Они неслись нам навстречу, мы — навстречу им. Корвет даже перестал стрелять, это было уже не нужно — ведь и так мы летели навстречу своей смерти. Александер перестал кричать и взывать к моему благоразумию, вместо этого решив перейти к решительным действиям и достал откуда-до из-под своего кресла громоздкий и нелепого вида обрез. Это было даже не смешно, тем более мгновенно оказавшийся рядом Луций тут же отобрал его.
Когда, казалось, столкновение неизбежно — я резко развернул нас и нырнул вниз, используя всё те же вынесенные далеко от корпуса на боковых крыльях маневренные двигатели. Одновременно дал полную мощность на кормовые щиты.
Первые из летящих торпед начали поворачиваться в нашу сторону и как раз попали в струю плазменного выхлопа. Несколько штук сдетонировали, остальные продолжили менять курс, заворачивая всё больше и больше на нас.
Взрыв почти полностью снял кормовые щиты — но они всё же выдержали. Кроме того, мы получили дополнительное ускорение, позволившее ещё больше оторваться от торпед — взрывная волна догнала корабль и, легко пройдя сквозь не предназначенные для гашения таких воздействий поля, толкнула нас вперёд.
Дав полную мощность на маршевые двигатели я ещё больше увеличил разрыв, и спустя пару секунд стало ясно — можно уже не бояться, торпеды нас не догонят.
На корвете это тоже поняли и начали по нам стрелять, пытаясь создать нечто вроде заградительного огня перед носом «Косатки», чтобы заставить нас потерять скорость и всё-таки поймать парочку-другую торпед. Но пушек на вражеском корабле было слишком мало, и я легко ушёл ото всех выстрелов — спасибо тактическому анализатору и Александеру, который оказал в этом деле неоценимую помощь, всё-таки взяв себя в руки и подсветив все возможные траектории.
Момент надо было использовать, и я вновь начал раскручивать реактор.
— Хосе, готовься! Двенадцать секунд!
Мощный рывок вперёд, несколько манёвров… Десять секунд… Одиннадцать…
Только в самый последний момент я резко развернул яхту носом к корвету, едва ли не пропустив момент. Одновременно разблокировал управление у Хосе и дал юнге команду стрелять, чтобы уже наверняка.
У него был крохотный отрезок в доли секунды, чтобы донавести пушку на ему одному известную уязвимую точку корвета и выстрелить. И он как минимум успел в отведённый отрезок времени нажать на спуск.
Как только палуба «Косатки» содрогнулась и вперёд вылетел сияющий мощный луч, я вновь резко ускорил корабль и начал маневрировать. Торпеды почти настигли нас, да и вражеские пушки всё ещё могли представлять немалую опасность.
Но последнего можно было не бояться. Уже на боковых экранах я увидел последствия нашего выстрела.
На месте, где ещё недавно находился грозный корвет Мироновых, разлеталось в стороны облако обломков.
— Сеньор! Мы сделали это!
— Погоди. Готовься стрелять…
Вновь ускорившись и оторвавшись от торпед как можно дальше, я развернул корабль носом к ним, подсветил маркерами целей и снова передал управление Хосе.
— Огонь по готовности… Начал!
На этот раз не стал играть с мощностью реактора — это нам было не нужно. Даже наоборот, выставил небольшое ограничение. Сейчас куда важнее была скорострельность.
Хосе отстрелялся, как в тире. Промазал только раз. И я уже включил щиты на полную мощность и готовился уходить от последней торпеды, но она оказалась сбита на подлёте, когда до нас оставалось меньше километра.
После этого я довернул «Косатку» к двум транспортам, которые остались теперь полностью беззащитными.
Уже какое-то время мигало оповещение о том, что нас вызывают… Но я его игнорировал.
— Хосе. Выноси им все антенны и аппаратуру связи. Но осторожно, не повреди сами корабли, хорошо?
— Как мне это нравится, сеньор!..
— Не спеши. Целься хорошо. Теперь нам ничего не угрожает, поэтому делай всё максимально аккуратно!
— Си, сеньор…
Лишить корабли Мироновых связи с внешним миром оказалось проще простого. Совсем не попортить их не вышло, но критичных повреждений, таких, которые поставили бы крест на дальнейшем использовании законных трофеев, удалось избежать.
Попросил Хосе демонстративно выстрелить совсем рядом с одним из транспортов, демонстрируя нашу возможность безнаказанно разнести обе посудины на атомы — и наше желание начать диалог. И активировал связь по прямому лазерному лучу, направив на рубку ближайшего корабля.
Там быстро сообразили, что я от них хочу, подключили соответствующую аппаратуру… И вскоре передо мной появилась голограмма усатого испуганного мужичка абсолютно штатского вида, который совершенно не походил на бравого капитана корвета. Видимо, для перевозки своих десантников Мироновы решили припрячь самых обычных торговцев.
Только голосвязь наладилась, капитан транспорта начал быстро тараторить что-то извиняющееся, но я прервал его взмахом руки.
— Что у вас на борту?
— Н-ничего… Оборудование…
— Я могу разнести вас несколькими выстрелами. Потом расстрелять спасательные шлюпки. Отвечайте честно и быстро! У вас на борту десантники, так?
Капитан транспорта явно не хотел отвечать и упрямо сжал губы.
— Хосе, — я демонстративно повернулся в сторону. — Продемонстрируй нашему капитану, что наша пушка может сделать с его кораблём…
— Стойте! Я скажу! Да, на борту группа десанта!
— Куда вы должны были их доставить?
— Был приказ — оказать помощь лапутам Белых, которые подверглись нападению…
— Когда вы его получили? Точное время? Когда корабли были загружены, когда вы вылетели?
— Это было двадцать шесть стандартных часов… — Капитан скосил куда-то глаза. — И шестнадцать минут назад.
Своими словами он ещё больше убедил меня, что захват лапут был спланирован сильно заранее, ещё до того, как я озвучил свои планы спутникам.
— Хорошо. Вы должны передать мне все пароли и коды доступа к внутренним системам корабля. Сделаете это — и я постараюсь сохранить ваши жизни… Иначе, пеняйте на себя.
Капитан очень не хотел этого делать. Но выбора у него не оставалось, и вскоре я влез в электронные потроха транспорта. Первым делом, полностью лишил команду доступа к управлению и заблокировал отсеки с десантниками. Последних оказалось ни много, ни мало, а двести пятьдесят человек, с оружием, в том числе тяжёлым, в полной экипировке, и при наличии почти сотни разнокалиберных боевых роботов.
Далее, забил в основной вычислитель транспорта маршрут — корабль должен был прилететь в сектор Белых и зависнуть над одной из лапут. Сажать такую толпу людей с оружием крайне не хотелось, как и брать на абордаж. Просто уничтожать их было тоже жалко. Само собой, сообщил о «подарочке» Струеву, и дал распоряжение — при любых подозрениях расстреливать без колебаний, но без необходимости не трогать и постараться просто не подпускать никого к нашему призу.
Проследив, что двигатели корабля включились и он отправился по заданному маршруту, направил «Косатку» ко второму транспорту.
На этот раз мне ответил человек в бронескафандре с затемнёнными свтофильтрами.
— Чтобы сохранить жизни, вы должны передать нам управление кораблём, и тогда мы постараемся пощадить вас…
— Катись в Преисподнюю, ублюдок Огневых! Мы не сдадимся!
— Тогда мы вынуждены будем расстрелять вас.
— Ты не посмеешь этого сделать, щенок!
Тяжело вздохнул.
— Хосе.
— Си, сеньор!
— Цель — капитанский мостик. Малая мощность.
— Но…
— Огонь!
После этого сеанс связи закончился, так как связываться стало не с кем. В одно мгновение непокорный транспорт превратился в груду бесполезного космического хлама.
Проследил, как от него отлетают спасательные шлюпки и устремляются в сторону второго корабля, с трудом пытаясь его догнать… И не стал им мешать.
— Сеньор! Я могу выстрелить по реактору, чтобы уже точно уничтожить корабль!
— Не стоит.
— Но почему? Его могут найти и восстановить…
— Его можем найти и восстановить мы сами. Кроме того там куча оружия, которое можно забрать — на шлюпки вряд ли влезло многое.
Глаза юнги загорелись.
— Мы будем высаживаться на подбитый корабль? Это будет первый в моей жизни абордаж…
Хотел сказать — что нет, что у нас нет достаточных ресурсов и, главное, времени. Но не успел. Корабль, о котором мы говорили, разлетелся тысячей обломков.
Глава 19
Увидев, как транспорт взрывается, юнга едва не взорвался сам.
— Карахо! Пон ту ункондо а ла кабеса! Ну что за свинство! Уж раз всё равно всё взорвалось, так дали бы лучше мне самому это сделать! Ну что за негодяи, а, сеньор! Пендехо! Разве так можно честных людей обламывать! Это должен был быть мой первый в жизни абордаж… Или второй в жизни уничтоженный корабль!
— Ну, похоже, эти замечательные ребята решили, что раз корабль больше не принадлежит им — так пусть не достаётся никому. Не хочешь с ними поквитаться?
— Конечно, хочу, сеньор! А как?
— Расстреляй шлюпки. Они ещё не пристали ко второму кораблю!
— Но… Это же спасательные шлюпки…
— Люди на них уже показали, что не готовы идти нам навстречу. Кроме того, надо показать остальным, что мы не шутим.
— Но…
Хосе сидел вполоборота ко мне и растерянно хлопал глазами. Я только усмехнулся в ответ на всё это.
Молча развернул яхту, сам подключился к управлению пушкой, и выстрелил прямо перед носом первой из шлюпок. Получив такой недвусмысленный намёк, она замедлилась, а после и вовсе остановилась. Остальные решили не искушать судьбу, и поступили так же.
После этого отправил запрос на создание канала связи. Всем шлюпкам сразу.
Передо мной появился почти десяток голограмм. Совершенно разные люди. Испуганные и решительные, смотрящие со скрытой надеждой и отчаяньем, с неприкрытой ненавистью и раздражением… Не было только равнодушных.
Не стал долго ходить вокруг да около, и сразу озвучил, зачем всё это затеял.
— Кто взорвал корабль? Если не скажете — расстреляю всех. Даю на обдумывание стандартную минуту!