– Отвлечение внимания хозяев от главного, – пожал парень плечами. – Пока они над чучелом ахали, мальчики свое дело сделали и исчезли.
– Вот бесенята, – рассмеялся комендант.
Елисей закончил осмотр и отправил ребят продолжать занятия по плану, а сам собрался отправиться в мастерскую. Пора было заняться изготовлением очередной партии гранат. Но к плацу подъехал солдат с повязкой посыльного и, передав поводья караульному, подбежал к коменданту. Достав из сумки несколько пакетов, солдат дождался, когда майор распишется в получении, и снова вскочил в седло. Комендант, быстро проверив адреса на полученной корреспонденции, задумчиво хмыкнул и позвал парня с собой.
Поднявшись в кабинет, майор отложил в сторону пакеты, имевшие печати военного ведомства, а пару оставшихся положил перед собой на стол и, достав из стола нож для бумаг, осторожно вскрыл. Быстро пробежав взглядом содержимое, майор удивленно присвистнул и, с усмешкой посмотрев на парня, протянул документ ему.
– Читай. Это тебя касаемо.
– Опять, что ли, кому-то мои ребята потребовались? – угрюмо проворчал Елисей, забирая документ.
Но едва только вчитавшись в текст, парень едва не рухнул со стула. Это был официальный указ за подписью императора о присвоении подъесаулу Елисею Кречету, дворянину, княжеского достоинства, с разрешением откупать у короны земли и иными привилегиями.
– Ч-чего-о?! – от удивления парень даже заикаться начал. – Какое княжеское достоинство?! Белены объелись?! Они там в столице с дуба, что ли, рухнули хором?!
– Ну, графьев с баронами у нас тут не водится, а вот князей всяческих хватает. Теперь и ты среди них, – рассмеялся в ответ комендант.
– Та-ак, и кому это неймется? – мрачно поинтересовался Елисей, судорожно соображая, чем ему вся эта катавасия грозит.
– А тебе не все ли равно? – снова усмехнулся майор. – Достоинство дворянское есть. Титул теперь тоже имеется. Служи, не тужи.
– А я что делаю? На базаре рыбой торгую? – вяло огрызнулся парень. – Меня же теперь все эти графья с баронами со свету сживут. Да и прежние князья в стороне не останутся. Из дуэлей вылезать не буду.
– Ну, не все так плохо, – успокоил его комендант. – Я вот дворянин в котором уже поколении, а тебя почитай за равного держу.
– Верно. Вы держите. Потому как вам не родословная, а дело важно. А дело я, слава богу, делаю. Только я не про вас, я про остальных говорю.
– Да забудь ты о них, – отмахнулся майор. – Ты не шаркун придворный, а боевой офицер. Вот и веди себя, как офицер. С достоинством и честью, – весомо закончил он, многозначительно глядя на парня. – Учись себя в руках держать. Помни, с этого дня каждое твое слово в дворянской среде будет свой, особый смысл иметь.
– Ну и на хрена мне этот геморрой нужен? – тихо простонал Елисей, хватаясь за голову.
– Ужели ты и вправду считал, что такое заведение, как школа пластунов, останется без пригляда со стороны двора его величества? – отсмеявшись, поинтересовался комендант. – Таким заведением простой казак управлять не может. Не тот статус. А вот князь запросто. Так что сим приказом все приведено в надлежащее соответствие. Я признаться, удивлен, что этого раньше не случилось.
– Одного в толк не возьму. Какая двору его величества разница, кто тут, на Кавказе, пластунов учит? Да, понимаю, сейчас война идет. Да и то мои ребята в ней всего год участвовали. А так-то это дело сугубо казачье.
– А воинство казачье кому служит? – со вздохом уточнил комендант. – Так что прекращай стонать, словно баба в родах, и давай делом заниматься. Тут вот тебе еще одна новость, – закончил он, протягивая парню следующий документ.
– Чего там еще? – мрачно поинтересовался Елисей, уже не ожидая ничего хорошего.
– Вызов от генерал-губернатора в дворянское собрание, на церемонию оглашения императорского указа и вручение княжеских регалий, – с улыбкой пояснил майор. – Через неделю изволь быть.
В подобном случае отказ к измене приравнивается. Титулы абы кому не раздаются. Здесь еще письмо от атамана приложено. Сам читай. Это не официальная бумага, – закончил комендант, протягивая ему лист писчей бумаги.
– Ну, хоть тут решилось, – проворчал Елисей, быстро пробежав письмо взглядом.
– Что именно? – нейтральным тоном поинтересовался комендант.
– Разрешение на постройку станицы и имения получено, – вздохнул парень.
– Так это же прекрасно, – весело улыбнулся комендант.
– Ага, только мне то имение нужно, как рыбке зонтик, – фыркнул Елисей. – Ума не приложу, что с ним делать.
– Ты место под станицу присмотрел? – нейтрально поинтересовался майор.
– Ага.
– Далеко от крепости?
– Примерно верст пятнадцать отсюда. На ручье. Там и прогалина широкая, и холм небольшой, в дождь не зальет, и почитай половина пути до города, – задумчиво перечислил Елисей все достоинства найденного места.
– Это хорошо, что не далеко. Всегда можно будет поддержать друг дружку, – кивнул майор, явно думая о чем-то своем. – А за станицу не беспокойся. У меня уже многие спрашивали, будешь ли строить.
– У вас-то с чего? – удивился Елисей.
– Так знают ведь, что мы с тобой завсегда советуемся, когда что-то серьезное затеваем. К тому же я тут главная величина, – с усмешкой добавил комендант, комично приосанившись.
– Алексей Захарович, ну хоть вы не издевайтесь, – взмолился парень.
– И в мыслях не было, – очень серьезно качнул майор головой. – Я тебе больше скажу. Под эту марку хочу просить тебя и на мою долю немного землицы отрезать. О старости подумать пора, – грустно вздохнул он. – Тут у меня с десяток старых солдат есть. Им после демобилизации и идти-то некуда. Вот и будут у меня навроде инвалидной команды. Землю пахать да за хозяйством присматривать.
«А вот это мысль», – подумал Елисей, переваривая полученные новости.
Спустя две недели Елисей, в сопровождении майора, снова отправился в Екатеринодар. Пришибленный навалившимися новостями, парень просидел всю дорогу молча, насупившись, словно сыч. Комендант, понимая его состояние, только тихо улыбался в усы, покуривая в сторонку. У Елисея складывалось впечатление, что майор что-то знает, но умалчивает о своих знаниях.
Больше всего парня беспокоила мысль, что с получением дворянства и титула он начинает привлекать к себе очень много ненужного внимания, и все его потуги укрыться в медвежьем углу накрываются медным тазом. И этот факт Елисея расстраивал более всего.
В город они прибыли за два дня до назначенного срока и, сняв номера в гостинице, принялись готовиться к церемонии. Что делать, майор ему уже подробно рассказал.
Само вручение регалий прошло на удивление спокойно. Можно сказать, буднично. Генерал-губернатор, вызвав парня к столу председательствующего, зачитал императорский указ и, вручив ему все полагающиеся регалии, пожелал дальнейших успехов. Елисей чуть было не добавил: в боевой и политической подготовке. Из-за волнения его пробило на плоские хохмы.
Генерал-губернатор, заметив волнение парня, понимающе улыбнулся и не став вгонять его в неудобное положение, отправил на место. Уже проходя по залу, Елисей вдруг приметил того самого штабс-капитана, с которым развлекался стрельбой. Поймав его взгляд, офицер чуть улыбнулся и, кивнув, показал на ладони изуродованную пулями монету. Что это означало, на тот момент Елисей не понял.
Все стало ясно потом, когда господа офицеры, обступив новоиспеченного князя, принялись наперебой поздравлять его. Понимая, что простым спасибо тут не отделаешься, Елисей тут же пригласил всех в ресторан, отметить это событие. Благо, по совету коменданта, денег он прихватил из дома с запасом. Уже на пути к выбранному заведению несколько молодых офицеров рискнули задать ему важный для них вопрос.
Правда ли, что рубль в руке штабс-капитана изуродован его пулями? Пришлось признаться, что это его работа. В итоге поход в ресторан пришлось на некоторое время отложить. Господа офицеры дружно свернули на ближайший пустырь, и Елисей был вынужден показать свое умение стрелять. Изувечив пару медных пятаков, офицеры угомонились и продолжили путь. В итоге к вечеру вся компания оказалась изрядной пьяной и весьма довольной устроенным праздником.
Для самого виновника торжества вечер закончился легкой головной болью и изрядно полегчавшим кошельком. Утром не выспавшийся и от того злой Елисей выгонял винные пары очередной тренировкой на заднем дворе гостиницы.
– Ох, и ловок ты, казак, – послышалось из угла, и парень, в очередной раз провернув в руках шашки, замер, закончив упражнение.
Не спеша развернувшись, он приметил сидящего на завалинке у забора пожилого, одноногого казак. Седой, словно лунь, с аккуратно расчесанной бородой и серебряной серьгой в ухе, он со смаком дымил небольшой трубочкой-носогрейкой.
– Добре пляшешь, – одобрительно улыбнулся старик. – Кто учил?
– Дед Святослав, царствие ему небесное, что в крепости жил, – не очень определенно ответил парень, подходя ближе.
– Как так? Неужто помер? – вскинулся старик, едва не выронив трубку.
– Ушел казак, – грустно кивнул Елисей. – Ты никак знавал его?
– Было дело, – вздохнул казак. – А ты ему кем будешь? Святослав говорил, что никому умение семейное не передаст, окромя детей да внуков.
– Было такое. Да только из наследников его никто к пляске этой таланта не проявил. Вот он меня наследником по умению воинскому и назвал.
– А не брешешь? – подозрительно прищурился старик.
– Пес брешет. А за то любого из круга казачьего в крепости спроси. Любой скажет, дед Святослав сам меня приметил и сам учил.
– Это чем же ты ему так глянулся? – задумчиво поинтересовался казак.
Вместо ответа, Елисей пальцем ткнул себя в грудь. В то место, где висела громовая стрела. Удивленно вскинув брови, старик ответил ему точно таким же жестом. Чуть кивнув, Елисей присел рядом с ним и, оглядевшись, поинтересовался:
– А ты, дяденька, никак живешь тут?