретится по дороге, веди себя, как обычно. Пошли!
Господин Арестантов молча развернулся и направился в сторону противоположную той, куда мы шли до этого. Яромира молча направилась следом, толкая за ним тележку. Я же, краем глаза посматривая по сторонам, полностью погрузился во взлом коммуникатора.
Когда получилось — скопировал на него образ со своего. Проблема возникла в перенастройке аппаратного блока, отвечающего за связь, но я поборол её, войдя в «режим разработчика» и полностью перепрошив начинку. После этого появилось два коммуникатора с абсолютно идентичными адресами, но пока мой оригинальный был отключён от сети, это не должно было вызвать негативных последствий. Кроме того, я очень долго колебался, копировать или нет настоящие коды доступа Огневых, а также уникальный идентификатор для входа в информационную систему поместья. Но решил всё же рискнуть.
От увлекательного процесса копания в электронных потрохах маленького, но такого сложного устройства пришлось отвлечься: навстречу вышли несколько членов экипажа. К счастью, они не обратили на нашу процессию внимания и даже ничего не сказали Арестантову, даже наоборот — замолкли, как только сблизившись с ним, и продолжили разговор только уже за нашими спинами.
Брошенные на Яру мимолётные взгляды мне показались сочувствующими. Видимо, репутация у первого помощника по пассажирской части была не самой приятной, а синяк под глазом поддельной «стюардессы» только добавлял картине правдоподобности.
Наконец, мы подошли к люку внешнего шлюза, возле которого располагалась выключенная панель управления.
— Что требуется для доступа в терминал?
— Ничего. Система распознаёт лица членов экипажа и автоматически даёт им доступ.
— Сделай это.
Арестантов подошёл к терминалу, который при его приближении тут же активировался, после чего я оттеснил первого помощника в сторону и зарылся в управляющие интерфейсы. Как и ожидалось, подсистема управления спасательными средствами хоть и являлась самостоятельной, но была интегрирована в общую корабельную информационную систему. После некоторых усилий, я слил себе на «настоящий» коммуникатор все коды аварийного доступа лайнера и полную карту его внутренних помещений.
После этого повернулся к Арестантову, вернул ему коммуникатор и сделал ещё один укол — для верности. Хотелось убедиться, что он не выйдет из подчинения в самый ответственный момент.
— Активируй ближайшую спасательную капсулу, — отдал я распоряжение первому помощнику по пассажирской части. Тот молча подошёл к терминалу, вбил нужную команду, и один из длинной вереницы небольших лючков с лёгким шипением раздраился.
— Подойди к активированной капсуле. Яра, давай с нами, — я взял тележку и пошёл следом за Арестантовым.
— Сколько времени надо на то, чтобы отстыковать капсулу и начать самостоятельный полёт?
— Немного. Не больше десятка секунд.
— Хорошо.
Я коснулся коммуникатора Арестантова и включил его, одновременно активируя специально написанный скрипт, периодически запрашивающий подключение к информационной системе поместья, но тут же обрывающий соединение.
Если меня продолжали выслеживать — а в этом я почти не сомневался — кто надо уже бежал с докладами или обрывал линии связи, докладывая начальству. Время пошло на секунды.
— Раздевайся. Потом пройди в капсулу. Отключи все внешние каналы связи. Отстыкуйся. Измени траекторию полёта так, чтобы гарантированно уничтожить капсулу в дюзах лайнера…
Последние распоряжения я говорил уже в спину Арестантова, который протиснулся в люк и задраил его за собой. Спустя секунд десять лёгкий звук возвестил о том, что капсула успешно отстыковалась. Дальше всё зависело только от силы действия препарата и от того, насколько он способен на самом деле подавить волю и инстинкт самосохранения.
Выйдя назад к Яромире, я взял вздрогнувшую девушку за руку — она хоть и заметила моё приближение, но моё прикосновение стало неожиданностью.
— Пошли. Скорее! Надо уйти до того, как сюда набегут любопытные.
Мы вернулись назад точно по тому же пути, по которому пришли к шлюзам, но по пути нырнули в одну из аварийных шахт. По ней спустились аж до трюма, прошли по нему почти в самый нос лайнера, и вновь вернулись на тот же уровень, с которого ушли — но сильно в стороне, у серверной. С помощью полученных кодов взломать ведущую туда дверь не составило труда, и мы проникли в мигающую лампочками и гудящую темноту.
Одновременно я следил через камеры наружного наблюдения лайнера за тем, как блестящая сигарета спасательной капсулы удаляется от него. Беспокойство крепло всё больше — была не исключена вероятность, что Арестантов выйдет из-под контроля, или даже просто внезапно скончается, хоть от той же передозировки — я ему для подстраховки всадил весь запас подавляющего волю препарата.
Я подстраховался от возможных последствий, в коммуникаторе был зашит стирающий всё и вся скрипт, запускаемый по таймеру. Вот только, наш план спасения от такого исхода накрывался железным астероидом.
Опасался я зря. Капсула вдруг начала менять траекторию, огибать лайнер… И, подлетев к нему сзади, прямо к дюзам, после яркой вспышки превратилась в рой разлетающихся во все стороны обломков.
Первый этап плана прошёл успешно. Второй зависел от того, поверят ли наши враги в мистификацию, и продолжат ли искать нас после такой демонстрации.
Глава 32
— Зар, что случилось? Всё в порядке?
Завершив небольшой «победный танец», я присел рядом с Яромирой, которая устроилась в уголке и смотрела на происходящее круглыми глазами.
— Всё в порядке, дорогая. Всё в полном порядке. Да ещё как!
Получив прямой доступ к информационным системам, буквально почувствовал себя слабовидящим, который надел очки и внезапно прозрел, или инвалидом, впервые вставшим на протезы. Мне открылись поистине огромные возможности, несравнимо большие по сравнению с теми, что были до этого.
Главным открытием, пусть и не очень неожиданным — нечто подобное я предполагал — стало то, что на «Королеве солнца» имелась сеть проводных камер наблюдения, заведённых прямо на главный сервер и запитанных от автономных генераторов. Их было очень сложно вывести из строя и практическии невозможно взломать извне.