Кисти мертвеца вспыхнули знакомым пламенем и из меня начало тащить новый максимум некроэнергии. Я и не думал, что могу выдавать столько за раз.
Вроде бы, площадь рунной схемы небольшая, это ведь кисти, но все слои работают в спайке, поэтому каждый следующий дополнительно напитывает все предыдущие.
— А теперь самое скучное и долгое, — изрёк я и начал набивать татуху на левой ноге.
Надо покрыть рунными схемами весь труп, от головы до пят. Иначе волшебства не будет, даже если дунуть. Я уже говорил, что это охуенно непродуктивный и заёбчивый процесс? А ведь кто-то на таком специализируется, причём набивает на трупы такие татухи от начала и до конца.
Порог вхождения ограничивается усидчивостью, точностью рук, а также наличием больших запасов некроэнергии. А потом ещё окажется, что это дерьмо непрерывно сосёт некроэнергию — хрен напасёшься.
— Йобаный рот этого казино… — изрёк я, набивая схему на левом бедре трупа. — Время фиксируешь?
— Естественно, босс, — ответил Анатолий. — Если не секрет, что ты получишь в итоге?
— Уникального мертвеца, — произнёс я. — Сам всё увидишь.
Я ушёл в состояние личного потока, чтобы минимизировать шансы ошибки до нуля. Вывел меня из него робот Анатолий, постучавший мне по черепу манипулятором.
— Босс, ты стоишь неподвижно уже восемь минут, — сообщил он мне.
Опускаю взгляд на труп и вижу, что всё завершено — ни одной рунной схемы нормальным зрением не видно, зато труп пылает некроэнергетическим излучением. Новогодняя ёлка в центре Владивостока, вечером перед Новым годом, не так ярка…
Органы у трупа уже заменены на оборотничьи, которые уже тоже обколоты рунными схемами. Должна получиться настоящая бомба. Блокбастер, хит, бестселлер!
Череп у него теперь тоже не совсем тот, что раньше. Вернее, совсем не тот. Основание осталось то же, я не мог трогать мозговую ткань, а вот остальное сделано из композитного сплава на основе титана, скандия, вольфрама и кобальта. Это можно пробить, но очень сложно.
Также, прямо под грудиной, у мертвеца находится накопитель на 50 000 единиц некроэнергии. Заряжать его заебёшься, поэтому я просверлил грудину и провёл через отверстие кремниевый кристалл, напрямую связанный с накопителем. Так он будет улавливать крохи фоновой некроэнергии, но основное его назначение — подпитка прямотоком от руки кормящей. От моей руки.
— Ну, не будем тянуть, — отложил я пустой инъектор. — Во славу Плети! Коннор МакЛауд!
Мертвец открыл глаза.
— Готов служить тебе, повелитель, — произнёс он на русском.
Захар дал мне не просто бездумных клонов, а клонов с предысторией. У него есть экспериментальные методы ускоренного обучения, которые он до сих пор оттачивает — эти клоны являются промежуточным этапом.
Они знают русский, английский, среднегреческий и латынь, умеют водить большую часть автомобилей, на уровне условных рефлексов, владеют огнестрельным оружием, а также некоторыми видами рукопашного боя. Технология экспериментальная, поэтому знают они всё это в разной степени.
— Характеристики, — приказал я мертвецу.
Вот, собственно, доказательство того, что технология экспериментальная. Захар говорил, что они должны владеть всем заложенным в них перечнем навыков на высочайшем уровне, но оказалось, что разброс очень большой. Нахрена мне такой умопомрачительный корифей по классической латыни? Ни нахрена. Но, ладно, это эксперимент!
— Анатолий, будь добр, кристалл, — попросил я. — Самый большой.
Робот быстро слетал на склад и притащил мне здоровенный поликристалл. За каждый такой моим ребятам буквально приходится драться с дикими немёртвыми. Иногда мне кажется, что они чувствуют и понимают, зачем их преследуют и ловят…
— Сейчас скажешь мне, что видишь, — сказал я, разрезая Коннору глотку и вставляя в неё поликристалл.
Напитываю поликристалл некроэнергией и жду.
— «Телосложение +2», «Телосложение +1», «Искусство (игра на свирели) +317», «Ловкость +5», — перечислил немёртвый.
— Говна навернули, выходит, — покачал я черепом. — Давай «Ловкость +5».
МакЛауд выбрал, после чего его затрясло, а затем отпустило. Тридцать «Ловкости» — это сильно. Но могло быть гораздо больше. Лутбоксы ёбаные…
— Так, а теперь перейдём к тому, ради чего мы здесь сегодня собрались, — произнёс я. — Анатолий, врубай «По ком звонит колокол» от легендарной «Металлики»!
Заиграла мощнейшая музыка, я начал качать черепом в такт, а МакЛауд недоумевал, что было видно по его немёртвым глазам.
— Шактия саха бале, анаракшита бава саха веге! — произнёс я финальный активатор и закрутил пальцы в невербальной форме. — Понеслась!
Рунные схемы сразу же начали отдавать сконцентрированную в них некроэнергию, которая полностью, с потерей жалких 0,04%, пошла на преобразование плоти и… запоминание. В черепушке у Коннора МакЛауда сейчас формируется малюсенькое новообразование, которое и будет отвечать за всё, что случится дальше.
Плоть МакЛауда ходила ходуном, все органы и системы его проходили кардинальную перестройку, меняя свою суть. У нас на глазах происходило чудо перерождения не совсем обычного мертвеца в мертвеца с изюминкой. Здоровенной изюминкой.
— И что это было, босс? — спросил Анатолий.
— Магия, Анатолий, — ответил я. — Чёрная магия. Сильное и злое колдунство. Коннор, будь добр, проследуй за мной. Анатолий, подключись к камере стрельбища, если хочешь понаблюдать.
Мы вышли на стрельбище, где уже никого не было — глубокая ночь на дворе. Жёлтая луна в небе сияет своим холодным светом…
— Пошумим, блядь! — воскликнул я, поднимая со стойки дробовик десятого калибра. — Коннор, к мишени!
Заряжаю два пулевых патрона, передёргиваю затвор и целюсь Коннору в правую руку, в район локтя. Выстрел.
Мощная пуля врезается в локтевой сустав и отрывает немёртвому руку, к хренам собачьим. Я наблюдаю, как рука падает на песок, окропив его альбедо.
— Ну? — спросил я. — Чего же ты ждёшь?
Коннор опускает взгляд на истекающую альбедо культю. Недостачу альбедо он возместит часов за десять-двенадцать, а вот руку отрастить должен за…
Он ярко засветился в области грудины — не в видимом свете, а в некроэнергетическом. Из культи выросли две кости, от них отросла кисть, а затем всё это покрылось плотью. Процесс занял четыре минуты и семнадцать секунд. Очень быстро.
— Ну, как рука? — спросил я.
Коннор покрутил ей и несколько раз напряг мышцы.
— Как и прежняя, — ответил он.
— Анатолий, что с лицом⁈ — повернулся я к камере наружного наблюдения.
— Со мной всё в порядке, босс, — ответил робот через динамик на стене. — Но, если откровенно, то я в ахуе. Ты же знаешь, что теперь это знает и Захар?
— Всегда знал, — ответил я, после чего повернулся к Коннору МакЛауду. — Береги башку — если отстрелят, то тело обратно не отрастёт. Зато позвоночник и всё остальное твой новый внутричерепной жилец отлично запомнил и восстановит, если возникнет надобность. Но позвоночник, тем не менее, тоже береги — повреждения восстанавливаются лишь до определённой степени.
Теперь, когда я знаю, что это рабочая тема, можно сделать апгрейд моих телохранительниц и ключевых функционеров в Праведной Армии. Правда, проблема в том, что металлическую паутину эта некроструктура не воссоздаст, но это всегда можно нарастить ещё раз.
Эх, жаль, что эту способность восстановления позвоночной ткани из этой рунной схемы не выкорчевать и отдельно не заюзать… Такой потенциал…
Вскидываю дробовик и стреляю Коннору в колено. Отрыва конечности не произошло, мощность патрона не та, но немёртвый рухнул со сломанной и вогнутой внутрь ногой.
— Давай-давай, ты знаешь, что делать! — крикнул я ему.
Коннор сел на песке, выровнял ногу, после чего произвёл процедуру регенерации. И нога снова как новая.
Присматриваюсь к характеристикам. Накопитель некроэнергии: 47199/50000. Жрёт, как сука, каждое восстановление. Ну и ежедневный расход будет по пятьсот-шестьсот единиц — несовершенно, но лучше нет.
Эх, теперь надо искать мощные накопители… Или делать их самому, что тоже геморрой ещё тот.
— Коннор, иди в дом и обратись к дворецкому — он найдёт, чем прикрыть твои муди, — приказал я. — Анатолий, я в свой кабинет. Как наступит утро, начнём эксперименты по големостроению!
Глава девятаяМагическая нежизнь
/7 июня 2029 года, Праведная Республика, г. Фивы/
— Лежи абсолютно неподвижно, — приказал я Кейт. — Анатолий не ошибается, поэтому сделает всё точно. Главное — не шевелись. Вдохни и замри.
Кейт, лежащая на прозекторском столе, вдохнула побольше воздуха и замерла.
— Начинай, Анатолий, — велел я.
Для женщин, из-за анатомических отличий, пришлось незначительно переделывать рунные схемы. Можно было, конечно, сделать, как рекомендовала некрохимерология — полностью удалить грудные железы, но я посчитал, что лучше потратить чуть больше времени и сохранить исходный вид.
Робот задействовал сразу три манипулятора, начав обрабатывать обе руки и левую ногу.
Я же сел на табуретку и уткнулся в телефон. Какой-то уродец потеснил меня в рейтинге, поэтому надо сфокусироваться на прохождении двадцатого уровня — у меня нет столько времени, чтобы позволить себе тусоваться на пятнадцатом или семнадцатом…
— Готово, босс! — сообщил Анатолий. — Требуется твоё участие.
— Сейчас, две минуты, — ответил я.
Ох, сука!!! Твою мать!!!
— Всё, блядь, свободен, — произнёс я, недовольно блокируя телефон. — Сейчас поучаствую.
Произвожу активацию рунных схем.
Череп Кейт уже заменён на аналог из броневого металлокомпозита, а в грудину уже вставлен накопитель на 70 000 единиц некроэнергии, но, в отличие от тестового МакЛауда, грудина Кейт полностью исполнена из керамического композита, то есть отлично впитывает некроэнергию.
— Продолжай, — буркнул я, когда все рунные схемы исчезли.
Вновь сажусь на табуретку и погружаюсь в онлайн-дрочильню с кристалликами. Надо уделать ушлёпка, по