Где-то час я предавался восхищению своим гением и продумыванием деталей, таких как применение принципа сетевого маркетинга в «новом» осмыслении христианства и зороастризма, а затем прибыли ребята из «Активижна».
— Леви, родной! — встал я с кресла. — Рогатки захватили?
— Да, повелитель, — ответил тот. — И осадные щиты тоже. И органное орудие. И вентиляторы. Сейчас всё спускают.
Органное орудие — детище наших мастеров, соорудивших широкий лафет, на который ставится девять мелкокалиберных орудий в три ряда. Орудие лёгкое, мобильное, а также пригодное для применения в узких коридорах. Так-то я задумывал его для охуительно мощного залпа по плотному строю вражеских воинов, но здесь, в подземном комплексе кровосись, его применение прямо-таки напрашивается.
Мы не средневековые цеховики, поэтому каждый ствол заряжается с казны, а поджиг пороха производится искрой с автомобильной свечи зажигания. Перезарядка быстрая, поджиг надёжный — техническая скорострельность: залп в полторы минуты. Но, на практике, орудие отстреливает по три ствола за раз, для чего наводчику нужно поочерёдно перекидывать аккумуляторные клеммы на новые свечи.
Можно было, конечно, сделать одну большую пушку, но я хотел себе полевое орудие без регистрации и СМС, то есть быстро, а заодно прояснить все резоны земных средневековых мастеров, делавших такие орудия, поэтому заказал вот такую вот штуку…
— Вот какие же вы у меня молодцы! — заулыбался я. — Идём, покажу тебе фронт работ.
Если там этих тварей больше сотни, то нас задавят и сомнут, потому что твари гибкие и ловкие, поэтому способные создать невыносимый натиск, напрочь нивелирующий наше численное превосходство. Ещё я помню фильмы о вампирах, где любили показывать, как уродливые кровосиси лезут по стенам и потолкам, что нам здесь было бы очень неприятно.
Поэтому, немножко посоображав, я выработал решение: выставить впереди бронзовые рогатки, оснащённые серебряными шипами, а за ними органное орудие, чтобы давать залпы по напирающим некромутантам. Ну и немёртвые воины с мушкетами на подтанцовке.
— Вот за этой дверью, как ты слышишь, беснуются некромутанты, — сообщил я Леви. — Битва ожидается ожесточённая, их там много и все они хотят убивать, поэтому подготовь бойцов и всё тщательно спланируй.
— Придумаю что-нибудь, повелитель, — ответил Леви.
— Давай-давай, думай-думай, — улыбнулся я. — Мы и так тут кучу времени потратили…
Возвращаюсь в кабинет одухотворённой и тонкой натуры, почитывавшей любовные романы и предаюсь обдумыванию многообещающих перспектив.
Религиозный сетевой маркетинг — это интересно. Не надо отдельных священнослужителей, пусть каждый распространяет среди окружающих новую религию, как свидетели Иеговы или адвентисты седьмого дня, это понизит порог вхождения в религию, а также даст чувство сопричастности и родного плеча. Нужна секта.
Естественно, их объявят еретиками, будут жестоко пиздить, но реакция наступит чуть потом, поэтому надо юзать золотые месяцы на все деньги. И под «на все деньги» я подразумеваю буквальное значение этого выражения — реферальная программа будет жёсткой, буду засыпать звенящим баблом всех, кто пожелает участвовать в распространении новой религии. Эх, надо будет по речкам походить, как следует…
— Мы готовы, повелитель, — уведомил меня Леви.
— Тогда погнали, — вскочил я с кресла.
/11 января 2028 года, сатрапия Сузиана, подземный комплекс вампиров/
— Армес, Девис, готовы? — спросил Леви.
Командиры первой и второй роты отряда «Активижн» синхронно козырнули.
— Отпирайте! — приказал Леви.
Четверо воинов потянули за заблаговременно закреплённые тросы и створки монструозных врат, называемых повелителем непонятным термином «гермодверь», начали расходиться.
И сразу же, как появился достаточный для протискивания промежуток, в него начали лезть ушастые некромутанты.
— Первая рота — огонь! — своевременно скомандовал Леви.
Свинцовые шарики, облитые миллиметровым слоем серебра, с грохотом вылетели из стволов и поразили первых противников. Органное орудие нужно придержать для более плотного натиска…
В узкой щели уже около тридцати злобных тварей, но половина из них уже окончательно мертва.
— Вторая рота — огонь! — приказал Леви, видящий, что трупы вываливаются вперёд, а кровососы продолжают напирать.
К сожалению, он не учёл, что под вражеским натиском щель начнёт расширяться. Противники никак не желали заканчиваться, хотя кучные мушкетные залпы превращали тела в кровавую кашу и прошивали их насквозь. Леви решил, что картечь будет недостаточно эффективна, поэтому приказал заряжать пулевые боеприпасы и не прогадал.
Тут натиск внезапно утих, последних кровососов в щели убили, а следующий залп первой роты был сделан напрасно. Неужели кончились?
— Не расслабляй булки, Леви! — донеслось от наблюдающего за ходом противостояния лича.
И он оказался прав, потому что за створки двери взялись две огромные лапищи, резким рывком расширившие прозор. Обладатель этих лапищ имел мускулистое туловище, а также уродливую морду, похожую на морду летучей мыши. Подробности разглядеть не удалось, потому что здоровяка облепляли твари помельче, вроде как защищая своего лидера от обстрела.
— Орудие — огонь! — выкрикнул Леви.
Повелитель говорил, что это орудие, кажущееся Леви всесокрущающим — «старинное дерьмо» из тупиковой ветви развития оружейной мысли. От многоствольной артиллерии земляне отказались довольно быстро, но затем, спустя столетия, вернулись к ней, когда у них появились некие «ракеты». Леви видел эти «ракеты» в фильмах и хоть понимал умом, что это не вымысел, но до сих пор не мог до конца поверить, что подобное вообще возможно.
Ещё повелитель сказал, что органные орудия у них надолго не задержатся, потому что не оправдали его ожиданий и они, как только мастера научатся делать гильзы, перейдут к одноствольной концепции скорострельных нарезных пушек с начинёнными взрывчаткой снарядами. Но это — дело далёкого будущего, до которого ещё надо как-то умудриться досуществовать.
Зашипел порох, после чего верхний ряд стволов дал свой залп десятками острых стрел из покрытой серебром меди. Леви слышал, что мастера предлагали сделать стрелы из бронзы, чтобы была потвёрже, но повелитель настоял именно на меди. В тот раз у него было неплохое настроение, по меркам лича, конечно же, поэтому он объяснил, что когда снаряд активно деформируется внутри тела — это хорошо, а не плохо. Так повреждается больше тканей и снаряд передаёт больше некой «кинетической энергии», а потом сказал, что «вообще-то, вас это ебать не должно, делайте, как я сказал».
Здоровяка порвало в клочья, оторвало ему обе руки, оставшиеся висеть на створках, а также очень неаккуратно обезглавило. Что творилось с тварями поменьше — описать словами очень трудно. Возможно, подойдёт «кровавый пунш», но это лишь приблизительное определение. Впрочем, на настрой тварей такая мощная пощёчина ничуть не повлияла.
— Орудие — огонь! — приказал Леви.
Средний ряд стволов был начинён цепными ядрами, называемыми повелителем «книппелями». Эффект был ожидаемо слабым, хотя Леви успел зафиксировать, как прыгнувшего в проём мутанта располовинило цепью.
Ядра эти были маленькими, весом по сто грамм каждая, но, из-за мощи порохового заряда, их малый вес имел второстепенное значение. Но Леви больше понравился стреловидный боеприпас, хотя на подходе ещё и третий тип…
— Приоритетные цели — здоровяки! — выкрикнул Леви, увидев приближающиеся высокие и широкие фигуры.
Загрохотали мушкеты, отправляющие в сторону врага жужжащую и воющую погибель. Здоровяки не смогли ничего этому противопоставить и почти одновременно рухнули на спины, нашпигованные свинцом и серебром. Немёртвые воины же давно заученными движениями перезаряжали свои мушкеты.
Повелитель рассказывал, что в конце эпохи дульнозарядного оружия на Земле, некие англичане, чьё название забавно похоже на название варварского народа северных земель, стреляли по три выстрела в минуту, тогда как отряд «Активижн» добился скорости семь выстрелов в минуту. Это достигается за счёт нового капсюльного замка, поступившего на вооружение, пока что, только «Активижна», бумажного патрона и особой пули, которую не нужно забивать шомполом.
Ещё два здоровяка, раздвигая толпу мелких собратьев, ринулись к щели во вратах, но, как и предыдущие, пали под смертоносным залпом мушкетов.
Видимость тут должна была быть околонулевой, но за воинами стоят мощные вентиляторы, сдувающие пороховой дым вглубь большого помещения, из которого рвутся некромутанты — повелитель предусмотрел всё.
Когда здоровяки кончились, вновь попёрла основная масса некромутантов, причём они впервые смогли прорваться к посеребрённым рогаткам, на коих и повисли.
— Орудие — огонь! — приказал Леви.
Третий ряд содержал в себе калиберные снаряды, оснащённые оперением. Повелитель объяснял, что это оперение должно придать снаряду вращение, что позволяет ему лететь далеко и набирать неплохую скорость. Бронепробитие такого снаряда должно быть крайне высоким, потому что он имеет массу шесть килограмм, что очень много для пушки калибра шестьдесят миллиметров. Круглые ядра весят в два с половиной раза меньше, поэтому пороховой заряд двойной.
И эффект точно определить не получается, потому что в толщу кровососов врезалось всего три снаряда, бесследно утонув среди мяса и крови. Но Леви надеялся, что снаряды сумели повторить результаты пробных стрельб — тогда было пробито, минимум, пять миллиметров стали…
К моменту, когда дым был сдут вентиляторами, уже был готов к стрельбе верхний ряд стволов.
— Орудие — огонь!
Вновь стреловидные боеприпасы, вновь кровавое месиво, но тут Леви уже отчётливо уловил момент, когда стрелы взорвали толщу мутантов в кровавую взвесь.
Но это не сумело существенно повлиять на натиск противника, поэтому рогатки были перекрыты десятками тел, а остальные некромутанты начали карабкаться по трупам собратьев и прыгать на строй немёртвых воинов. Начался ближний бой, в котором первобытная ярость противостояла холодной стали дисциплины.