– Ничего подозрительного? – спросил подполковник.
– Сидит, молчит, – ответил Точилин. – А что будете делать с купленными им людьми?
– Компромат теперь у нас – используем по назначению, – довольно заулыбался Воровских. – Эх, надо же, да? Вроде берём паскуду, организовавшую длинную серию убийств, но одновременно вербуем сотни агентов для ГРУ – они теперь мне по гроб жизни должны будут…
– Ну, да, – согласился Точилин.
– Тебе тоже, конечно, – усмехнулся подполковник. – Но они о тебе не знают, думают, что это мы так много накопали. И пусть думают так же, потому что у нас ты всяко будешь ценнее для Отечества.
Точилин не стал спорить.
Савушкин и Горенко тоже подписались на работу в ФСБ, потому что перспектива торчать остаток дней в закрытом городке, которого даже на карте нет – это участь чуть лучше тюрьмы. Тем более, все понимали, что их уломают на работу, рано или поздно.
Доступ к ритуалу «Тяжкий надзор» имеет ограниченный круг лиц, а ещё спецслужбисты опасаются, что от него могут быть какие-нибудь неизвестные побочные эффекты, поэтому ими было решено, пока что, использовать тех, кто уже проверен. Но это только пока. Воровских вон, всякий раз смотрит на проведение ритуала с метаниями на лице, будто разрешает какую-то тяжёлую головоломку. Или пытается уместить происходящие сверхъестественные процессы в привычную картину мира…
Спустя двадцать минут томительного ожидания, «груз» покинул город, после чего прибыл на частную вертолётную площадку, по пути сменив три минивэна. На вертолёте он прилетел в открытое море, где была частная яхта, на которой его встретили и посадили под замок в трюме.
– Что там с сенатором? – спросил Воровских, понявший, что спецоперация фактически завершена.
– Сидит в лобби отеля «Конрад», пьёт виски с другом, – ответил Иван. – До этого беседовал с японским министром обороны, но я ничего не понял, поэтому ещё раз говорю, что для таких дел вам лучше подойдёт…
– Ты не для сути их разговоров нужен, – перебил его подполковник. – Мне надо, чтобы ты нашёл компромат на этого урода!
– Понял, – кивнул Точилин.
– Продолжай наблюдение, – произнёс Воровских. – Надо найти на него что-то такое, особенно заковыристое, чтобы не отвертелся. Не может такого не быть! Все грешат, особенно люди с большими деньгами! Группа операторов на старте, прибудут в считаные минуты.
– А чем так важен этот сенатор? – поинтересовался Точилин.
– Это, вообще-то не твоё дело, но я всё же расскажу, – проворчал Воровских. – Он будущий министр обороны, которого Трампет поставит взамен того идиота. Полезного нам идиота, понимаешь?
"Полезный нам идиот" – это Майк Дестер, нынешний министр обороны США, который не работает на российскую разведку, ведь птичка слишком большого масштаба, но настолько плохо соображает, что просто существуя на должности министра обороны, причиняет кучу ущерба. Его не уволили до сих пор только потому, что он очень хорошо заметает следы и талантливо переводит стрелки. Правда, его министерство в очередной раз слажало с годовым отчётом, поэтому каждый день всплывают новые сведения о шокирующих результатах деятельности Майка Дестера. Кто-то может подумать, что он русский шпион, но нет, он просто идиот.
– Понимаю, – вновь кивнул Точилин.
– Сейчас он, насколько я знаю, уже активно встречается со всякими разнокалиберными шишками союзников, договаривается о сотрудничестве, хотя не стал ещё министром, сука, – продолжил подполковник Воровских. – Когда он вступит в должность, он уже должен плясать под нашу дудку – это обязательно. Поэтому ты не должен упускать ничего! Если он будет трахать малолетку в каком-нибудь притоне – я должен узнать об этом через минуту! Будет нюхать забористую дурь – я должен быть уведомлен тут же! Понял?
– Да, – ответил Иван. – Буду следить. А остальные?
– Эту бабу, аналитичку из ЦРУ, можешь убирать из набора, кстати, – сообщил Воровских. – Оказалось, что её уже завербовали наши коллеги. Они тоже, оказывается, умеют работать! Этот убийственный хер мадридский, конечно, полезен, но это слишком мелкий масштаб. Нам надо показать реально масштабные результаты! Нет времени на раскачку! Нам нужен прорыв!
Глава десятая. Пища богов
У котов есть такое свойство: стоит им появиться в доме, как оказывается, что они были здесь всегда – даже если час назад никаких котов у вас не было. Они живут в собственном временном потоке и ведут себя так, будто мир людей – это всего лишь остановка на пути к чему-то гораздо более интересному.
//Российская Федерация, г. Владивосток, 11 августа 2021 года//
– Дикари до сих пор орут друг на друга, – сообщил Ниалль, двигая ушами.
– Это неважно, – усмехнулся Савол. – Нужно срочно добыть еды. А ещё как-то узнать, что такое «камера».
– Если маскировка не работает, может, стоит обойтись без неё? – предложил Ниалль. – Мы вызвали целый шквал нездорового беспокойства там, где наличие котов не должно никого удивлять.
– Ты прав, – вздохнул Савол. – Снимаем.
Если бы на этом узком просвете среди кустарника был посторонний, он бы увидел, как там из ниоткуда возникло целых два чёрных кота.
– Неподалёку кто-то сдох, – принюхался Ниалль. – Проверим?
– Собака, – помотал мордой Савол. – Терпеть не могу этих тварей…
– А кто может? – усмехнулся Ниалль. – Разве есть хоть один разумный и благовоспитанный кот, способный терпеть рядом с собой общество неряшливой псины?
– Килат, если только, – ответил Савол со смешком.
– Ой, не напоминай… – страдальческим тоном попросил Ниалль. – Этот любитель псов доводил меня до безумия в академии. Почему его не сдали в лечебницу? Он же точно душевнобольной!
– И, одновременно с этим, великолепный маг воздуха, – напомнил Савол. – Даже если бы он бесконтрольно гадил под себя, его бы, всё равно, держали на хорошем счету. Даже если бы он систематически трахал какую-нибудь шелудивую псину, его бы, всё равно, носили на руках.
– Знаю-знаю… – протянул Ниалль. – Кому-то просто суждено было родиться в нужной кондиции и быть любимым всеми.
– Простым парням, вроде нас, приходится выцарапывать своё когтями и клыками, – с грустью вздохнул Савол. – А котам, родившимся на шёлковых простынях, всё достаётся на блюдечке. Но так устроен мир.
– Ты-то своё, получается, уже урвал, – хмыкнул Ниалль.
– Я поделюсь с тобой частью дохода с патента, – пообещал Савол. – Я не забываю тех, кто мне помогает.
– Я благодарен тебе за это, – улыбнулся Ниалль. – Но перспектива выкарабкаться из этой ситуации мне видится маловероятной… Наше бегство похоже на акт отчаянья.
– Тебе так кажется только потому, что ты не знаешь того, что знаю я, – произнёс Савол. – В Протекторате, в обозримом будущем, кое-что кардинально изменится. Нужно только подождать.
– Что ты знаешь? – живо заинтересовался Ниалль.
– Всему своё время, партнёр, – ответил Савол. – Тем более, что гарантий никаких нет, и никто не может точно спрогнозировать грядущий ход событий. Я буду выглядеть глупо, если наговорю тебе всякого, а затем всё сложится совсем не так…
– Я подожду, – решил Ниалль.
– Теперь о наших планах на ближайшую перспективу, – продолжил Савол. – Необходимо найти место, где мы сможем обитать неопределённое время, с едой и водой.
– Найдём, не сомневаюсь, – уверенно ответил Ниалль. – А затем? Ты собираешься выяснять причины неотвратимой гибели этого мира?
– Неизвестно, сколько нам здесь придётся просуществовать, – ответил на это Савол. – Поэтому придётся выяснить всё в подробностях. Это в наших интересах. А ещё, в наших же интересах, спасение этого мира. Я никогда не работаю бесплатно, но, в этот раз, придётся сделать исключение.
– А если сохранить этот мир уже невозможно? – спросил Ниалль. – Что тогда?
– Тогда придётся связаться с Огизис, – вздохнул Савол.
– С этой стервой? – недоуменно вопросил Ниалль. – Да никогда!
– Шельма, ещё какая, – кивнул Савол. – Но только у неё, если верить смутным слухам из гнилых местечек Коттона, есть доступ к координатам большей части миров под Печатью Трибунала.
– Она с тебя три шкуры сдерёт за такое, ха-ха-ха! – рассмеялся Ниалль. – И с меня тоже, в придачу!
– Есть у меня несколько мыслей, как её можно ублажить, – уверенно заявил Савол. – Управляемые молнии – это ведь не всё, чем может удивить нас этот мир. Смогли придумать это, значит, могут придумать что-то ещё.
– Понадеешься на Огизис? – с недоверием спросил Ниалль. – Не узнаю старину Савола.
– Только в крайнем случае – если жестоко отрыгнёмся с сохранением этого мира, – вздохнул Савол. – Сохраним – Огизис останется с кисточкой. Не сохраним – нам будет не до каких-то там патентных гонораров, Ниалль. Конец этого мира может означать конец для нас. Бежать нам будет некуда, потому что везде, куда мы только можем податься, уже ждут агенты Протектората…
– Авантюра, Савол, – неодобрительно мурлыкнул Ниалль.
– Выбора, всё равно, нет, – вздохнул Савол. – Идём искать жильё и пропитание.
И они пошли вглубь города.
Людская застройка становилась всё выше, всё больше гремящих и рычащих машин, а также самих людей, гуляющих вдоль дорог.
«Видимо, чтобы их не давило машинами, люди ходят вдоль дорог», – подумал Савол. – «То есть людей вытеснило с дорог машинами…»
– Ма-ма, мяу! – раздалось из коляски, ведомой некой женщиной.
Савол посмотрел на источник звука – детёныш человека сидел в коляске и тыкал в направлении котов пальцем.
– Их надо научить вежливости, – произнёс Ниалль.
– Меньше всего нам нужно привлекать внимание, – покачал мордой Савол. – Идём дальше, будто мы неразумные.
Но два кота, идущих рядом, привлекали внимание прохожих людей, потому Савол принял волевое решение свернуть в многочисленные дворы.
За заборами попадались безумно лающие собаки, что нервировало котов, привыкших, что домашние псы, обычно, ведут себя тихо и затравленно. Повезло, что собаки здесь тоже неразумные…