– Я ж не баба, твое благородие, чтоб обиды копить. Выпорол, и хрен с ними, – отмахнулся Елисей.
– А с кем еще в городе дела ведешь? – вдруг спросил полковник.
– С кузнецом, Николаем Дмитриевичем. Его все Митричем кличут.
– Ага. Знаю его, – кивнул полицмейстер. – Добрый оружейник. И в городе известен. А что ты с ним делаешь?
– Так тоже оружие, – пожал парень плечами. – Я придумываю, а он да ювелир делают и продают. Так и зарабатываем.
– И много придумал? – заинтересовался полковник.
– А это вы у солдат наших спросите. Сам хвастаться не хочу, – вздохнул Елисей. – Они сейчас в казармах ваших живут. С батальоном караван из крепости пришел.
В этот момент в приемной раздался какой-то грохот, чей-то задавленный писк, и в распахнувшуюся дверь, отшвырнув секретаря, ввалился атаман Терского казачьего воинства, полковник Халзанов.
– Это что ж такое, Иннокентий Львович? – с порога спросил он полицмейстера. – Моего казака арестовывают, казачьего круга не спросив. Здрав будь, Елисей, – добавил он, повернувшись к вежливо поклонившемуся парню.
– Не шуми, Егор Лукич, – отмахнулся полицмейстер. – Никто его не арестовывал. Сам видишь, он при оружии даже.
– Ага, посмотрю я на того, кто у него оружие отберет без моего приказу, – многообещающе прорычал атаман, оглядываясь на замерших у дверей полицейских. – Что тут вообще случилось? А то Митрич в казармы прибежал, кричит, казака ни за что арестовали. Ну, я и подхватился.
– Похоже, городничий наш опять ради своего гешефта тень на плетень наводит, – скривился полковник и, поднявшись, решительно заявил: – Можешь забирать казачка своего, атаман. Нет вины на нем. А с холопами теми я еще по-своему разберусь. Ишь, удумали, в моем городе кольями махать.
Серия из шести выстрелов заставила всех собравшихся удивленно переглянуться. Офицеры, с интересом наблюдавшие за происходящим, иронично усмехались. Будучи профессионалами, они отлично знали, что подобное оружие уже существует, так что местная презентация стрелковой новинки особого впечатления на них не произвела. Зато удивили результаты этой стрельбы.
Мальчишка, принесший мишени, неверящими глазами разглядывал изрешеченный силуэт на бумаге. Елисей, забрав у него мишень, окинул ее быстрым взглядом и, вздохнув, негромко проворчал, отдавая лист стоявшему рядом Митричу:
– Опять придется технику нарабатывать.
– Чего? – не понял кузнец, любовавшийся результатом стрельбы.
– Переучиваться, говорю, придется, – пояснил Елисей.
– А ловко у тебя получается, парень, – одобрительно хмыкнул атаман, забрав у кузнеца мишень. – Даже страшно становится, когда подумаешь, как это может быть, коли против тебя хороший стрелок с таким оружие окажется.
– Так я в своих не стреляю, – развел Елисей руками.
– А кто тебя стрелять учил? – спросил подошедший к ним товарищ полицмейстера. Заместитель, если переводить на язык мира самого Елисея.
После той истории с жалобой, которая закончилась для поротых холопов серьезным внушением, а для их хозяина, купца, угрозой серьезных неприятностей, парня оставили в покое, дав возможность заниматься своим делом. Результат не заставил себя ждать. За две недели их троица умудрилась сделать четыре револьвера. Калибром примерно девять с половиной миллиметров, с барабаном на шесть патронов, а самое главное, сам барабан был смещаемым, для лучшей обтюрации.
И вот теперь они проводили демонстрацию возможностей нового оружия. Собравшиеся офицеры принялись рассматривать пущенный по рукам револьвер, то и дело щелкая курком и задавая достаточно толковые вопросы. Елисей, терпеливо отвечая на них, давал нужные пояснения, попутно показывая наглядно свои слова. Закончив, мастера принялись собирать все привезенное в овраг для демонстрации, когда к собравшимся подъехал верхом на соловой кобыле мужчина в гражданской одежде.
– Добрый день, господа, – поздоровался он, оглядев всех внимательным взглядом. – Не подскажете, как мне добраться до крепости?
– Это вам завтра с утра раннего выезжать надо, сударь, – осторожно ответил Елисей. – Ежели вы только верхом, то к темну доберетесь, а ежели с поклажей, то в дороге ночевать придется.
– А вы, молодой человек, случайно не там живете? – оживился мужчина.
– Случайно там, – кивнул парень, внимательно разглядывая неизвестного.
На первый взгляд ничего особенного, но если присмотреться, то становится заметно, что цивильная одежда ему не очень привычна. А выправка сразу выдает человека, более привычного к мундиру. Взгляд серых, настороженных глаз на обычной, как принято говорить, рязанской физиономии терялся. Но Елисею сразу стало ясно, что взгляд этот ничего не упускает.
«Да ты, друг ситный, никак из жандармов будешь. Или из контрразведки, или как ее тут еще называют», – подумал парень, перезаряжая револьвер.
– Интересное оружие. Где вам довелось такое купить, молодой человек? – улыбнулся мужчина одними губами.
– Сам сделал. Потому и собрались тут, чтобы придумку свою господам офицерам показать, – коротко пояснил Елисей, кивая на куривших в стороне военных, продолжавших обсуждать увиденное.
– А скажите, молодой человек, раз уж мне так повезло и вы из крепости. Не знакомы ли вы с таким казаком, Елисеем Кречетом?
– Знаком. А зачем он вам? – внутренне подобравшись, поинтересовался парень.
– Говорят, он много всякого интересного оружия изобрел. Верно ли то?
– Ну, кое-что придумал, – пожал Елисей плечами.
– Что и видеть то оружие вам доводилось? – тут же последовал новый вопрос.
– А это смотря, что вас интересует, сударь, – хмыкнул парень, быстро меняя патроны в барабане.
– Легкие мортиры, – последовал быстрый ответ.
– Видел такие.
– И как они выглядят?
– Труба на треноге, а снизу плита железная. Там в самом снаряде весь секрет.
– А что за секрет?
– Да кто ж такое рассказывает, – развел Елисей руками. – Были б вы, сударь, из комиссии ГАУ, иной разговор. А так, не думаю, что он своим секретами с вами делиться станет.
– Думаю, у этого господина найдется бумага, перед которой все ГАУ навытяжку встанет, – вступил в разговор атаман, хлопнув парня по плечу. – Вы, сударь, из контрразведки или из жандармского корпуса? – спросил казак, чуть улыбаясь.
– Атаман Халзанов, Егор Лукич, если не ошибаюсь, – чуть склонил голову неизвестный.
– Не ошибаетесь, сударь, – кивнул казак, вопросительно глядя на него.
– Майор Тимофеев, Александр Саввич, – представился неизвестный, спрыгнув с коня и привычно щелкнув каблуками сапог. – Контрразведка. А вы, молодой человек, похоже, и есть тот самый Елисей. По описанию очень похожи. Я прав?
– Я б тому описывальщику язык бы укоротил, – зловеще прошипел Елисей, мрачно кивнув.
– Ну, зачем же так-то? – усмехнулся майор. – Наоборот, радоваться надо.
– Чему? Что мной контрразведка интересуется? Так в том радости, сударь, мало. Раз контрразведка, выходит, меня за лазутчика держат, – снова зашипел парень.
– Нет, – решительно качнул майор головой. – Вас никто ни за кого не держит. Наоборот. В вашей благонадежности у нас сомнений нет. Тут дело в другом. Кое-кто очень заинтересовался вашими изобретениями.
– И этот кое-кто никак другом страны нашей не является, – понимающе кивнул Елисей. – Потому вас и прислали.
– Приятно иметь дело с умным человеком, – улыбнулся контрразведчик. – Так что? Мы можем поговорить серьезно?
– Езжайте в город, становитесь на постой и дайте знать в ювелирную лавку, куда подойти. Я буду, – помолчав, предложил Елисей.
– У меня поговорите, – вмешался атаман. – Часа через три ко мне подходи, там и поговорите спокойно. У меня вам никто не помешает.
– Благодарю, господин атаман, – снова склонил голову майор. – Это, пожалуй, будет самым лучшим вариантом в сложившихся обстоятельствах.
– Все так серьезно? – удивился Елисей.
– Более чем, – вздохнул майор. – Но подробности позднее. Через три часа, в доме у атамана. Я буду вас ждать, Елисей.
– Буду, ваше благородие, – твердо кивнул парень.
Майор вскочил на коня и направил его в город, а парень, повернувшись к атаману, тихо поблагодарил:
– Благодарствую, Егор Лукич, что вмешался.
– Не за что, парень. Ждал я чего-то такого, – вздохнул казак. – Ту историю с британским лазутчиком тебе так просто не спустят. Потому решил вас у себя собрать. Хоть и сделал ты все правильно. По закону, пусть и по-нашему, а все одно не уймутся.
– Ага. Вот, значит, откуда ветер дует, – скривился парень. – Не иначе кто-то кляузу накатал.
– Чего? Кого катал? – растерялся атаман.
– Пасквиль на меня написал кто-то, – пояснил Елисей, быстро прокручивая про себя ситуацию.
– А, ну да. Написал. Да ты не кручинься. Я эту историю так не оставлю. Ты все по нашему закону сделал. Да и дядька Святослав за тебя слово молвил.
– Мастер?! – от удивления Елисей даже рот открыл.
– А ты думал, один такой особенный, – ехидно усмехнулся атаман и, расстегнув рубаху, выпростал из-за пазухи громовую стрелу. Точно такую же, как носил на груди парень. – Прорвемся, казак. А ежели что, в крепость уходи сразу. Там казаки подскажут, что дальше делать. Понял?
– Так и хотел, – улыбнулся Елисей в ответ.
– Вот и добре. А теперь ступай с богом.
Поклонившись ему, Елисей быстрым шагом подскочил к своей повозке, где уже сидели Изя с Митричем, и, запрыгнув на козлы, тряхнул поводьями.
– Как думаешь, Елисей, вышло у нас? – спросил кузнец, дождавшись, когда они отъедут от оврага.
– Ну, офицеры вроде заинтересовались, – вздохнул парень.
– Я на всякий случай еще несколько форм под револьверы сделаю, – вдруг пообещал Изя.
– Материала не жалко? – с интересом спросил Елисей, оглянувшись на него.
– Материал ерунда. Он копейки стоит. Хуже будет, ежели в нужный момент формы под рукой не окажется, – отмахнулся ювелир.
– Ты так уверен, что их покупать станут? – удивился парень.