х и авторитетных. А пять троек у нас сформированы, плюс два штатных снайпера. Так что разгрузили и бросили мулов, трофейное оружие в боевой отсек, туда же ранцы, и пять бойцов забралось. Всё, места нет, остальные и репортёры на броню снаружи. Сюда же ящики с минами. Я спереди сидел, на люке мехвода и управлял им, так что катили довольно быстро. К слову, наш спецназ дёрнулся было на перехват, но понял, что не успевает. А по пути нам попалось три группы боевиков. Да мы в наглую подъезжали, слепя фарой, бойцы сыпались с брони, наставляли оружие, разоружали, и отпускали, тем более все в гражданское одеты. Иногда камера с оператором зло. Но крови вроде на них нет, все говорили, что новички из самообороны ближайших сёл. Представлялись, говорили свои данные, откуда, я по ауре отслеживал, трое врали, прижимал нож к яйцам и велел правду говорить. Там говорили, как есть. Николай записывал. Обещали, что никогда оружие в руки больше не возьмут, делал вид что верю. Ещё встретимся, я уверен. Кстати, почти все меня узнавали. Стал знаменитым.
Так и проехали километров двадцать, объехав два опасных для нас поселения, и чуть не доехали до небольшого, всего на восемь домов. Встали на подъезде, укрывшись в лесу. Бронемашину замаскировали, часовых выставили, и дальше спать. Корреспонденты тоже отдыхали. Вымотались все. Да и перенервничали. Это мне всё привычно, как с гуся вода. Я же пока спали и ещё темнота, с одним бойцом пробежался до аула, да скорее хутор по-нашему, и изучили, полчаса потратил, после этого вернулись. Интересный хутор. Все мужчины оружие имеют, двадцать два раба, многовато для такого поселения. В сарае стоит точно такой же «бэтр» как и у нас, только с российскими эмблемами, но с левого борта третьего колеса нет и повреждён диск. Видимо подрыв на мине, но на ходу. Плюс в отдельном дворе два наших военных «ЗИЛа», побиты, «шишига и 'КАМАЗ». Все в разной степени проведения ремонта, только одна «Шишига» в полном порядке. Тут похоже у боевиков ремонтная база. Среди пленных точно наши парни есть, шестерых опознал, остальные похоже гражданские. Отдельно ещё одного держали, думаю офицер. Возможно даже достались местным вместе с бронетехникой. Узнаю завтра по факту. А бойцам дал поспать пять часов, хватит сил набраться. Дальше подъём, быстрый завтрак, и бегом к хутору, тут три километра, обойдя две малые отары овец. Пацанята и старик сторожили их, дошли до места. Снайпера занимали позиции, маскируясь, как и оператор, у него тренога была с собой, дальше небольшая подготовка, я уже расписал что и как делать. И под шум приближавшейся бронетехники, это наша, четыре боевые тройки перекатами двинули к хутору. Маринин там командовал, а я осуществлял общее командование со стороны, рядом с корреспондентами. Снайпера с этой и другой стороны разместились. Вот так и началось. Первая боевая операция. До этого всё так, мелочь.
Три боевые тройки выходили к домам, это жилые, где больше всего народу, одна в ремонтный двор. Время десять утра, там уже работали, рабы и пленные под присмотром трёх охранников с оружием. Восстанавливали один «ЗИЛ». Что важно, на хуторе не было тех, кого бы я назвал боевиками, или сопляки, или откровенные старцы. Значит мужчины их семей все воюют, и на этих ремонт трофейной техники, лечение, да в одном доме двое раненых и вот тылы. А тут, когда бойцы с шумом появились, короткими очередями в небо давая знать, что дело плохо, все вооружённые стали складывать оружие, до боя так и не дошло. Вот этого я не ожидал. Так что я с репортёрами и своим радистом погрузились на броню «бэтра» и доехал до хутора. Снайпер остался, охраняет эту дорогу в хутор, страхует нас. Также и со вторым снайпером. Тут мои бойцы уже согнали всех жителей на главную улицу, да по сути площадь. Рабы и пленные уже обнимались с моими ребятами. У некоторых состояние плохое. Многих плетьми били. Видно, что рабы для них никто, убьют и не заметят. Освободили тех, что закрыты были, пока не использовали. Офицера тоже выпустили. Тот слегка контужен, а так сам ходить мог, чуть пошатываясь. Два бойца моих уже изучали «бэтр» в сарае, пытались завести, чтобы выгнать. «Шишигу» тоже берём. Похоже сможем всех забрать. Маринин изучал состояние рабов. Некоторые срочного вмешательства врачей требовали, но пока справлялся своими силами. Ночью вертолёт вызову. Так что бойцы бегали, технику готовили, ту что оставим сожжём, закинув внутрь всё оружие, что забрали у местных. Огонь приведёт их в негодность. Я же, спрыгнув с брони «бэтра», отправив корреспондентов к освобождённым, чтобы пообщались, каждый сообщит кто он, откуда, где похитили и какой срок в рабстве.
Я же подошёл к крепкому старику с седой бородой, видно, что он тут старший. Несколько секунд изучал его, после чего спросил:
— На чью группировку работаешь, уважаемый?
Я не поздоровался, показывая неуважение, тот нахмурился, но ответил:
— Рамазана люди тут бывали.
— Ах, эти. Родичи?
— Сыновья.
— Ясно. Знаешь меня?
— Нет.
— Это плохо. Я Кузьмин, тот самый, которого несколько полевых командиров приговорили к смерти. Среди них и Рамзан был. Знаешь, что я сделал? Поклялся уничтожить этих полевых командиров, и все их тейпы. В ноль. А ты старик и твои люди в тейпе Рамзана. Вы мои кровники. Сейчас я вас не трону, пресса не даст, но я к вам вернусь. Позже. Когда тут будут твои сыновья и другие боевики. Думал навести на вас авиацию, но откинул эту мысль. Не в моём характере. Я предпочитаю бить лицом к лицу. Так что старик, тебе и твоим людям жить осталось недолго. Даже жаль, что вы оружие побросали, не дали шанса вас уничтожить. Очень жаль. Мы уходим, заберём свою технику, сожжём то что не сможем увести, и уйдём, вас не тронем. А Рамзану передай, я тут буду через два часа как стемнеет, ровно через десять дней. А точнее, седьмого августа через два часа как стемнеет я буду тут у вас. И пусть приведут всех своих людей. Я буду один, и я приду вас всех убивать.
На этих словах, я посмотрел тому в глаза, подав в них жажду убийства, и тот опустил свои глаза, так что отойдя, направился к тому офицеру. Оказался прапорщиком, Афанасьев фамилия, четверо из пленных его бойцы. Патруль они, одной машиной двигались, и попали под мину, а потом под захват, оглушённых взяли. Это их «бэтр», я не ошибся в догадках. И в плен те попали позавчера, недавно тут оказались. И да, репортаж со мной тот видел поэтому немного ошарашен был, разглядывая Фёдорову и меня. Командовать тот мог, бронежилеты и каски, довольно много, форму с нашивками российской армии нашли в сарае. Вооружали парней за счёт оружия хозяев, у них тут оно неплохое. Девять «калашей», два «РПК», плюс то что мы ранее добыли. Так что тот своих парней в строй вводил, плюс вооружил ещё семерых желающих из рабов, все они ранее служили, оружие знают, один так Афган танкистом прошёл. Я его мехводом на второй «бэтр» направил. Его кстати Афанасьев забрал, как вооружил отделение. Освобождённых в «шишигу», подожгли оставшуюся технику, покидав сначала оружие в кузова, и укатили. Два «бэтра» впереди, то что один покалечен, ему не мешало, и «шишига» следом. Конечно хуторяне о нас сообщат, да и дыма изрядно было, но это нам ничуть не мешало. Причём мы проехали по мосту, его не охраняли, бетонный, и въехали в одно из сёл, где непримиримых было много, стреляли все, кто на броне был, шли предельным ходом. Я ещё и боевой артефакт использовал, накопитель в ноль, когда село проехали, но могу сказать, что артефактом набил боевиков больше, чем мы огнестрельным оружием все вместе взятые. Да девять, я считал, наглухо, и десяток раненых, а артефактом три десятка. Рубил шеи. Так что в селе долго стрельба стояла, хотя там боевиков едва ли два десятка осталось. Можно было зачистку провести, но это не в моих планах. Мы уходили прочь. Там дальше блокпост чехов, вот его будем обходить.
Да и обошли по тропкам. Техника с трудом прошла, но прошла. Нас будут искать, я же не зря пустил информацию, очень сильно искать, на что надеюсь и уповаю. Так что найдя подходящее место для стоянки, тут вертолёт и примем, сядет без проблем, оставили «шишигу» с освобождёнными, Афанасьева и трёх бойцов из тех, что оружие тут в руки взяли. Не из его парней. Кстати, те в разведвзводе служили, им Афанасьев и командовал. И на двух «бэтрах» покатили наводить шуму. Сканер, да амулет ночного виденья, но главное дальнего, здорово помогал. Уже через два часа мы в лоб встретили боевиков, гнали на двух пикапах, старом «газоне» и «БРДМ-2». Два «КПВТ» просто вынесли их, бойцы из пулемётов, винтовок и автоматов добивали. Тридцать боевиков в минус. Бронемашина полыхала, её первым делом загасили башенным вооружением. Да не простые, видно, что подготовка какая-то есть, многие даже в форме. Впрочем, у половины гражданская одежда. Так мы и перехватывали всех, кого сюда кидали на марше, как стало известно, что Кузьмин в этих краях. Четыре колонны вот так взяли. Общее количество уничтоженных боевиков, пленных не брали, за восемь десятков перевалило. А дальше катили, и хоп, впереди засада. Уже на нас. Мы встали, потому как пока вне зоны видимости, дальше развернули «АГС», трофей с одной из колонн, и гранат порядочно, тут сам встал за него и стал работать очередями. Трёх лент хватило, чтобы выбить там всех. Дальше подкатили и провели зачистку. Николай всё на камеру снимал, он с Марией с нами был. Тут ещё один «АГС» добыли и запас гранат, это хорошо, а то у нас две ленты осталось.
До вечера так куролесили, общее количество уничтоженных боевиков, а Маринин вёл отчёт, считая, довели до ста шестидесяти двух боевиков. В последнее время в основном ополченцы, кое-как вооружённые, попадались. Мелкими группами их сюда засылали. У меня двое раненых, но легко. Бойцы очень устали, поэтому мы вернулись к основной группе, сделав это благополучно. Те в порядке. Радист отправил шифрованное сообщение, ещё до того, как мы вернулись, куда вертолёт прислать и во сколько, а прибыв на место, бойцы сразу отдыхать. Да все, кто со мной был, как приехали, так и вырубились. Из гражданских кто-то в небольшом озере купался, а вода там холодная, а я писал рапорт, прикладывая и видеоматериал. Мне Николай копию плёнки выдал. Я сам принёс генератор и всё оборудование, номер редактора новостей Первого канала нам дали, по спутниковому каналу вышли. Дальше Николай работал, на связи был, и все отснятые материалы, а также репортажи Марии, были отправлены в редакцию канала. И тут нет цифровой съёмки, сжал пакет и им отправил пакетом. Нет, кассету прокручивают в записи, и эта запись идёт по связи в Москву. По счастью, прокрутить можно в быстром темпе, картинка и звук не портятся, а там потом уже на нормальной скорости прокрутят. Однако и объёма отснятого хватило, даже в ускоренной передаче, шла два часа. Ох и придётся платить за связь. Там поминутно. Главное всё передали, уже стемнело час назад. Я оборудование прибрал, как бы унёс. А ещё через час звук вертолёта. Так что подсветили площадку. И всё. Отправили к нашим всех. Вообще всех, кроме моих бойцов и корреспондентов. Обещал им неделю, вот неделю с нами повоюют. Афанасьев рапорт мой передаст. Вертолёт улетел, там кстати Ляхов командир борта, а мы погрузились на машины, оба «бетра» и грузовик, они ещё пригодятся, и покатили прочь. Вообще мы изрядно покатались. А кушают эти машинки будь здоров, но мы заправили баки на хуторе и две бочки с собой прихватили, так что дозаправили и направились прочь.