"Внучка, мафия дедов и внучек… Какая-то странная связь", — подумал я.
— Да, завтра три вуза будут про вас сплетничать. Скажите нам спасибо, — самодовольно заявила черненькая, скрестив руки на груди.
— Да уж… Огромное спасибо, — горестно вздохнул я.
— Ну что ж, за знакомство — выпьем! — весело воскликнула темненькая, разливая напиток по кружкам.
Через полчаса девушки уже собирались назад.
— Вы же сами дойдете? — крикнула рыжая, заводя мотоцикл.
— У нас еще куча организаторских дел, — добавила белокурая, поправляя сумку через плечо.
— Дойду, — глухо ответил я, глядя им вслед.
Мотоцикл с ревом умчался в сторону особняка, оставив меня наедине с наступающими сумерками.
"Чем обернётся эта ночь?" — мелькнуло у меня в голове, пока я неспешно шагал вслед за ними.
***
Возле входа в особняк нервно шагал Семен, его тень под тревожным светом фонарей то удлинялась, то сокращалась. Заметив меня, он резко развернулся, и его лицо осветилось облегчением.
"Ну вот и наш герой! — с преувеличенной театральностью воскликнул он, хотя в глазах явно читалось искреннее беспокойство. — Где ты пропадал? Уж не переусердствовал ли ты там с.. — он сделал многозначительную паузу, — гостеприимством? Я фыркнул, смахивая с плеч невидимую пыль:
Мы же взрослые люди, о чем ты? Все было прилично — познакомились, попили чаю. А потом они так же внезапно исчезли, как и появились. Улетели, будто ведьмы на помеле.
Семен нервно покосился на накрапывающий дождь:
Ладно, пошли внутрь. Все уже собрались. Один я тут за тебя трясусь, как осиновый лист.
Войдя в особняк, мы спросили у слуг о местонахождении гостей. Бальный зал встретил нас мягким светом люстр и медленными переливами вальса. Пары грациозно скользили по паркету, но, когда мы переступили порог, музыка как раз затихла. Наступила та неловкая пауза, когда десятки глаз невольно устремились в нашу сторону.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок — очевидно, мое отсутствие не осталось незамеченным.
Из толпы резко выделился стройный офицер в идеально сидящем мундире с академическими нашивками. Его шаг был отмерен, как по линейке, а взгляд — холоден, как сталь клинка.
Позвольте узнать, — его голос резанул тишину, — что вы сделали с прекрасной Ольгой Букреевой?
Черт меня дернул за язык:
Где она секрет, и уж тем более от вас.
Хотя, по правде, я и сам не знал, куда она подевалась.
Офицер побледнел, его рука дрогнула, когда он срывающимся голосом выкрикнул:
Вызываю вас на дуэль!
Белая перчатка полетела в мою сторону. Я поймал ее на лету, ощущая под пальцами тонкую кожу.
Где и когда?
Здесь и сейчас!
Я окинул взглядом его подтянутую фигуру — явно не новичок в фехтовании.
У меня нет ни шпаг, ни пистолетов. Кулачный бой вас устроит?
Он резко кивнул:
Устроит.
Толпа мгновенно расступилась, образуя импровизированный ринг. Краем глаза я заметил, как Семен лихорадочно что-то записывает в блокнот, перешептываясь с группой студентов. Неужели этот пройдоха успел организовать тотализатор?
Я глубоко вздохнул. Драться я не любил, всегда предпочитая дипломатию кулакам. Но если уж приходилось — отступать не привык.
На первой линии зрителей мелькнуло знакомое лицо — Дубов со своей свитой. Княжич ехидно ухмылялся, бросая колкие, но осторожные комментарии:
Ну что, Черноморский, покажешь нам свою "дворянскую" выучку?
Его слова висели на грани оскорбления, но перейти черту он не решался.
Я расстегнул верхние пуговицы сюртука, чувствуя, как адреналин разливается по венам. Офицер уже сбросил мундир, обнажив крепкие, тренированные плечи.
В зале повисло напряженное молчание, прерванное лишь тиканьем маятниковых часов на стене.
Господа, начинаем? — раздался чей-то голос из толпы.
Я сжал кулаки, готовясь к первому удару. В этот момент где-то в глубине особняка хлопнула дверь, и по залу прокатился взволнованный шепот:
Она здесь! Ольга вернулась!
Но было уже поздно — офицер ринулся в атаку, и первая искра настоящего противостояния вспыхнула в центре бального зала...
Офицер встал в идеальную боксерскую стойку – левая нога вперед, кулаки у висков, подбородок опущен. Профессиональная позиция. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок – этот Денис явно не просто махал кулаками во дворе.
Мы кружили друг перед другом в центре импровизированного ринга, очерченного кольцом зрителей. Его мундир уже лежал на ближайшем кресле, обнажив белую майку, обтягивающую рельефные мышцы торса. На мне же болталась расстёгнутая рубашка, а неудобные кожаные ботинки скользили по натертому паркету.
"Ну что, нагловатый юнец, покажешь нам свою дворянскую удаль?" – провоцировал он, легко переминаясь с ноги на ногу.
Я молчал, сосредоточившись на его движениях. В животе – ледяной комок, пальцы непроизвольно подрагивают.
Первый удар пришел неожиданно – резкий джеб в лицо. Голова резко запрокинулась назад, в носу тут же потекла теплая, солоноватая кровь.
"Черт, он быстрее, чем кажется..."
Не успел опомниться, как последовал второй – правый прямой. Инстинктивно пригнулся, но удар все равно пришелся по ребрам. Острая боль пронзила бок, дыхание перехватило.
"Нужно закрываться... Но как? Он бьет методично, как на тренировках – без лишних движений."
Попытался войти в клинч, схватить его за руки, но Денис легко отпрыгнул назад и всадил апперкот под ребра. В глазах вспыхнули белые звезды, колени предательски подкосились.
"Все... Сейчас рухну..."
Краем зрения заметил Ольгу у края круга. Ее обычно розовые щеки побелели, а глаза округлились от ужаса. Видимо, она не ожидала, что ее кавалер окажется таким жестоким.
Денис ухмыльнулся, уверенный в победе. Размял шею, сделал несколько легких подпрыгиваний на носках – будто разогревался для финального удара.
"Он меня не боится. Считает, что я уже повержен..."
Собрав последние силы, я сделал шаг вперед. Как и ожидалось, он автоматически бросил джеб – я резко присел, чувствуя, как его кулак со свистом пролетел над моей головой.
"Сейчас или никогда!"
Бросился в ноги, нарушая все правила благородного поединка. Мои руки обхватили его бедра, плечо с силой уперлось в живот.
"Как учил тот старый тренер в портовом кабаке... Рывок вверх всем телом!"
С хрипом от напряжения поднял его и с размаху швырнул на паркет. Денис ударился спиной с глухим стуком, от которого задрожали хрустальные подвески люстр.
"Встает? Нет... еще не конец."
Он попытался откатиться, но я был уже над ним. Мой кулак со всего маху опустился ему в висок – не с такой сокрушительной силой, как его удары, но точно.
Его глаза внезапно закатились, тело обмякло.
В зале воцарилась мертвая тишина, нарушаемая только моим тяжелым дыханием. Я смотрел на его неподвижную фигуру, не веря происходящему.
"Я... вырубил его? Серьезно?"
Ольга бросилась ко мне, но я машинально отстранился – не из гордости, а потому что ноги вдруг стали ватными.
"Это не победа. Это просто грязный трюк, случайность..."
Когда Денис пришел в себя, первое, что я увидел – изменившийся взгляд. Ни тени прежней снисходительности. Только холодное осознание поражения.
А Ольга... Она смотрела на меня новыми глазами – с каким-то странным смешением ужаса и восхищения. И почему-то мне стало стыдно. Стыдно за эту грязную драку, за свою неловкость, за то, что пришлось опуститься до уличных приемов.
Но больше всего – за то, что именно такой, неблагородный поступок заставил ее наконец по-настоящему увидеть меня.
Семен с довольной ухмылкой пробирался сквозь толпу, пересчитывая купюры. Его глаза блестели, как у кота, только что стащившего со стола целого осетра – самодовольство так и сочилось из каждой поры. Он даже начал напевать себе под нос какую-то похабную песенку, время от времени похлопывая особо удачливых игроков по плечу.
Тем временем другие курсанты окружили Дениса. Их лица были искажены злостью, кулаки сжаты. Один, коренастый блондин с квадратной челюстью, уже расстегивал мундир, явно готовясь продолжить потасовку.
"Эй, это же был честный бой!" – раздался чей-то голос из толпы.
"Какой честный?! Он его бросил, как мешок с картошкой!" – парировал другой.
В углу зала Дубов со своей компанией отошел в сторонку. Они шептались, бросая на меня оценивающие взгляды. Особенно выделялся высокий худощавый юноша – он что-то активно записывал в блокнот, время от времени показывая записи Дубову.
Ольгу окружили подруги – три болтливые девушки в пышных платьях. Они буквально утащили ее в сторону, загородив веерами. Но даже сквозь перья и кружева было видно, как они взахлеб обсуждают только что произошедшее.
Ко мне подошел пожилой официант с серебряным подносом.
"Вам воды, молодой барин", – сказал он, протягивая хрустальный стакан.
Я жадно выпил, чувствуя, как прохладная жидкость смывает вкус крови с губ. Молчание было моим спасением – горло пересохло настолько, что я не смог бы произнести ни слова.
Тем временем Ольга, вырвавшись из круга подруг, подошла к Денису.
"Зачем ты вообще с ним дрался?" – спросила она, скрестив руки на груди.
Денис, все еще сидя на полу, мрачно ответил:
"Я переживал за тебя. А этот наглец заявил, что мне не положено знать, где ты!"
Ольга закинула голову, и ее рыжие локоны рассыпались по плечам:
"Между нами что-то есть, что дает тебе право так беспокоиться?"
Денис опустил глаза. В этот момент я понял, что стал невольным свидетелем чьей-то неразделенной любви.
Подруги снова окружили Ольгу и увели ее прочь, оставив в воздухе шлейф дорогих духов и невысказанных эмоций.
Я подошел к Денису и протянул руку:
"Инцидент исчерпан?"
Он вздохнул:
"Да..."
"Мир?" – спросил я.
Вдруг его лицо озарилось неожиданно доброй улыбкой: