— Пока ты флиртовал с этой крошкой, у меня опять челюсть прострелило, — хмуро предъявил ему претензию брат. Сэм постарался не обращать внимание, делая скидку на то, что Дину сейчас больно и плохо, и что поэтому он вполне может срываться на близких. Молча продемонстрировав брату талон, Сэм первым пошел к лестнице. — Сэм, ты меня игноришь что ли?
— Дин, если ты будешь много болтать, то на твой зуб попадет холодный воздух и тебе опять будет больно, — спокойно произнес Сэм, сочувственно глядя на брата. Дин нахмурился еще больше, но все то время пока они добирались до смотровой, рта не раскрывал.
Вторая смотровая располагалась практически возле самого входа на этот этаж, под номером триста два. Винчестеры поняли это очень просто, больше на этаже, в доступной им части, не было никаких намеков на цифру два. Никаких опознавательных знаков, указывающих на то, какое именно здесь располагалось отделение, видно не было. Вообще было не понятно, какие именно манипуляции с пациентами здесь проводились. Сэм посмотрел вдоль коридора: смотровые типа той, у дверей которой они с Дином остановились, перемежались с палатами, а может с еще какими-нибудь кабинетами.
— Никакой системы, — пробормотал Сэм. — Разве так можно? Приходи, кто хочешь, делай что захочешь. Не все же через ресепшн проходят.
— О чем ты бормочешь? — раздраженно спросил Дин.
— Просто структура и организация этой клиники лично меня с ума сводит и вызывает стойкое недоумение, — признался Сэм.
— Пусть об этом у кого-нибудь другого бошка болит. Вот ответь мне, Сэмми, тебе оно надо?
Тут дверь в смотровую под номером триста два распахнулась, и оттуда выскочил какой-то мужик, сжимающий в руке волшебную палочку. Сразу после этого раздался голос:
— Дин Винчестер, зубная боль. Проходите, пожалуйста.
Дин в это время не сводил взгляда с вышедшего от доктора мужика. Что-то в нем Дину показалось знакомым, но что именно… Дин даже лоб потер, пытаясь понять, что же он только что видел, и что он упускает, но тут челюсть в очередной раз прострелило и он, позволив себе застонать, быстро прошел в кабинет целителя.
Сэм, дождавшись, когда брат зайдет к целителю, решил еще раз пройтись по коридору. Порядковые номера присутствовали не на всех дверях, большинство было вообще без опознавательных знаков.
— И как здесь ориентируются? — Сэм задал вопрос вслух, не обращаясь ни к кому конкретно. Какого же было его удивление, когда он услышал ответ.
— Да мы привыкли, — Сэм резко обернулся и увидел молодого парня в мантии целителя, вышедшего из одной из тех неопознанных дверей, мимо которых он недавно проходил. Видя, что больше Сэма ничего не интересует, парень быстро направился к лестнице. Сэм же покачал головой и решил, что будет значительно лучше для его психики, если он подождет Дина возле второй смотровой.
Дин тем временем осторожно заглянул внутрь кабинета. Он ожидал увидеть бормашину — то самое жуткое приспособление, которое вызывало страх у доброй половины человечества. Но никакой машины в небольшой комнатке не было. Не было в ней даже привычной медицинской кушетки. Посреди кабинета стояло кресло прямо под лампой, излучающей свет в виде луча, четко направленного в то место, где кресло, собственно и было установлено.
— Присаживайтесь, — целитель махнул рукой в сторону кресла, продолжая заполнять какие-то бумаги, и не глядя при этом на Дина. Дин преувеличенно осторожно сел и принялся разглядывать целителя Брауна. Целитель был маленьким, круглым мужчиной средних лет, с впечатляющей залысиной и в круглых очках. Наконец, он отложил перо и подошел к Дину, доставая на ходу волшебную палочку. — Так, давайте посмотрим, что вас беспокоит.
— Зуб, у меня с самого раннего ура болит зуб, — пожаловался Дин.
— А почему он у вас болит? Откройте рот, я посмотрю, — Дин открыл рот, и целитель принялся внимательно осматривать зуб с дыркой, который не давал Дину мыслить адекватно. — Интересно, — пробормотал целитель Браун, поднял палочку и принялся проводить диагностику. Затем в ход пошли целительские заклинания. Спустя десять минут Браун опустил палочку и обратился к Дину. — Ну вот и все, распишитесь, — и Браун подошел к столу, где лежал заполненный пергамент. — Счет будет передан гоблинам напрямую, или вы предпочитаете расплачиваться наличными? Ну я так и подумал, — целитель кивнул, увидев, что Дин отрицательно помотал головой.
Прежде чем подписывать акт о принятой работе, Дин быстро провел языком по зубам и удивленно посмотрел на целителя.
— А где дырка? — глухо спросил он, еще раз проводя языком, ощупывая почти каждый зуб отдельно.
— Ну что вы, мистер Винчестер, что же вы обо мне такого странного мнения. Вы действительно думаете, что я все обезболил и просто выпроваживаю вас? — целитель нахмурился, и Дин быстро поставил подпись на акте, чтобы не нервировать целителя своими страхами, которые остались у него с их прежнего мира. Не говорить же этому милому человеку, что именно вот такие мелочи, вроде полностью излеченных зубов и заставляют верить в магию.
Дин выскочил из смотровой широко улыбаясь.
— Ну вот и я, и у меня ничего не болит. Зуб без всякого сверления выглядит и ощущается как новенький, — заявил он поднявшемуся со стула Сэму. Внезапно его взгляд упал на волшебную палочку, которую Сэм держал в правой руке. — Черт, — пробормотал он. — Черт!
— Ты чего? — Сэм обеспокоенно посмотрел на брата.
— Я понял! Тот мужик, который вышел из кабинета, передо мной — это владелец той самой палочки, которую мы вчера пытались как следует разглядеть со всех ракурсов.
— Что? — Сэм моргнул. Он вообще не обратил никакого внимания на мужчину. Дин же развернулся и ворвался в кабинет к целителю Брауну.
— Целитель, кто тот мужик, который вышел передо мной? — и Дин, путаясь в содержимом бумажника, наконец, продемонстрировал свой жетон.
— Что? — Целитель Браун, судя по всему, даже не понял вопроса. Он нахмурил лоб, а затем решительно произнес. — Перед вами у меня никого не было. Вы пациент, записанный на первое приемное время. Перед вами действительно зашел какой-то человек, он очень удивился, увидев меня и заявил, что здесь должен принимать другой целитель, но я ему указал на его ошибку, объяснив, что сегодня вторая смотровая закреплена именно за мной.
— Вы его запомнили? — с надеждой спросил Дин.
— Нет, — подумав, покачал головой Браун. — Я просто спросил, не он ли является Винчестером, но услышав, что нет, попросил его выйти, и он ушел, не сказав больше ни слова. Я в это время писал истории болезни и не поднимал взгляда, так что мои воспоминания об этом инциденте даже для думосбора не пригодятся, извините, — развел он руками.
— Думосбор, точно, — Дин ударил себя ладонью по лбу и выскочил из смотровой. — Сэм, нам нужно срочно вернуться домой, просмотреть наши воспоминания и хотя бы попытаться портрет этого мужика как следует разглядеть. А потом пойдем в полицейский участок. Лицо предполагаемого преступника — это уже что-то. А там, глядишь, Алу повезет, и он сумеет что-нибудь нарыть, — все это Дин произнес скороговоркой, поднимая палочку и готовясь аппарировать.
Глава 6
Винчестеры долго просматривали воспоминание Дина в думосборе, прежде чем, вынырнув из зыбкой реальности памяти, очутиться в холле их странного дома.
— Знаешь, я смог привыкнуть очень быстро практически ко всему: к палочке, к магии, к тому, что ты практически перестал ездить на своей детке… — Сэм провел рукой по рунам, вырезанным на боковой поверхности чаши думосбора. — Но я никак не могу привыкнуть вот к этому. Вот так просто и не надо лишних слов. Дин, когда ты будешь готов рассказать, просто чтобы не держать этот груз в душе, а разделить его с кем-то, слей воспоминания сюда и ткни пальцем.
— Я тоже самое могу сказать о тебе, братишка, — Дин аккуратно поймал серебристую нить палочкой и поднес к виску. Воспоминание тут же нырнуло туда, откуда его достали, а именно, в голову Дина. — Ты мне покажешь Клетку?
Сэм на мгновение задумался, затем покачал головой.
— Нет, ты прав. Но, мы просто должны помнить о такой возможности.
— Я помню, — Дин сел в кресло и задумался. — Так, давай сначала. Ты где-нибудь этого кренделя видел?
— Нет, не видел, — Сэм подошел к мониторам и принялся бездумно двигать изображения, рассматривая их с разных ракурсов. — Мне не понятно, почему он вышел из кабинета с палочкой в руках. Маги не таскают палочки в руках, если не хотят применить.
— Такое чувство, что он готовился к нападению, ну… или сам готовился напасть, если вдруг что.
— Вопрос в другом, Дин, — Сэм оставил в покое изображение камер и повернулся к брату, — откуда он знал, кто стоит за дверью?
— Он не знал, не должен был знать, — Дин нахмурился. — Он ждал увидеть кого-то другого. А тут я со своим зубом.
— Похоже на то, — Сэм еще раз прогнал в голове эпизод с вышедшим из кабинета врача мужиком, и согласился, что, похоже, Дин пришел к правильным выводам.
— Черт, — Дин провел несколько раз по волосам и откинул голову на высокую спинку кресла, — а ведь это может значить, что милейший доктор завязан в этом деле по гланды.
— А может и не завязан, — покачал головой Сэм. — Может этот урод специально договорился с кем-то, что выскочит из конкретного кабинета в определенное время. Док его вышвырнул вон, а тут ты со своим зубом. А может он просто кабинет перепутал, там на самом деле такой бедлам творится, я удивляюсь, как сами целители в расположении кабинетов ориентируются. А услышав про то, что должен прийти Винчестер, он и выхватил палочку. Винчестеров в Британии не так, чтобы много. А про Охотников Винчестеров только слепоглухонемые, наверное, не слышали. И если в Аврорате действительно есть дятел…
— Как я ненавижу разбираться в поступках людей, — простонал Дин и несколько раз несильно ударился затылком о спинку. — Нечисть можно понять, а вот людей…
— Так, прекращай рефлексировать, — Сэм поправил галстук, который не успел снять, очутившись дома, Винчестеры сразу же бросились к думосбору. — Поднимайся, нам сегодня желательно в полиции побывать, бумаги по другим делам с боем вырвать из рук следователей и найти штатного художника.