Хотя огнестрел они не законтрят, это можно сделать только другим огнестрелом.
— Правильно всё сделал, — произнёс я. — Но придётся сворачивать наступательные действия и уходить в глухую оборону. Асахикаву вскроем позже, а то религиозные деятели в тандеме с моей бывшей могут лишить всё это какого-либо смысла. Ограбление незанятых поселений пусть продолжают, но штурм Асахикавы прекратить.
Но какой же это огромный город…
Триста пятьдесят тысяч жителей, если путеводитель для англоязычных не соврал, куча больниц, два полицейских участка, штаб сил самообороны Японии, а ещё где-то расположены лагеря 2-й дивизии сухопутных сил самообороны.
— С военным лагерем какие-нибудь перспективы есть? — поинтересовался я.
Мы атакуем город с севера лишь по одной причине — так ближе до военного лагеря Асахикава. Мощнейший автопарк, с японскими танками, если данные из книг и журналов были актуальны на 2021 год, а огнестрела там должно быть просто дохрена, потому что я смею предполагать, что в сердце острова дела начали сразу обстоять очень и очень плохо. Судя по тому, что в малых поселениях всё было просто пиздец, во втором по населению городе Хоккайдо должна была произойти форменная жопа. Оружие на складах, я в этом почти уверен…
— Мы застряли на улице Асахикава Новая Ву, — ответил на это Леви. — Против нас вся продукция автодилерских центров, повелитель. Вегмы создали из машин сплошные баррикады, ограничивающие наше продвижение только по улице Натль — каждую нашу попытку преодоления этих баррикад они отражали с ожесточённостью последнего боя. Всё сильно осложняет бушующая буря.
— Ладно, я тебя понял, — вздохнул я. — Тогда войска никуда не отводи, я лично прибуду и буду делать за вас вашу работу. Через три часа дай мне знак — я буду готов выдвигаться. Теперь к здравоохранению, уважаемая Карина…
/30 августа 2028 года, Хоккайдо, пригороды Асахикавы/
— Родина аниме, блядь! — пнул я небольшую снежную кучу.
Под кучей обнаружилось тело замученного до смерти вегма. Ну, то есть, ему раскроили черепушку, судя по всему, но тоже, наверное, мучительно.
«Какого хрена не убрали⁈» — зарычал я на ближайших немёртвых. — «Хотите покормить этих сук⁈»
Воины быстро подбежали и выдрали из снега и льда окоченевший труп.
«Ведите меня к линии фронта», — приказал я. — «Пришло время разобраться с вашими проблемами».
Снежная буря чуть сбавила обороты, потому что ребята докладывали о видимости в метр-полтора, а сейчас я вижу метров на пять — это значит, что плотность снежного шквала снизилась. Одно плохо — это не снегопад.
Если снегопад, то это значит, что подъехал циклон, экстремального холода можно не ждать. Но тут просто начался безумный ветер, поднявший когда-то выпавший снег, раздробивший его в порошок и крутящий его в воздухе.
«Вон там баррикады, повелитель», — указал один из воинов «Близзарда» на юг.
Вглядываюсь в тёмную стену, практически заметённую снегом. Действительно, нагромождение машин, проткнутых фонарными столбами. А они не любят сложных решений…
— Ставьте шатёр, надо разложить ритуальный круг, — приказал я.
Работать снежными лопатами во время снежной бури — так себе занятие, но мои ребята не ноют и не обсуждают приказы. Десять воинов с лопатами быстро расчистили подходящую площадку и подняли военный шатёр.
— Песочек сюда, — потребовал я, когда стальные пластины были сложены в правильном порядке.
Настоящий лич, ублюдок без страха и упрёка, полноценно заюзал Шестопалова, причём с использованием непонятно откуда взятых вводных для нового ритуала. Я вот был ограничен парочкой ритуалов, никак не связанных с боевыми действиями, а настоящий я знаю гораздо больше или имею некий способ узнавать больше.
Насыпаю песок в выемки, после чего проверяю, чтобы без разрывов.
— Мясо и сложите там, где я разложил кости, — приказал я Леви. — И поживее, немёртвые!
Свежее мясо, преимущественно баранина, доставлено из иного мира. На такой холодине оно окоченеет за минуты, поэтому ребята Леви должны оперативно вытащить его из отапливаемого шатра. Но скоро холод станет неважен…
— Маэти кумана, икеа ати ультумухуа! — прочитал я заклинательную формулу и ритуальный круг вспыхнул.
Снаружи донёсся костяной треск, после чего раздался хруст мороженой плоти. Выхожу из шатра и смотрю на пятиметровую тварь, облепленную парящим на морозе мясом. Костно-мясной голем, новая модификация, вобравшая в себя всё лучшее, что есть в предшественниках. Но жрёт некроэнергию как самая жадная сука, поэтому я даже с пары метров чувствую, как в воздухе повисает кратковременный дефицит некроэнергии.
«Сломай стену и убей всех мохнатых тварей, каких только увидишь», — велел я голему.
Безголовая тварь, не имеющая глаз и ушей, но видящая и слышащая, развернулась к вегмовским баррикадам и побежала.
— Эрен Йегер, титаны атакуют!!! — заорал я, но меня никто не услышал.
Видно было хреново, но зато стало отлично слышно — звук столкновения плоти и металла, затем лязг сминаемых машин.
«Подготовь два батальона», — приказал я Леви. — «Как только станет ясно, что голем завяз, атакуйте».
«А он точно завязнет, повелитель?» — с сомнением спросил тот. — «Если он разомкнул такую баррикаду»…
«Ты сам говорил, что их там дохрена», — ответил я на это. — «Если у них нет УПМ, то единственный их шанс — самоотверженно облепить его со всех сторон и повалить. Это возможно, потому что примерно такой тактикой подобных тварей будете убивать и вы, если придётся».
Я знаю, что быстро уничтожить эту тварь можно только огнём, ну или молнией. Если огня или молнии под рукой нет, то всегда поможет старый добрый топор. Содрать плоть, измельчить кости, а потом сжечь в буржуйке — но чтобы сделать это всё, надо обездвижить эту тварь, которая обязательно будет сопротивляться до последнего.
Если не сделаем переносных огнемётов, а, пока что, не похоже, что сделаем в разумные сроки, будем валить подобных тварей на четыре кости, своими телами или верёвками с крюками, после чего рубить топорами и тесаками. На пули и стрелы голему насрать, а наша артиллерия недостаточно подвижна, чтобы выцеливать такую вёрткую тварь.
Два батальона «Активижна» выстроились в колонны по пять, после чего подошли к новому пролому. Вегмы не затыкали его, не пытались контратаковать, потому что у них более актуальная проблема.
Ветер доносит яростный рёв, а также вопли раненых тварей. Голем делал свою работу на десять из десяти, поражая тварей шипастыми лапами, утыканными позвоночниками и рёбрами.
«Поставь кого-нибудь на баррикаду, пусть смотрит», — приказал я Леви. — «И продвигай войска — у меня предчувствие, что сегодня мы разживёмся бронетехникой и оружием…»
Один из немёртвых забрался на баррикаду из японских мятых колымаг, а два батальона прошли через достаточно широкий пролом.
Голем уже был повален и его начали забивать непрофильным инструментарием.
«Огонь», — приказал я.
Первыми разрядились два ряда, затем следующие два и так далее. Перезарядка очень быстрая, поэтому вегмы даже не успели пробежать и двадцати шагов, как в них вновь выстрелили первые два ряда, а затем следующие и следующие…
Пули Нейслера, то есть тяжёлые свинцовые колпачки, вырывают из вегмов куски плоти, игнорируя примитивную броню и плотную одежду, снося десятки за залп.
Я подошёл поближе и дал несколько залпов «Игл Смерти», убив троих-четверых вегмов. Тоже лепта.
Пока вегмы оправлялись от тяжёлых потерь, рассредотачивались по местности и соображали, встал голем.
— М-м-м, сейчас что-то будет… — произнёс я, но меня снова никто не услышал, потому что к буре добавились раскаты мушкетных залпов.
Вот, кстати, непонятный момент. Мушкет — это гладкоствольное дульнозарядное оружие, детонация пороха в которой происходит с помощью фитильного или ударно-кремнёвого замка, а у нас эти девайсы имеют гладкий ствол, заряжаются с казны и детонацию производят с помощью капсюля. Чисто технически, это уже не мушкет, но я, почему-то, всё ещё называю его так.
Это же ружьё! А тот, у кого ружьё — тот прав!
Теперь у меня появилось желание назвать наши вооружённые силы «Праведной армией», ведь у нас есть ружья…
А себя я нареку «праведным президентом», потому что у меня тоже есть своё ружьё, причём позолоченное и с прикладом из сандалового дерева, то есть я даже более прав, чем остальные обладатели ружей. Ну, на то и президент, вообще-то…
Во! Праведная республика!
Голем, пока я размышлял о вечном и правильном, стремительным ураганом носился между разбегающимися вегмами и дробил их шипастыми лапами, упиваясь чёрной кровью. Хорошая штука. Жаль, что в ином мире эта тема практически неприменима…
Хрясь! Вертикальный удар и голова вожака вегмов была втиснута прямо в его же жопу. Хуякс! Горизонтальный удар и бегущий мимо рядовой вегм располовинен в области таза. Хорошо работает, сучара, очень хорошо!
Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что полноценного столкновения не произошло, мы раздолбали этих сволочей ещё на подходе, поэтому путь к военному лагерю открыт. Ненадолго, до тех пор, пока эти твари не решатся на очередное контрнаступление, но нам надолго и не надо.
«Вперёд!» — приказал я. — «Все вперёд!»
Мои немёртвые выстроились в походные колонны и мы помчались в направлении военного лагеря Асахикава.
/30 августа 2028 года, Хоккайдо, г. Асахикава, военный лагерь/
— Это что такое⁈ — воскликнул я, оглядев бетонный ангар.
— Я не знаю, повелитель, — ответил Леви. — Но предполагаю, что это какой-то танк.
— Я знаю, что это танк! — выкрикнул я раздражённо. — Какого хрена его движок лежит на земле⁈
Судя по тому, что поля военного лагеря были пустыми, силы самообороны Японии предпринимали какие-то активные действия в первые дни Апокалипсиса и сумели выкатить большую часть бронетехники навстречу ордам заражённых. В этом ангаре валяются стреляные гильзы, а также есть несколько старых костяков со следами зубов. Заражённые сгрызли часть личного состава, как я понимаю…