— Вот как? — я задумался, а потом быстро спросил. — Скажи, а вас можно отравить?
— Ты думаешь, я отвечу на этот вопрос? — Верн рассмеялся. — Андрюша, за кого ты меня принимаешь? — и он отключился.
— Спасибо за ответ, — пробормотал я. — Даже если вас отравить нельзя, кто сказал, что этот Томас Уэльс не пытался. Похоже, он время не рассчитал. Солак заявился уже после того, как ловушка сработала, и монастырь закрыли. Потому что я очень сильно сомневаюсь, что эти твари не пошли бы туда поглумиться над монахинями. А так у этого козла вовремя сработал инстинкт самосохранения, тварь истеричная!
— Андрей, — позвал меня Ромка. Я сразу же метнулся к нему. — Я думал, что ты ушёл.
— Нет, как ты себя чувствуешь? — спросил я его, усаживаясь на стул, на котором совсем недавно сидел целитель.
— Лучше я промолчу, — ответил Ромка. — Что будем делать?
— Ты постараешься уснуть, а я постараюсь выяснить формулу той феноменальной дряни, которая тебя чуть не убила, — ответил я. — Да, я позвонил Верну. Знаешь, получается, что это на безликих поставили ловушку, а не они на людей. Узнать бы ещё, кто такой Томас Уэльс… — мы с Ромой задумались. Через пару минут я потянулся, потрогал Ромкин лоб и встал. — Отдыхай, а я пошёл звонить Тихону. Может быть, он мне адрес какой-нибудь лаборатории подскажет, а то как-то неохота самому искать.
Ромка утвердительно кивнул и закрыл глаза, я же вышел из комнаты и снова достал телефон.
Глава 11
Владимир Вольф проводил Беатрис, сдав из рук в руки сестре и выслушав удивительную историю её совместных с Борькой злоключений.
— Беата, иди отдыхай, — тихо проговорила Аврора, скованно улыбаясь. Беатрис долго смотрела на неё, а потом повернулась к Володе.
— Борису не нужна помощь целителя? Он сильно ударился головой, и я видела, что ему нехорошо, — сказала девушка, глядя на Вольфа очень серьёзно.
— Думаю, что пока можно подождать, — ответил Владимир. — Если через пару часов покоя ему станет хуже, то я вам сообщу.
— Беата, иди отдыхать! — с нажимом повторила Аврора. Беатрис резко повернулась к сестре, и их взгляды встретились. Они смотрели друг на друга с полминуты, и Беатрис сдалась первой.
— Если Борису станет плохо, не тяните слишком долго, с такими вещами нельзя шутить, — сказала она и вышла из небольшой гостиной, где они в этот момент стояли.
Владимир проводил её задумчивым взглядом, а затем повернулся к старшей сестре. Он хотел спросить у Авроры, какого гриба здесь творится, и самое главное, почему её отец покончил с собой. До него долетали лишь слухи: так, пару раз слышал в столовой, как работники переговаривались между собой. Но Вольфу почему-то казалось, что это очень важно. И одновременно он понимал, что Аврора его просто пошлёт куда подальше и будет права. Какое может быть дело наёмному секретарю до проблем её клана? И в этой ситуации самым верным было представиться. Вряд ли перед Вольфом она станет юлить.
Все эти мысли пролетели в Вовкиной голове со скоростью метеора. Он ещё пару секунд обдумывал их и задал вопрос, от которого сам слегка опешил, потому что вот про это точно спрашивать Аврору он не хотел.
— Почему вы с сестрой не замужем?
— Что? — она моргнула, а её глаза расширились. — Почему тебя это интересует?
— Потому что это интересно, — Володя пожал плечами. — Если бы за тобой и за Беатрис стояли ещё как минимум два клана, дела практически сразу стали бы налаживаться.
— Проблема в том, Владимир, что тогда наш клан перестал бы существовать, — теперь Аврора нахмурилась. Она не станет говорить этому парню, что отец просто не смог найти для них подходящую партию. Клан д,Оберне был настолько незначительный, что мало кто хотел с ним породниться. Да и не было поблизости не только достаточно сильных кланов, способных противостоять даже этим ушлым торговцам, почувствовавшим слабину, не говоря уже о более серьёзной угрозе. Собственно, и незначительных кланов поблизости практически не было. А отец Авроры в то время ещё не настолько отчаялся, чтобы отдавать дочерей замуж за простых парней, лишённых дара. Ну а когда он уже и на это был согласен, стало поздно: слишком сложно подыскивать дочерям подходящую партию из гроба с дыркой от пули в голове.
— Ну и что? — ответил Владимир довольно жёстко. — Слияние кланов никто не отменял. И ваши обязательства принял бы на себя клан твоего мужа.
— А почему тебя это волнует? — Аврора скрестила руки на груди, глядя на Вовку, поджав губы.
— Не знаю, — честно ответил Вольф и задумался. И правда, почему его начал волновать этот вопрос? Он не знал на него ответа. Тем более что изначально действительно не хотел его задавать. — Да, я заметил, что вы практически не заходите в большие комнаты, ютитесь с сестрой по углам. У вас случайно нет боязни больших помещений?
— Владимир, что с тобой? Почему ты задаёшь такие странные вопросы? — Аврора ещё больше нахмурилась. — И нет, у меня нет никакой боязни больших помещений. Более того, я могу с уверенностью сказать, что прекрасно чувствовала бы себя в одном из дворцов Орловых, — сказала она, а её глаза сверкнули. Как же иногда этот парень выводил её из себя, кто бы знал! — Но этот дом не принадлежит нам, и мы с Беатрис не считаем себя вправе жить в хозяйских апартаментах и устраивать здесь вечеринки!
Володя ничего не ответил, но принялся очень пристально её разглядывать, словно впервые увидел. Он открыл рот, чтобы снова что-то сказать, возможно, очередную гадость, но в дверь постучали, и она тут же открылась. В гостиную заглянул Федя.
— Я вас еле нашёл, ну вы и спрятались! — сразу же сказал он. — Аврора, я украду у тебя брата, ты же не против? Вроде бы его рабочий день уже закончился.
— Да, конечно, Теодор, — и Аврора слабо улыбнулась. Ей нужно было многое обдумать, а Владимир ей мешал. Он её жутко смущал и злил одновременно. Практичной и рациональной девушке это совсем не нравилось.
Володя бросил на неё ещё один тяжёлый взгляд и быстро вышел из гостиной вслед за братом.
— Вов, ты бы поаккуратнее был, что ли. Отцу не понравится, если о тебе и малышке Авроре поползут слухи, — сказал Фёдор, не глядя на брата. Было видно, что его волнует что-то другое, и говорит он просто для порядка.
— Я её секретарь, — отмахнулся Вовка. — А начальница может давать распоряжения своему секретарю в любом удобном для неё месте. Даже если умная мысль придёт ей в голову в постели с любовником, секретарь должен с невозмутимым видом стоять возле кровати, чтобы выслушать эту мысль, а потом приступить к её реализации.
— Ты мне только что открылся совершенно с непредсказуемой стороны, — Федька удивлённо посмотрел на брата. — Особенно меня порадовали твои извращённые представления о секретарях. Мне нужно начинать искать в себе подобные отклонения?
— Да иди ты! — Володя отвернулся. — Что ты хотел мне рассказать, да ещё такого срочного, что принялся искать по всему дому?
— Вообще-то, я сначала хотел тебе позвонить, — ехидно ответил брат. — Но когда услышал звонок в кармане своей куртки… — он многозначительно замолчал, а затем вытащил из кармана телефон и торжественно протянул его брату.
— Чёрт! — Вовка потёр лоб. — И как это произошло?
— Ты у меня спрашиваешь? — Федя толкнул дверь выделенного им домика. — У нас проблемы, Вов. Серьёзные проблемы. И главная проблема заключается в вопросе, звонить родителям или пока не стоит?
— Что-то случилось, пока меня не было? — Володя нахмурился.
— Да, — ему ответил сидящий на кровати Борька, рассматривающий две металлические пластины с дырками в самых неожиданных местах. — Так уж получилось, что я видел матрицы, которые привезли Егор с Матвеем. Вот это из той же серии, — и он раздражённо кинул матрицы на кровать. Они довольно мелодично звякнули, ударившись друг о друга.
— Та-а-а-к, — протянул Володя. — Рассказывайте.
Я сунул телефон в карман и задумался. Дело у ребят принимало очень скверный оборот. Адреасы… Ну надо же! Мы не знали всех подробностей этой войны между нашими родителями и этим поганым кланом, но всего они утаить не смогли, и кое-какие подробности стали нам известны. Я прошёлся по довольно тёмному коридору. Здесь не было окон, и некуда было глазеть, так что я просто начал его мерить шагами, обдумывая информацию, только что переданную мне Федькой.
Эту лабораторию я нашёл всё-таки самостоятельно. Так уж получилось, что у Тихона не было никаких связей в Тулоне. Но он подсказал мне, как я могу отыскать нечто похожее.
— Андрюша, — немного подумав, сказал старый учёный. — Насколько мне известно, в Содружестве нет лабораторий, закреплённых за полицией. У Службы безопасности они, конечно же, есть, а вот у полиции нет. Лаборатории отданы на откуп частным лицам. Считается, что таким образом соблюдается конфиденциальность и в какой-то мере неподкупность, потому что все исследования носят исключительно анонимный характер. Исследователи не знают, что конкретно они исследуют, и в результате отражают всё, что удаётся выяснить. Как-то так.
— Глупость какая, — я потёр лоб. Ромка вроде бы уснул, во всяком случае, из его комнаты не раздавалось ни звука.
— Ну вот так, — я прямо увидел, как Тихон развёл руками. — Представься частным детективом и отдай то, что хочешь отдать под предлогом расследования. Тогда на договор упадёт дополнительный слой защиты данных. Кстати, а что ты хочешь исследовать?
— Да так, в монастыре кое-что интересное нашли, — уклончиво ответил я и отключился. С него станется отцу сразу же передать, а мы вроде пока сами неплохо справляемся.
Адрес вот такой частной лаборатории мне подсказал портье на ресепшене. К счастью, она находилась совсем недалеко от отеля. Воспользовавшись советом Тихона, я представился частным детективом и отдал Ромкину кровь на исследование, а сам остался в коридоре дожидаться результатов. И тут позвонил Федька Вольф. Видимо, для того, чтобы скрасить ожидание, ну, чтобы я не заскучал ненароком.