Третьим было краткое сообщения от человека в окружении директора. Он занимал скромную должность, но доступ к информации у него был. Вообще-то ему не полагался выход непосредственно на наркома, разве что в чрезвычайных обстоятельствах. Как раз по этой причине соответствующее сообщение и легло на стол к Берия.
Чуть позже на свет появился протокол допроса лейтенанта Петрухина. Нарком прочитал его целых два раза и начертал резолюцию: 'Вызвать психиатров для освидетельствования.'
Дополнительный телефонный звонок от Странника выглядел в данной ситуации довеском, хотя по времени он был первым. Собственно, сразу же после него и последовало распоряжение задержать незадачливого лейтенанта и допросить его, но без мер физического воздействия. Одновременно ушел приказ задержать Влодзимирского, но до поры не допрашивать. Лаврентий Павлович рассудил, что перед допросом этого высокого чина понадобятся факты - и как можно больше.
Наиболее серьезной из забот наркома был выбор того способа, каким следует представить информацию Самому. Наибольшее опасение вызывала возможность того, что Сталин может узнать о случившемся из собственных источников, в существовании которых Берия не сомневался. И задача, таким образом, сводилась к следующему: доложить Сталину как можно быстрее, но так, чтобы не подставить себя под удар.
Очередным оврагом, пересекавшим гладкую дорогу, представляла собою лично майор (впрочем, ей скоро предстояло присвоение очередного звания) Осипенко. Полина Денисовна была сильно озабочена - настолько, что проявила запредельную настойчивость, добиваясь встречи с товарищем коринженером. И даже больше того: сам генерал-лейтенант Рычагов рядом с ней смотрелся чем-то вроде бесплатного приложения.
Времени она тратить не собиралась, а потому после положенного приветствия (все же товарищ Александров был куда старше по званию) этот достойный командир поперла вперед с неудержимостью новейшего танка:
- Вы, думаю, знаете, что нашу эскадрилью приказано развернуть в полк...
Коринженер кивнул. Он это, разумеется, знал.
- ...и потому нам бы надо привести матчасть в соответствие.
Сначала ответ выглядел образцом уступчивости:
- Разумеется, Полина Денисовна. Ваше требование вполне справедливо и будет удовлетворено...
Продолжение частично утратило эти свойства.
- ...однако вам предстоит решать и некоторые другие задачи. Если вы, Павел Васильевич, не выскажетесь против. А именно...
Теперь голос Сергея Васильевича был жестким, как рельс без нагрузки.
- ...помимо обучения новых экипажей работе с уже привычными вам Ми-28 и Ми-26 видится задача освоения других машин. Павел Васильевич, вот что предлагается, исходя из условий возможного боестолкновения...
На столешницу один за другим выкладывались листы. Посыпались вопросы:
- Так по скорости и по бронезащищенности они, считай, одинаковы. Чем же 'акула' лучше?
- В горах ее повышенная маневренность может сыграть роль, учтите также потолок...
- ...разница все равно невелика...
- ...выходит, все они рассчитаны на боевые действия над морем?
- Не так. Тридцать первая машина, вообще говоря, может использоваться и над сушей. Но имейте в виду, что...
- ...считаю нужным привлечь Валю Кравченко. У нее опыт не хуже любой из наших первого состава, а что касается знаний, то...
- ...не имеем права. Военнослужащий, комиссованный по ранению...
- ...можем, поскольку не на летную должность! Преподаватель, но со званием...
- ...если так настаиваете, то попробую...
- ...и еще: такое разнообразие моделей. Прям зоопарк.
- Ошибаетесь, Полина Денисовна, будут сформированы отдельные подразделения на разных машинах, предназначенные для действий в разных регионах. Вы же для начала будете обучать, передавать опыт, а уж потом...
- ...если обучение, тогда хорошо бы тренажеры, подобные тем, на которых моих стрижей обучали. Возможно, Сергей Васильевич?
В голосе пожилого инструктора прорезались досадливые нотки:
- Думал уже! В теории возможная вещь, но для перепрограммирования тренажера потребуются три разработчика из самых квалифицированных и не меньше одного опытного экипажа для проверки того, что получится. Начальник этого подразделения, само собой, иначе разброд гарантирую. Учтите: проверка понадобится не одна и не десяток. По моему опыту как раз этот этап и будет самой длительной, нудной и кропотливой частью работы. Сколько все дело займет - даже не возьмусь предсказывать. Чего уж там: даже успех не могу обещать.
- Добро, понял. Но уж попробовать такое можно? Если потом когда-нибудь понадобится - а у вас и опыт этого... перепрограммирования имеется. Что скажешь?
- Ничего не скажу, Павел Васильевич. Тогда по задачам получаем вот что. Полина Денисовна, за вами летный экипаж. Их передислоцируют на тот аэродром, что в Щелкове - ну, вы знаете. Я буду выбивать у Игоря Васильевича спецов-программистов. Та еще работка... созвонимся через, скажем, три дня. Нет, это попадет на выходной, через четыре. За это время организую доставку техники и запчастей в вашу часть, Полина Денисовна. Запасы ГСМ у вас имеются? Я так и думал. Вопросы? Предложения? Нет? Тогда, Полина Денисовна, вы свободны, а нам с Павлом Васильевичем надо будет еще обсудить вопросы, не относящиеся к вертолетам.
После того, как Осипенко удалилась, Рычагов даже ничего не спросил, а всего лишь бросил нужный взгляд.
Тут стоит заметить, что с некоторых пор оставшиеся двое перешли на 'ты', хотя обращдались по имени-отчеству.
- Есть чего обсуждать, Павел Василич, но... Беда в том, что у меня пока что нет фактов. Есть предположения. Экономическая ситуация в Соединенных Штатах такова...
Генерал-лейтенант выслушал внимательно.
- Ты хочешь сказать, что они могут вроде как натравить Японию на нас?
- Это и хочу сказать. Глянь на карту, которая на стене. Ну-ка, куда бы ты направил удар? Или даже удары?
- Первая цель очевидная. Вот она - и подхваченная Рычаговым указка ткнула на северную половину Сахалина. - Вторая - здесь.
Приморье оказалось очерченным изящным кругом.
- Третья, как мне кажется, тут. Тогда отбить Сахалин будет непросто.
- Плацдарм у пролива Невельского? Ну да, вполне себе вероятно... И все?
- Отвлекающие наступления в направлении Транссиба.
- Поправлю. Не отвлекающие, а обязательные. Задача: перерезать магистраль на год, самое меньшее.
Рычагов задумался, но очень ненадолго.
- Мосты? Тоннели?
- Я бы на их месте позаботился и о тех, и о других. Для пущей уверенности.
- Выглядит правдоподобно. Что я могу сделать?
- Записывать будешь? Первое: тяжелые транспортники, которые в данный момент осваивают люди Голованова. Грузоподъемность шестьдесят тонн, то есть ими можно перебрасывать тяжелую бронетехнику. Уж не говорю о живой силе, боеприпасах, всяком таком прочем. Обратным ходом вывоз раненых. Так вот: понадобятся они все. Это в помощь частям, попавшим в окружение. Эти же транспортники придется задействовать, если железку перережут. Уж поверь: окружения вполне могут случиться, а затыки в снабжении так точно будут. Но!
- Но?
- Потребуется почистить небо.
- Истребителями? - оживился Рычагов. Уж это дело для него было насквозь знакомым.
- Да, но целями должны быть не только бомберы, но и истребители противника. Пусть не мешают.
- Хорошо бы потренировать стрижей. У тебя ведь есть наработки по истребителям потенциального противника?
Сергей Васильевич скорчил физиономию, которая по замыслу должна была означать кислую реакцию.
- Так я ведь и сам точно не знаю, кто там будет. Всякие там 'ки' - этими твоих не удивишь, они сто восемьдесят пятым на один зубок. Но ежели американские машины... кхм... есть у меня кое-что, но без гарантий. То есть не могу обещать, что абсолютно все модели имеются в памяти. Но существует дополнительное обстоятельство. Палубная авиация. Авианосцы у Японии есть, сам знаешь. От них могут появиться машинки посерьезнее. 'Зеро', например. Это их морской истребитель. По отзывам: лучший из лучших, ни у одной страны ничего подобного среди палубных нет.
- Данными не поделишься?
- Жадиной еще никто не обзывал. Вот эти бумажки - тут все про этот самый 'зеро', включая силуэты во всех ракурсах. А вот эти - всё, что я смог найти по другим японским моделям. Здесь бомберы... тут у меня торпедоносцы, но над сушей они твоим не противники, это моряки от них будут отбиваться, не жалея снарядов... А в этой папке - американские самолеты. Ты запомни лишь две вещи. Первое: не поручусь, что все модели поучаствуют в боевых действиях. А второе, еще более важное: не поручусь, что боевые действия вообще состоятся. Мало ли... вдруг я и мои аналитики ошиблись? Бывает же такое. Ежели что - обращайся.
- Уж не сомневайся.
- Вот что. Подумай - тут тебе решать - может, стоит укомплектовать остальные эскадрильи этого полка мужскими экипажами. Война - вещь кровавая.
- Это уже политика, Сергей Васильевич. Не я один тут решаю.
- Понимаю... Крайний, как у вас говорят, совет. Наладь контакт с конструктором Лавочкиным.
- Раньше он вроде как гидросамолетами занимался? - не вполне уверенно отвечал Рычагов.
- У него уже есть истребительные разработки: ЛаГГ-1 и ЛаГГ-3. На них ставили движок М-105. Эти машины деревянные, а сейчас Лавочкин работает над алюминиевым вариантом. Похож на ЛаГГ, но задуман с двигателем М-62, тот помощнее. Ла-5 получается чуть тяжеловатым, зато вооружение - будь здоров! Говорят спецы, что самое то для завоевания господства в воздухе. Особенно же если на него пойдут двигатели следующего поколения. Это нам, надеюсь, не понадобится, но, если что, вдруг... Бывай, Павел Василич. Удачи!
- К чертям рассобачьим, Сергей Василич!
Глава 18
У наркома внутренних дел лишнего времени обычно не бывает. Поэтому его приходится выкраивать.
Почему-то Сам пока что его не вызывал. В результате