После полудня впередсмотрящий на корабле заметил священный остров. Перепутать его с другим невозможно.
Крик впередсмотрящего разнесся по судну. Команда бросила работу, отдыхающие прильнули к бортам, даже навклер вышел из-под тента.
Священный остров располагался на северо-востоке от корабля, по правому борту. Немного промахнулись, но подкорректировать курс не составит труда.
Среди цепи других островов, этот выделялся – огромная площадь, величественный пик с восточной стороны, где располагаются священнейшие храмы данаев. Обилие мрамора, золота и серебра. Остров сверкал, как драгоценность в диадеме. Он и был этим драгоценным камнем в кольце островов, что венчают Сиканию.
Ни стен, ни укреплений, только массивные колонны храмов и портиков, огромные статуи и черепичные крыши жилых домов. Защищать остров Близнецов не требовалось. Ведь ни одна сухопутная армия ему не угрожает, а покой жречества берегут три десятка судов, что курсируют в окрестностях.
К гавани направлялось еще три корабля. В дни священных праздников число судов увеличивается в десятки раз. В порту не найти свободного места. Некоторые суда швартуются у соседних островов, откуда на лодках переправляют паломников. Занимаются этим благородным делом послушники. Не за словесную благодарность, конечно.
Вся команда на судне разразилась радостными криками. Вид безопасной гавани после долгого плавания всегда опьяняет моряка. Увидев священный остров, моряки впадают в экстаз. Команда, офицеры и навклер забыли об обязанностях и принялись возносить хвалу богам покровителям.
Совершив возлияние, команда вернулась на места. Гребцы взялись за весла, забыв об усталости. Не было больше деления на смены, все свободные люди работали. Тяжелый торговец стремительно полетел к священной гавани, миновал одинокие скалы, что торчали посреди моря – врата на священный остров.
Лоция возле священного острова небезопасная. Потому что раньше остров Близнецов был блуждающим, пока его не закрепили на морском дне с помощью огромных якорей. Часть этих якорей торчала над водой, мимо них проходили гостевые суда.
Под поверхностью воды еще больше этих якорей из камня. О них легко разбить дно судна.
Самый большой остров в Сикании. На нем почти не осталось растительности, кроме старых сосен в священной роще. В этой роще обитали лани, посвященные богине охотнице – из священной пары близнецов.
Кроме храмов собственно Близнецам на острове были культовые сооружения другим богам данаев и соседних народов. Имелось несколько строений, посвященных богам восточного пантеона. Все-таки остров расположен на пути с запада на восток, моряки предпочитают принести жертвы как своим богам, так и богам восточных земель.
Пленники в трюме слышали все эти возгласы и уже строили планы на то, как покинут корабль.
– Команда – два десятка, – говорил Виал. – Люди сильные, но простые моряки.
– Велик риск, но попытаться стоит, – согласился Эгрегий.
– А что ты будешь делать с ним?
Хенельга указала на кемилца.
– У нас не будет возможности вытащить его.
– Надо захватить корабль, иначе с острова не уйти. Так и парня своего спасешь.
Виал покачал головой, сказал, что это не удастся: патрульные суда и сложная лоция.
Был шанс спастись, уйдя вглубь острова. Мизерный шанс. Тут почти нет свободного места. Никаких укрытий. Лишь на севере вроде бы берег обрывается в море. На галечных пляжах можно спрятаться, пока шум не утихнет.
Ни суда, ни люди туда проникнуть не могут, но и пленникам туда добраться сложно.
– Что же тогда делать?
– То, что мы умеем лучше всего.
– Просить Мефона о помощи? – пошутил Эгрегий.
– Хотя бы и так.
Все эти дни покровитель оставался глух к просьбам своих людей. Это не значило, что он забыл о них. Его помощь… всегда отличалась оригинальностью.
Корабль пристал к причалу. Пленники в трюме слышали, что возня на палубе изменилась. Моряки приветствовали криками работников порта, бились канаты о доски обшивки. Затем судно стукнулось о твердый причал. Корабль был зафиксирован, на что указывало изменение в его качке.
Тягучий плеск воды, голоса людей, скрип дерева. Положили пандус для моряков, навклер во главе свиты из доверенных людей расплатился за постой. Дельные вещи остались лежать там, где их бросили. Прятать канаты, блоки, крюки и другую снарягу не стали. Тут не воруют. На судне остались дежурные моряки. Всего двое. Они тут же уселись играть в кости.
Это был шанс, чтобы сбежать, но Виал и его товарищи понимали, что это не удастся: пята мачты лежала на люке. И все же, они попытались ее приподнять. Решетка не сдвинулась.
– Только зря жилы рвали.
– Да. План был хорош.
– Почему же они нас не выпустили?
Виал пожал плечами. Похоже, что данай не захотел рисковать. Или боялся получить клеймо работорговца. Это сразу снижает статус торговца и повышает пошлины для него во всех портах, прознавших о недостойном ремесле.
Оставалось надеяться, что моряки пробудут в порту недолго. Иначе груз испортится.
Глава 7
На палубу выводить пленников в ближайшие два дня не стали. Команда обеспечивала их едой и свободной амфорой, следя, чтобы все вернули назад. Вырваться из трюма возможности не было, как и позвать на помощь.
Корабль расположился у дальнего причала, дальше от центра гавани. Рядом соседствовали только рыбачьи лодки, с которых крики пленников никто бы не услышал. Сомнительно, что данаи пришли бы на помощь, услышь эти крики.
Виал даже пытаться не стал, предложил товарищам переждать.
Отдых им требовался, чтобы залечить раны, восстановить силы. Без движения в тесном трюме совсем худо. От затхлого воздуха сводило с ума. За эти дни трюм пропитался запахами пленников, придавая кораблю характерный дух работорговца. Теперь любой магистрат, загляни он в пустой трюм, с легкостью определит, что провозил торговец.
Остров Близнецов был последним портом на пути. Виал понял, что в дальнейшем навклер направится домой, где его никто не будет осуждать за доставленных рабов.
– Не посмотрим на священный остров, – сетовал Виал.
– Не больно хотелось. Мне твоего храма достаточно.
– Теперь это твой храм тоже.
Эгрегий пожал плечами, не стал спорить. Он забыл веру предков, стал плоть от плоти народа Гирции. Народа, что происходит от беглецов, разбойников, морских пиратов.
Единственной радостью стало то, что Мустиф пришел в себя.
Первый день стоянки кемилец не мог даже говорить, но его взгляд был осмысленным. Сознание парень больше не терял, но было заметно, что он страдает от полученных ран.
Виал и сам чувствовал себя не лучшим образом. Его знобило, спина горела. Свою порцию вина он использовал не для утоления жажды, а чтобы обработать раны – не без помощи Хенельги. Спутница предлагала употребить долю кемилца, ведь парень все равно не сможет помочь во время побега.
Именно в этот момент парень пришел в себя, освободив Виала от необходимости принимать сложное решение.
– А мы думали, ты уже собрал в последнее путешествие, – удивился Эгрегий, помогая Мустифу.
Ответа он не получил, если не считать слабого стона. Виал посоветовал оставить парня в покое, а уже завтра посвятить его в текущие дела.
Эгрегий попытался воспользоваться отдыхом, размяться, но сделать этого в трюме не мог. Тут даже ноги вытянуть некуда. Массивные ящики не поддавались, их не удалось сдвинуть или сломать. Слитки свинца могли бы пригодиться – и как оружие, и как снаряд для тренировки.
Будь корабль загружен амфорами, пленники нашли бы что использовать.
– Нас бы тогда заковали, – Виал продемонстрировал свои кандалы.
Кожа на запястьях истерлась, кровоточила, но эта боль не шла в сравнение с болью в спине. Уже удивительно, что он не валялся в беспамятстве. Навклер данаев явно рассчитывал на это.
Несмотря на это, ожоги и обрубки на руках поджили. Хенельга сняла повязки, разглядывала места. Да, следы еще остались, они не скоро пройдут. Не стоило прикладывать нагрузку к этим местам, иначе вновь закровят. Но даже с учетом этого, раны затянулись очень быстро.
– Морская вода, – сказал Виал. – Она творит чудеса.
Хенельга кивнула. Ее соплеменники не один год выходили на морской промысел. Ранения быстро заживают в морской воде, не гноятся. Если за ними ухаживать.
– Сможешь драться?
– Я? Это у меня получается лучше всего, – Виал ударил себя в грудь.
– А ты бывал там?
Женщина кивнула в ту сторону, где по ее мнению располагался остров. Она не научилась ориентироваться по звукам. Не умела читать голос гавани, в которой оказалась. Виал не стал поправлять спутницу, ответил на вопрос.
На священном острове он никогда не бывал. Вообще, в северной стороне моря не бывал. Дороги ведут его в основном на юг, на восток, реже уносят на запад. Северные регионы он всегда игнорировал. Потому выбор этого направления в начале сезона вызвал столько вопросов у коллег.
Наверняка среди коллегиатов нашлись те, что не поверили намерению Косса Виала отправиться на поиск проливов.
В этом просто не было необходимости. Коллегия Циралиса не вела дел в этой стороне света. Местные рынки полностью во власти данаев, а точнее полисов Тритогении, Пифена, восточных полисов Эннополя или Мил, встречались фактории Тирина, но редко.
Куда уж тут влезать.
Зная то, что знает Виал, коллегиаты думали бы иначе. Данаи сами пригласили гирцийских торговцев в свое море. Начав войну с западным соседом, они будут сметены сначала военными судами, а затем – торговыми.
Только они еще не знают об этом.
Насколько известно Виалу, никто из знатных гирцийцев не посещал остров Близнецов. Священный камень на горе Пифо в материковой части – вот туда отправлялись посланники, доставлялись дары. Простым гражданам там делать нечего.
Теперь посетят, но в качестве не паломников, а завоевателей. Остров славится богатством, храмовые закрома заполнены приношениями. В священной гавани совершаются ритуалы, когда морю даруют золотую, серебряную утварь. В общем, тут есть, чем поживиться.