– Как это? – удивилась Меланья.
– А вот так. Первый раз в столице, а второй уж тут. В Тифлисе, – коротко пояснила девушка.
– А в Тифлисе-то почему? – не поняла Глафира.
– Князь Буачидзе Елисею отец названый, – гордо вскинув подбородок, отчеканила Наталья.
– Это который Буачидзе? – задумалась графиня. – Неужто тот самый, что самому государю родственник?! – глаза ее растерянно расширились.
– Он самый, – победно усмехнулась Наталья. – Так что думай, кому и что говоришь.
Банально сбежав из собственного дома, Елисей скакал по лесной дороге в сторону крепости, чувствуя себя по-настоящему счастливым. Еще пара часов таким аллюром, и он снова с головой окунется в привычную и родную для себя атмосферу. Оружие, амуниция, следы в лесной чаще, все, что нужно нормальному мужчине и бойцу. Наталья, после вечерних разговоров подруг, отпустила его, можно сказать, сама вытолкала, спокойно.
Глафира отчаянно флиртовала с ним, то и дело вызывая у девушки приступы ярости, и только каменное спокойствие самого Елисея спасало графиню от знакомства с коготками Натальи. Уже ночью, в постели, девушка тихо поведала ему, что это вообще такое было. Как выяснилось, Глафира никогда не отличалась особой добродетелью и уже имела несколько любовников. Папаша ее, зная о похождениях доченьки, только отмахивался, требуя от нее только одного, чтоб в подоле не принесла. А самое главное, что за ее развлечения должны были платить ее любовники. И не только за развлечения.
– Ну и подруги у тебя, – растерянно проворчал Елисей, выслушав эту историю.
– Ну, подругами настоящими мы никогда не были, – фыркнула Наталья, презрительно наморщив носик. – Так, скорее приятельствовали. Понимаешь, я всегда больше интересовалась охотой, оружием, лошадьми, чем балами и тряпками. И потому ко мне отношение всегда было непростым. Вроде все в рамках приличий, и в то же время все увлечения мужские. Даже слухи начали появляться, что меня не женихи, а девушки интересуют. Благо папенька сумел несколько языков вовремя окоротить. Потом сватовство, и слухи эти пропали. Да я и сама перестала по улицам верхом носиться. Вроде как повзрослела. Но все равно к балам влечения у меня не появилось. Так, появлялась иногда с сестрой и маменькой, и то больше в сторонке отсиживалась. Хотя все признавали, что танцую я весьма даже отменно.
Да только скучно мне было все это. Ну, а дальше ты знаешь.
– Угу, знаю, – хмыкнул парень. – Я только одного не понял. Та слезливая история о болезни родителей, она что, выдумка, чтобы денег с меня получить, или как?
– Нет. Родители ее и вправду болеют. Это я еще дома у папеньки краем уха слышала. Но денег они с тебя получить сильно хотели. Глашка даже в постель с тобой прыгнуть ради этого готова была. Так что, ежели задумаешь полюбовницу завести, не вздумай с ней связываться, – закончила она, ласково куснув его за плечо.
– Да ну вас всех, к бесу лысому, – рыкнул Елисей. – Мне только гарем тут развести не хватало. Это у вас в высшем обществе любовниц иметь за доблесть, а у нас тут семья в первую голову.
– Ну не рычи, бешеный, – тихо рассмеялась Наталья, прижимаясь к нему и пуская в ход нежные пальчики.
Спустя минуту, забыв о гостьях, они занялись друг другом.
Покачнувшись в седле, Елисей стер с физиономии довольную улыбку и осмотрелся. Пора было вернуться к привычке отращивать себе глаза на затылке. В этих местах беспечность может плохо кончиться. Убедившись, что вокруг все в порядке, парень сжал колени, и жеребец прибавил шагу.
Едва въехав в ворота, Елисей вынужден был осадить коня. На превратной площади стояла коляска коменданта крепости, майора Милютина. Сам майор, стоя рядом со своим транспортом, отчитывал за какую-то провинность крепкого пожилого унтера. Но едва увидев парня, он жестом отпустил своего подчиненного и, раскинув руки в стороны, удивленно выдохнул:
– Вот уж кого не чаял увидеть. Явился, пропажа.
– И вам здравствовать, Алексей Захарович, – рассмеялся Елисей, соскакивая с коня и подходя к офицеру.
– Ты еще крепче стал, чертяка, – проворчал майор, крепко обняв его.
Вот чем Елисею всегда нравился комендант, так это полным отсутствием чванства. Даже будучи еще зеленым казачком, о котором никто ничего толком и не знал, подобное отношение Милютина к себе парень отмечал и ценил. Выяснив, как дела в местном хозяйстве, Елисей отправился в школу, пообещав майору вечером быть к комендатуре с полным рассказом о своих приключениях. Попутно парень выяснил, что мальчишки сегодня были в крепости. Во всяком случае, их выхода с территории никто не видел.
Подъехав к знакомым до боли воротам, Елисей спешился и, постучав, толкнул калитку. К воротам спешил Андрей. Увидев наставника, парень охнул и, радостно улыбнувшись, во весь голос завопил:
– Братцы, княже вернулся!
Этот вопль заставил дом ожить. В один миг пустой двор оказался заполнен галдящей толпой мальчишек. Перекрикивая друг друга, они засыпали его вопросами, а Елисей, глядя на этот бедлам, чувствовал себя счастливым. Его ждали. Ему были рады. Андрей, придя в себя, рявкнул команду, и спустя минуту перед крыльцом выстроились все обитатели школы. Как оказалось, комендант был прав. Сегодня у мальчишек был день физической подготовки, и они тренировались в спортгородке.
И вот теперь все ученики стояли перед ним в старых, но еще крепких черкесках, в которых и тренировались. Елисей специально учил ребят работать в повседневной одежде. На выходе или при нападении времени на переодевание может не быть. Так что мальчишки должны были уметь бегать, драться и воевать в том, в чем их застал бой. Пройдясь вдоль строя, Елисей внимательно осмотрел окрепших и заметно подросших мальчишек, после чего спросил:
– Ну, и как вам наука, бойцы?
– Тяжко, – вздохнул, шмыгнув носом, один из подростков.
– Ну, о том, что тяжко будет, я с самого начала говорил, – усмехнулся Елисей. – Чему выучиться успели?
– Ну, стрелять добре стали. Ножи кидать. А вот на кулачках пока не очень, – наперебой принялись высказываться казачата.
– Ой, врете, черти полосатые, – фыркнул парень. – Добре стрелять вы только года через три станете. А пока только научились правильно оружие в руках держать.
– Как так-то? – дружно охнули мальчишки.
– А вот завтра на стрельбище и посмотрим, – зловеще пообещал Елисей.
– Княже, не пугай ребят, – пряча усмешку, попросил Андрей. – Они ж теперь всю ночь спать не будут, очередной экзаменации дожидаясь.
– Вот для того мои экзаменации и нужны, чтобы в бою они не волновались. Пусть теперь привыкают, – наставительно ответил Елисей. – Запомните, казаки. Любое волнение для вас – это кусок смерти вашей. В любом месте, в любом положении головы ваши должны быть ясными и холодными, чтобы любую пакость вражью приметить и ответ на нее придумать.
Мальчишки притихли, жадно улавливая каждое его слово. Еще раз пройдясь вдоль строя, Елисей отметил про себя, что многих пора переодевать, и нужно проверить, как лежит у них в руках оружие. Ведь то, чем они пользуются сейчас, было сделано специально для мальчишек. А теперь перед ним стояли уже подростки. Или, как тут говорили, недоросли. Вспомнив один рассказ из школьной программы с одноименным названием, Елисей чуть улыбнулся и, кивнув Андрею, скомандовал:
– Продолжай занятия. Позже поговорим.
Андрей подал команду, и мальчишки отправились обратно в спортгородок. Сам Андрей, задержавшись, подошел поближе и, вопросительно глядя Елисею в глаза, тихо спросил:
– Как, княже? Посчитался?
В ответ Елисей только кивнул.
– Выходит, ты совсем вернулся? – уточнил Андрейка.
– Совсем, – с улыбкой кивнул парень. – Только жить тут я больше не смогу.
– Почему? – тут же насторожился казачок.
– В имении жить стану. Женился я опять, друже. Вот потому и придется там жить.
– Женился?! – растерянно переспросил казачок. – А князь Дато знает?
– А то, – рассмеялся Елисей. – Мы с Ильико в один день свадьбы гуляли. А Дато меня еще и в Тифлис затащил, чтобы и там праздник устроить.
– Выходит, Руслан у него пока останется? – помолчав, уточнил Андрей.
– Да. Там ему хорошо. И пригляд добрый, – кивнул парень. – А по чести сказать, не хватило у меня духу внука у деда отобрать, – признался он, смущенно почесав в затылке.
– Так что, там и оставишь? – удивился казачок. – Неужто науке своей обучать не будешь?
– Это обязательно, – отмахнулся Елисей. – Но пока маленький, пусть будет. А там, как батюшка рассудит.
– Пойдешь? – коротко спросил Андрей, кивая в сторону капища.
– Да. Надо, – решительно кивнул Елисей.
– Сейчас? – не унимался казачок.
– Сейчас. Не след время тянуть. Должен я ему. Удачей своей и в делах помощью. Так что сбегаю, не переломлюсь.
– Добре. Нужно чего в дорогу?
– Нет. Пусть кто коня обиходит, а я пойду, – закончил парень, передавая ему повод.
Выйдя из крепости через дальние ворота, Елисей нырнул в кусты и перешел на легкий бег. Спустя два часа он входил на территорию старого капища. Пройдясь по двору, он убедился, что тут все в порядке, и, присев перед идолом, прикрыл глаза.
– Пришел, значит, – раздался в его голове голос, едва только парень вошел в транс.
– Пришел, отец, – улыбнулся Елисей.
– Хочешь чего? Иль нужда какая имеется? – деловито осведомился все тот же голос.
– Нет, отец. Благодарить пришел. За удачу, за помощь твою.
– А, ну ладно. Благодари, да ступай. Дел у тебя много. Учи воев. Хорошо учи. Ты умеешь. А ежели что, приходи. Вдвоем любую беду решим.
– Благодарствую, отец, – мысленно поклонился Елисей и открыл глаза.
Шагая обратно, он никак не мог понять, почему вдруг получилось так легко связаться с древним божеством, и почему все закончилось так легко. Но ответа на эти вопросы он так и не нашел. Это было выше его понимания. Будучи завзятым реалистом, он с трудом верил во всякие потусторонние дела, но оказавшись в этом мире, вынужден был изменить свое отношение к подобным вещам. Но вникать в них не спешил. Или не решался, чего уж перед самим собой кокетничать.