И, едва это случилось, как ордынец просто свернул противнику шею. А потом выбросил его и брезгливо отряхнул руки.
Сзади нас послышался хрип, и совсем рядом с моей головой пронёсся жучок. Это ещё один игрок, подкравшись, попытался пометить уже меня, но теперь его труп медленно переплывал укрытие. А за его спиной возвышалась тень Груздя.
— Шуга! Я не понимаю… — я сразу же обернулся к ордынцу.
— Уходите, Архар! — Шуга сразу же ринулся к лежащим на земле бластерам, выпавшим от первачков, — Заберёшь меня у гоблинов! Быстро! — и заорал, прыгая и стреляя в сторону крейсеров, — Ну, грёбанный планктон! Инопланетяне хреновы, я вас всех порешу!
Я только-только начал соображать, как меня уже схватили за плечи, втягивая обратно за скалу. Цикада, Груздь и Аида уже втащили меня обратно за скалу, когда всю округу сотряс огненный взрыв.
Бинтик буквально упал на нас, успев обмотать защитным коконом. Паутинная защита тут же распалась, возвращая нас в дымящийся и усыпанный горящим пеплом мир. Кстати, поднявшийся от взрыва дым был отличной маскировкой.
— Шуга! — только и вырвалось у меня.
Видимо, я до того привык к мысли, что Шугабою, который привязан к базе эйкинов, никак нельзя умирать, что из-за этого не уловил самой что ни на есть очевидной мысли.
— Архар, не тупи! — прошипел мне в уши Груздь, когда мы все, крепко ухватившись за Бинтика, понеслись по ущелью, — Шуга, если погибнет, отправится к эйкинам. И мы сейчас туда полетим! И исхюры тоже полетят! Все полетят! Там сейчас ад будет!
Видимо, «лидер сопротивления» давал спокойствие только тем, кто идёт за мной, но не мне. Мои мозги с трудом встали на место, радостно сообщив, что лазутчик прав.
Исхюрам кровь из носа надо найти секретную базу сюнэ. Кого они сейчас пришлёпнули с жучком, они навряд ли поймут в такой неразберихе. Но теперь вся их грозная армада устремится к базе ни хрена не понимающих эйкинов.
Вот у них радости-то будет, когда к ним прилетит самый неуловимый Изгой…
— Куда бежать-то? — только и спросил я, когда Бинтик, разбежавшись по одной из скал, вдруг изо всех сил оттолкнулся и прыгнул.
Он тут же выпустил вверх из двух передних пар лап паутину, сплетая широкую сетку. Она начала увеличиваться, превращаясь в огромный парашют, которым, как ни странно, Бинтик мог худо-бедно управлять.
Впереди в тумане показались контуры ещё целого ноэмского моста. Да уж, далеко отлетела наша половинка астероида.
Глава 33
Я пристально смотрел на приближающиеся конструкции моста, чувствуя, как на глазах застыла какая-то рябь. Дым, наверное, попал от взрыва, да сейчас ветром надувает.
Шугабой! Шуга… Сахарок! Я иду!
Стиснув зубы, я никак не мог перестать думать о нём. Просто я помнил то состояние, в котором нашёл Сову Опаску… Она сильная девушка, понятно, и ей многое пришлось пережить, но вот почему-то я за сурового ордынца переживал даже больше. На самом деле я знал, какая мягкая и ранимая душа скрывается за чёрствой лысой кожурой.
А этот их хранитель, как его там… Хвактарр что ли… или Урук-эйкин? Да без разницы, если он вдруг не захочет воскрешать Шугабоя. Вдруг и вправду не захочет⁈
Я тут же отбросил эту мысль, понимая, что так и рехнуться можно. Куда он денется? Гоблины сейчас в такой нереальной жопе, что этому Хвактарру ничего не останется, как воскресить ордынца. Это их козырь в торгах со мной, если они, конечно, догадаются об этом.
Мои губы тронула усмешка — Тандыр Грозящий точно догадается. И Шуга намекнёт, что я скоро приду. А я приду!
Только тут я заметил, что Груздя рядом нет.
— Не боись, я просто в тени, — прошипел он, — Может, так нас труднее будет заметить?
У меня были большие сомнения насчёт этого, тем более, ни астероид, ни крейсера уже не было видно в тумане.
— Помнишь, у Апракса была чуйка на тех, кто в тени? — спросил я.
Груздь тут же возник рядом, смущённо кашлянув.
— Это да, я чего-то не подумал…
Тут Бинтик замяукал, дёргая головой в сторону. Ну, чего там?
Питомец, чуть-чуть не долетев до моста, вдруг резко взял левее. Да что такое-то⁈
Только почуяв спиной, как мимо с рёвом пролетел жаркий огненный шар, я вдруг понял, что произошло. Гул двигателей крейсера донёсся из тумана спустя несколько мгновений.
— Да вашу ж за ногу!
Силуэт крейсера, едва различимый, увеличивался и приобретал контуры. Да ещё и на нём засияли, разгораясь, сразу две точки — корабль готовился ещё к одному залпу.
— Всё, мой выход, — сказала Цикада, доставая из инвентаря украденный на складе ноэмо рупор.
— Сейчас будет тень… — вдруг сказал Груздь и судорожно схватил меня за руку, — Чувак! Тень будет!
— Что⁈
— Тень! Огромная!!! — глаза лазутчика обезумели, а Цикада так и застыла с рупором, глядя на Груздя в непонятках.
— Постой, — вырвалось у меня.
Пазлики складывались со скоростью процессора.
Мы летим в сторону моста, как раз к гейту с названием «тропа номер 5». И летим мы слишком низко… А у Груздя есть способность предчувствовать тень, он уже показывал это в Фаэтоне!
Поэтому я уже не удивился, когда за силуэтом крейсера в тумане вдруг проявился ещё один контур. Огромный астероид, занявший буквально всю бездну перед нами, разрезал клубы тумана, неимоверно быстро вырастая в размерах.
На крейсере, с которого уже пальнули, поняли всю свою ошибку. Они вспыхнули двигателями, но тут же вся громада исхюрского корабля исчезла в огненном облаке. В моём мозге, для которого время уже буквально замедлилось, так и отпечаталась эта картинка — крейсер, который казался мне огромным, на фоне колосса-астероида превратился в крохотную вспышку.
Действовать надо было за доли секунды, и Бинтик придётся буквально взломать систему, потому что такого он до этого ещё не делал.
Нам нужна была скорость… Скорость достаточная, чтобы не расплющиться о поверхность астероида насмерть. И двойной залп, запущенный с крейсера, должен был помочь нам в этом.
Я вытаскиваю из широкого инвентаря Стрелу Богини Мести. Бинтик в это время оплетает нас спасительным коконом… и в этот же момент выдаёт по паутине кокона «целительный разряд» во всю силу. Аида тоже заливает внутреннюю полость своим «исцелением».
Когда в кокон ударяет двойной огненный шар с крейсера, я уже всаживаю в стенку кокона свой электролёд. Улучшенный электролёд, прошу заметить!
Затем всё просто разлетелось, и мир окрасился в красный… в краснющий, просто нереально краснющий цвет. Да ну нет, не может быть!
Мир стал погружаться в темноту, где вдали показались те самые кнопки.
Желаете воскреснуть на алтаре Великого Очага Сюнэ?
Желаете воскреснуть на алтаре Великого Очага Человечества?
К сожалению, вторая пока была не активна, и я, вздохнув, ткнул в первую.
Ничего… Э, в смысле?
Вот на тёмном фоне проявился уже знакомый сияющий силуэт. Бородатый Пятачок с бивнями, сидит в позе лотоса, и маячат за его спиной пять хвостов. Один вполне обычный, как весело топорщащаяся пружинка, второй просто расплылся от скорости, так быстро он двигается, а третий — огромный, занимающий всё мироздание, если вглядываться в него. Четвёртый стоит крепко, словно привинченный, а пятый… Был же пятый, вот вроде видел его, но разглядеть не могу. Так четыре хвоста или пять? Четыре… а нет, пять. Но где он?
Как и в прошлый раз, система мне сразу же объявила, кто передо мной:
Хранитель Великого Очага Сюнэ Охрюнна Пятихвостый
— Ну, здравствуй, великий Охрюнна, — сразу же сказал я, когда силуэт приблизился.
— Великий, не великий…
Я закатил глаза. Ну опять!
Что-то промелькнуло в стороне, и я увидел астероид. Он нёсся в тумане, а потом вылетел из него, оставив позади облака, обвившие вершины Часовых Гор. Теперь астероид летел над предгорьями.
— Блин, — до меня дошло, что надо спешить.
А хотя куда спешить-то?
За Шугой спешить! Воскрешаться, снова ноги в руки, и бегом с базы к эйкинам!
Я вдруг вспомнил про свой уговор с Хранителем Сюнэ. Точно, как же я мог забыть⁈ Ему же нужно то, что я обещал!
Мои пальцы тут же вытянули из инвентаря чёрный шарик. Я поднял его на уровень глаз, а потом отпустил — надо выполнить сделку, уж кому, как не торговцу, знать об этом?
Эх, а ведь в прошлый раз я искренне надеялся, что смогу перехитрить этого самого Охрюнну. Но нет, вот я опять перед ним в цифровом чистилище, откуда нет выхода, кроме как через волю этого пятихвостого.
Какая хитроумная ловушка…
Чёрный пинг крутился между нами, и безмятежные зрачки Хранителя с лёгкой ленцой наблюдали за ним.
— Ловушка, не ловушка, — задумчиво пропел Охрюнна, — Венец земной эволюции, ты помнишь, что я тогда тебе сказал?
Я поджал губы. Вот же жёваный пиксель! Может, я просто отдам чёрный пинг? Давай без экзамена, а?
— Экзамен, не экзамен…
— Ну-у-у, не дословно, конечно, — протянул я, — Что-то про архайев, про их тела тёплые.
— Это ты уже узнал потом, венец земной эволюции.
Почему-то мой взгляд зацепился за первый хвост Охрюнны. Всплыли в памяти слова Хойро, что первый хвост — «есть самый мудрый, он есть старше самого Охрюнны…»
И тут же я вспомнил, что мне тогда сказал этот хвостатый.
— «Когда Вспышка станет Искрой, и вслед разгорится новый Великий Очаг — явится то, что по праву принадлежит Нам. Одно лишь печалит, что не один Великий Очаг померкнет в свете нового, и сгорит в его огне», — оттараторил я, сам поражаясь, как смог вспомнить такую фразу.
Я что, смог это запомнить⁈ Тут явно дело в хвосте мудрости… Мне было намного легче формулировать свои мысли, просто глядя на него.
И тут же я добавил:
— Я смог, великий Охрюнна! — пальцем я показал себе за спину, — Там горят эти очаги один за другим, я устроил им весёлый раунд. Архайи думали, что человечество просто так отдаст свои живые и радующиеся жизни тела? Не-е-ет!
— Нет, — Охрюнна улыбнулся, потом протянул руку. В пальцах он перекатывал шарики разных цветов, и чёрный пинг, притянувшись, влился в хоровод жемчужин.