В трубке воцарилось молчание, а когда машина уже тронулась, и Илья решил, что Щукин ему не ответит, раздал такой вопль, что Орлов вынужден был отодвинуть трубку от уха. Водитель же так на него посмотрел в этот момент…
— Кто, я не смогу создать подобную коллекцию? Да они совсем с ума сошли, солдафоны чёртовы! Чтобы я и не смог создать нечто подобное? Я им докажу! И вам тоже докажу! Модельер Щукин не сможет что-то создать? Совсем оборзели, твари! — и он отключился.
— Ну и ладненько, — проговорил Илья и повернулся к водителю. — В отель, я соберу вещи, а потом сразу в аэропорт.
Глава 15
Телефонный звонок вырвал Романа из полудрёмы, в которой он всегда пребывал за несколько минут до окончательного пробуждения. Не глядя на номер, Рома поднял трубку.
— Орлов, — голос звучал хрипло, всё-таки он ещё не проснулся окончательно.
— Роман, я хочу встретиться с этой девочкой, — голос прабабки прозвучал сухо и деловито.
— С какой девочкой? — Рома приоткрыл один глаз, пытаясь понять, о чём говорит Настя. Она сама попросила называть её просто Настей, и они с Андреем восприняли эту просьбу как приказ.
— С той девочкой, на которую ты наложил оберег, — пояснила Настя.
— Зачем? — Рома окончательно проснулся и теперь лежал, разглядывая потолок своей комнаты, заложив руку за голову. И что отец с Андреем находят в этой позе?
— Затем, что я никогда не видела оберегов, это, во-первых, некому было их ставить. — Всё так же спокойно ответила Настя. — А, во-вторых, твой отец попросил меня посмотреть, точно ли это оберег, и не грозят ли девочке неприятные последствия.
— А, ну, да. Как я мог забыть. Даже просьбы главы клана и императора расцениваются как приказ. — Рома посмотрел на часы. — Ты знаешь, что сейчас половина шестого утра?
— Я и так дала тебе достаточно времени, чтобы выспаться, — отрезала прабабка, проигнорировав его выпад насчёт приказов императора. Это был риторический вопрос, который не требовал ответа.
— Мне хотелось бы посмотреть, как ты в полшестого попыталась бы Андрюху разбудить, — хмыкнул Роман.
— Мне пока не требуется будить твоего брата, но, думаю, что справилась бы с подобной задачей, — вот сейчас в голосе прабабки прозвучала усмешка. — Я жду тебя возле твоей машины. Её уже приготовили к отъезду.
Она отключилась, и Роман бросил телефон на кровать, заложив теперь уже обе руки за голову. Нет, он никогда не поймёт, что они находят в этой позе. Рывком поднявшись, поплёлся в ванную.
— И всё-таки я бы посмотрел, как ты Андрея попытаешься разбудить. И как его сначала искать будешь, потому что я сомневаюсь, что он спит в своей комнате, — Роман усмехнулся, забираясь под душ.
С тех пор как у него открылся дар воды, приём водных процедур начал приносить особое удовольствие. Но долго наслаждаться было нельзя. С Насти сталось бы прийти сюда и вытащить его даже из-под душа. Так что, наскоро приведя себя в порядок, Роман выбежал на парковку, куда начальник гаража обычно пригонял их машины.
Прабабка стояла возле его машины, и Роман, в который раз уже поразился тому, насколько молодо она выглядит. Никто никогда не сказал бы, что эта женщина — бабушка его покойной матери.
— Надеюсь, Лара уже проснулась, — сказал Роман, заводя двигатель.
— Конечно, проснулась, — Настя села на пассажирское сиденье. — В клиниках, даже клановых, день регламентирован, и многие процедуры проводятся рано утром.
— Откуда ты это знаешь? — спросил Роман, тормозя возле ворот, дожидаясь, пока машину проверит охрана и выпустит их с территории дворцового комплекса.
— Рома, я не знаю, что ваш отец говорил про Анну, но наша семья всегда чтила Кодекс. Это на самом деле очень мудрая книга, которая не позволяет нам всем действовать во вред себе и окружающим. — Проговорила Настя. — Обязанностей у жены сына клана, особенно у жены главы клана, очень много. Конечно, не все дочери кланов могут соблюдать их в полной мере, но хотя бы малую часть они соблюдать обязаны. Давай говорить откровенно, я не хочу бросать тень на свою внучку, но твоя мать не была достойной дочерью клана. И я часто думаю, что Кодекс сыграл не последнюю роль в той аварии. Ведь в ней погибла не только Анна, но и этот выродок Васька Орлов, которого даже мне хотелось удавить. Я малефик и не верю в подобное стечение обстоятельств. Так не бывает. А Кодекс — это не просто книга, как ты понимаешь.
— Это всё, конечно, в какой-то степени познавательно, — Ромка не испытывал никаких отрицательных эмоций, когда прабабка говорила об Анне. Возможно, это было неправильно, но ему было фиолетово на неё. Он даже сомневался, что, останься Анна жива, у них с Андреем были бы нормальные отношения с матерью. — Но эта история не объясняет, откуда ты знаешь про распорядок в клиниках.
— Я к этому и веду, — Настя на секунду замолчала, а затем добавила. — Старость часто сопровождается желанием выговориться. Но говорила я тебе всё это не просто так. Кодекс — не простая книга, и прописанные в нём статьи чаще всего написаны кровью. Дочери клана обязаны заниматься благотворительностью. В меру своих сил и возможностей, естественно. Кто-то, как твоя сестра, открывают клиники и становится их кураторами. Кто-то следит за повышением популяции бобров в Тульской губернии. Неважно. Главное, принцип. Императрица Ирина, например, курирует государственные детские дома. А у меня был патронаж хирургического отделения в детской центральной муниципальной клинике. Так что я знаю, о чём говорю.
— Не все дочери кланов занимаются благотворительностью, — заметил Ромка.
— Нет, не все, и это угнетает. Эти вертихвостки скоро совершенно забудут о своих обязанностях. — И Настя поджала губы, сурово глядя в окно.
— Никогда не думал об этом, — честно признался Роман.
— А надо бы. Вы с братом уже мужчины, и то, что ваш отец всё ещё тянет с вашей женитьбой, лично у меня вызывает вопросы. — Настя поджала губы.
— Андрей уже почти помолвлен, так что… Я же не наследник, могу ещё погулять. — Роман широко улыбнулся.
— Ну-ну, — Настя неодобрительно покачала головой.
Рома же завернул на стоянку перед клиникой. Стоянка поражала пустотой. Обычно здесь было больше машин. Курьеры, приходящие специалисты, сотрудники, работающие в дневную смену, оставляли здесь свой транспорт, если он у них, конечно, имелся. Сейчас же на стоянке стояло несколько машин дежурных специалистов, но их было очень мало. Рома посмотрел на часы. Семь утра. Идеальное время, чтобы навестить девушку. Он даже выругался про себя, надеясь, что его не возненавидят.
Настя же вышла из машины и направилась к входу. Какое-то время заняла проверка на посту охраны и сверка данных Насти с данными допущенных лиц. Застряли они возле охранника надолго, а когда прошли в коридор, ведущий мимо смотровых прямо до хирургического отделения, часы показывали половину восьмого.
Лариса не спала, когда они вошли в палату, но была немного растрёпана. Она как раз пыталась здоровой рукой расчесать свои густые влажные кудряшки, и сделать это было не так просто, потому что девушка ругалась сквозь зубы, когда расчёска застревала в них.
— А ты ранняя птичка, — заявил Роман, кивнув в знак приветствия.
— Привычка. Занятия в университете начинаются рано, живём мы в основном за городом, так что пока доберёшься, — неопределённо ответила Лара, с любопытством поглядывая на статную женщину, зашедшую вместе с Ромой. — Я никогда не испытывала проблем с утренней побудкой.
— При Андрее об этом не ляпни, — Ромка усмехнулся и оседлал стул, положив подбородок на сложенные на спинке руки. — Он заочно ненавидит всех, кто может вскочить по первому сигналу будильника.
— Роман, ты не хочешь нас представить друг другу? — прервала его Настя.
— Конечно, хочу, мы из-за этого сюда притащились в такую рань. — Криво усмехнулся Рома. — Лариса Гусева, — он посмотрел на явно смущённую девушку, а затем перевёл взгляд на Настю. — Моя прабабушка по материнской линии — Анастасия Селезнёва.
— Прабабушка? — Лара уставилась на Настю. — Я никогда не сказала бы, что вы даже бабушка Романа. — Она улыбнулась, и тут же охнула, потому что раненое плечо прострелило особенно жёстко. Зато сегодня с утра ей не давали обезболивающие, и Лара чувствовала, как её мозг проясняется. Потому что вчерашний поздний вечер прошёл для неё как в тумане.
— Это комплимент, но я чувствую, что он искренний, — Настя улыбнулась. — Сядь, девочка, мне нужно кое-что выяснить. Я сейчас применю дар, он немного неприятный.
Лара послушно села, вздрогнув, когда Настя сказала про дар. Прошла минута, и наконец, девушка проговорила.
— А когда вы примените дар? А то я нервничаю, жду, — она нервно хихикнула.
— Эм, — теперь Настя посмотрела на неё с любопытством. — Как интересно. — Она прищурилась и резко повернулась к Роме. — Призови дар.
— Какой, — ему не хотелось шевелиться. Но Роман тоже глядел на Лару с весёлым изумлением, и девушке становилось от этого не по себе.
— Рома, — Настя выразительно посмотрела на него, и правнук послушно призвал смерть.
В палате резко похолодало, а когда волна дара смерти коснулась Настю и сидевшую на кровати Ларису, то прабабка побледнела и быстро вытерла холодную испарину со лба. Лариса же поёжилась.
— А твой дар связан с холодом? — спросила она, подняв на Романа любопытный взгляд тёплых карих глаз.
— Так, а вот это уже совсем интересно, — парень резко встал, убрал дар смерти и подошёл к Ларе, уже целенаправленно призывая воду. Его рука словно окуталась водной перчаткой.
Он точно знал, что, когда дар целенаправленно касался простых смертных, они испытывали странные чувства. Примеров было много. Пара девушек, которых он цеплял в клубах, просили его во время секса призвать дар, если случайно узнавали, что он сын клана. Потому что ощущения при этом усиливались в разы.
Рома протянул руку и коснулся щеки Лары, глядя на неё сверху вниз. Её запрокинутое личико вызывало острое желание обладания.