— Муди, что ты делаешь? — Северус нахмурился, глядя как Аластор с остекленевшим взглядом, взялся за дверную ручку и повернул ее, явно намериваясь зайти в комнату. — Ты чего делаешь?! — Северус подскочил к аврору и попытался оттащить в сторону.
— Музыка, она такая прекрасная, — пробормотал Аластор, не обращая внимания на попытки мальчишки увести его из опасного места.
— Какая музыка? О чем ты говоришь? Здесь нет никакой музыки!
— Он что ее не слышит? — Дин нахмурился и наклонился к Сэму.
— Нет, — Сэм покачал головой. — Я тоже практически не слышу, только незначительные отголоски. Так уже было однажды, когда…
Сэм не договорил, но за него закончил Дин.
— Когда козлорогий божок Пан решил поразвлечься с нашими девчонками, — Дин мрачно посмотрел на находящегося под магическим гипнозом Муди. — Неужели эта пакость все-таки выжила?
— А чего ему не выжить, он по легендн всегда возрождается, — не менее мрачно отметил Сэм.
— Вот ведь, — Дин сплюнул. — Не было печали. Все-таки я не зря задумывался, куда палочка Люпина девалась. Неужели эти ограбления как-то связаны с Паном? Но почему? Его на золотишко потянуло?
— Не знаю, — Сэм задумчиво покачал головой. — Не думаю. Здесь дело в чем-то другом. Нужно еще раз как следует изучить список ограбленных банков, и начать изучать сотрудников…
— А при чем здесь Яксли и Долохов? — Дин шагнул к Северусу, словно хотел оттеснить сына и не дать тому войти в комнату, дверь в которую все же умудрился открыть Аластор.
— Дин, я не знаю! — Сэм выразительно посмотрел на брата. — И я понятия не имею, при чем здесь больница, а как ни крути, все нити ведут именно туда.
— Твою мать, — Дин провел рукой по волосам, взлохматив их. — Я уже ничего не понимаю.
Разговаривая, Винчестеры не сводили взгляда с Северуса, который все еще старался оттащить Аластора от уже распахнутой двери. Парни боролись молча. Преимущества не было ни у кого: Аластор был старше, а служба в Аврорате все-таки заставляла его быть в форме, в то время как Северус был Винчестером, а это значило, что с ним тоже было не так уж и просто справиться.
— Почему мы слышим музыку, если Сев ее не слышал? — Дин сжал кулаки и задал вопрос сквозь стиснутые зубы.
— Потому что она есть, — Сэм вздохнул. — Я понятия не имею, как это работает, но вот так.
И тут Аластору удалось вывернуться. Он толкнул Северуса, который упал на пол, но тут же вскочил на ноги. Однако этих секунд хватило аврору, чтобы заскочить в комнату.
Северус бросился за ним, Винчестеры за Северусом. Хоть они и понимали, что это всего лишь воспоминание, и Сев благополучно моется в своей ванной, но ничего поделать с собой не могли.
Лишь очутившись в комнате, они поняли, почему Северус пытался не дать Аластору туда войти — видимо, когда дверь слегка приоткрылась, он успел разглядеть, что пол был усыпан асфоделями.
— Тварь, утырок кровожадный! — Дин пнул один из белоснежных цветов, но его нога прошла сквозь крупный бутон, лежащий на полу. — Сэм, как его убить насовсем?!
— Дин, — Сэм стиснул зубы так, что почувствовал во рту привкус мела. — Я. Не. Знаю! Зачем ему ограбления, а? Что он ищет… — Сэм замер. — Дин, он что-то ищет. А может быть и не ищет, и вообще не факт, что он воскрес, потому что Пан связан с этим чертовым Дионисом! Как на них обоих могла эта связь повлиять? Я не знаю! — последнюю фразу Сэм выкрикнул.
— Так, — Дин в бессильном бешенстве сжимал и разжимал кулаки. — Так. Сегодня мы еще не закончили. Клиники же обязаны работать круглосуточно? Значит, как только досмотрим, навестим еще раз святого Мунго.
А Аластор и нервно озирающийся по сторонам Северус в это время вышли на середину комнаты. Комната была абсолютно пустой, если не считать цветы на полу. Внезапно музыка стихла. Аластор мигнул и словно проснулся. Он оступился и принялся с удивлением осматриваться по сторонам.
— Сев, что это? Что это такое?
— Похоже, что я был прав. Муди, давай убираться отсюда быстре… — Северус не договорил, потому что в этот самый миг лежащие на полу прекрасные, и кажущиеся безобидными, цветы, начали поднимать бутоны и двигаться в сторону непрошенных гостей. — Ай, что это за дрянь? — Северус подпрыгнул и завис в воздухе, а Винчестеры увидели, что на его мантии появилось несколько глубоких разрезов. До кожи кровожадные цветы добраться не успели, но все находящиеся в комнате понимали, что это временная мера, и Северусу рано или поздно придется спуститься на пол.
— А-а-а, — Аластор, еще не отошедший от гипнотического действия волшебной музыки, не успел отреагировать вовремя. Цветы навалились на него всей массой и аврор, не удержавшись на ногах, рухнул на пол.
— Муди! Инсендио! — Северус попытался хоть как-то помочь упавшему парню.
Цветы оплетали Аластора, нанося все новые и новые разрезы острыми кромками своих белоснежных лепестков. Но в том месте, куда попадал огонь Северуса, стали появляться проплешины. Аластор в отчаянном рывке сумел подняться. Его изрезанная в клочья одежда свисала с него лохмотьями, а кое-где на теле появилась кровь. Он попытался оторвать от себя один из цветков, но когда отбросил его в сторону, то стало видно, что с его ладони капает кровь. Асфодели словно почуяли эту кровь, потому что цветочное море на полу заволновалось, и практически все бутоны потянулись в сторону аврора, на время перестав пытаться добраться до Северуса, который леветировал уж из последних сил, потому что заметно снизился относительно того уровня на котором находился изначально.
Аластор зажмурился, а затем его лицо наполнилось странной решимостью.
— Адеско файр! — завораживающее в своей чудовищной мощи пламя вырвалось из палочки и понеслось по комнате, безжалостно сжигая все на своем пути.
— Муди! Хватай меня за руку! Ну быстрее! — Северус соскочил на пол и теперь бежал к аврору, пытаясь опередить пламя, которое Аластор практически не контролировал.
Муди опустил палочку и смотрел на огонь, приближающийся к своему создателю.
— Ну же, парень, я знаю, ты сможешь, — прошептал Дин, кусая костяшки на сжатой в кулак руке.
Северус подскочил к Аластору. Они были все покрыты хлопьями сажи, которая образовывалась на месте сожженных цветов. Аластор поднял палочку и закрыл глаза, что-то бормоча себе под нос. Северус схватил его за левую руку, попытался повернуть кольцо. Но сделать это из такого положения оказалось очень непросто. Пока он возился, Аластор распахнул глаза, и огонь весьма неохотно начал впитываться обратно в палочку. В тот момент, когда Северусу удалось справиться в порт-ключом, Аластор поймал последний всполох Адского пламени, но это не остановило обычный пожар, который охватил уже почти всю комнату.
Рывок, и Северус с Аластором валятся на пол в холле бункера под изумленными взглядами присутствующих.
Винчестеры вынырнули из омута и долго смотрели друг на друга. Наконец, Дин отмер.
— Это не Пан, — Сэм помотал головой. — Пан бы столько с ними не возился и для него асфодели не были средством убийства, они вырастали потом из крови его жертв.
— Но, тогда кто? — Дин потер ноющие виски.
— У Диониса, а, следовательно, у Пана, раз их сделал неразлучным дедуля твоей Пандоры, были жрицы — вакханки, — неуверенно произнес Сэм.
— А среди троицы как раз одна дамочка присутствует, — добавил Дин. Винчестеры замолчали. Почти минуту они обдумывали сложившиеся обстоятельства, затем Дин предложил. — Ну что, навестим клинику?
— Да, я думаю, что это неплохая идея, — поддержал брата Сэм. Сейчас, когда они осознали, насколько сильно Северус рисковал, тому было лучше им на глаза не появляться. Да и сам Северус прекрасно это понимал, поэтому застрял в ванной так надолго.
Братья уже собрались аппарировать, как раздалась Пятая симфония.
— Да кого там снова черти принесли? — Дин даже не стал просматривать мониторы, просто взлетел по лестнице и рывком открыл дверь.
Перед ним стоял высокий, хорошо сложенный мужчина с темными волосами и темно-карими глазами.
— Какая очешуительно нежданная встреча, — протянул Дин, разглядывая мужчину, не приглашая того пройти в дом. — И что ты здесь забыл, недобиток ты наш?
— Дин, кто там? — снизу послышался резкий голос Сэма.
— Ты не поверишь, но к нам решил заглянуть сам Антонин Долохов, собственной персоной, так сказать.
— Что? — Сэм в считанные секунды подбежал к брату и уставился на мужчину.
— Нам делить нечего, — Долохов поднял обе руки вверх, показывая, что пришел с мирными намерениями. — Мы повздорили, выяснили, все друг о друге, и разбежались.
Сэм непроизвольно дотронулся рукой до шеи.
— Ты зачем приперся? — прошипел младший Винчестер.
— Поговорить, — Долохов криво усмехнулся. — Всего лишь поговорить. До меня дошли слухи, что в каком-то своем деле вы подозреваете меня. Естественно, я выяснил, что это за дело, и почему именно меня в чем-то подозревают. Оказалось, что вам удалось опознать палочку одного из этих идиотов, — Антонин поморщился. — Но, клянусь, меня там не было. Я вообще до сегодняшнего дня пребывал насчет этих дел в блаженном неведение. И да, вот моя палочка, — он медленно достал из кармана палочку и продемонстрировал ее Винчестерам под прицелом сразу двух артефактов.
Братья задумчиво рассматривали продемонстрированную вещь. Наконец Дин кивнул и убрал свою палочку в чехол, а Сэм посторонился и кивнул на одну из лестниц.
— Но это ничего не значит, — сразу же заговорил Дин, прищурившись, разглядывая их гостя. — Ты мог одолжить свою палку.
— А ты бы свою кому-нибудь отдал? — огрызнулся Долохов. Теперь они стояли на площадке перед дверью, но в отличие от всех остальных посетителей бункера, мужчина не пялился вокруг, а хмуро разглядывал хозяев. — К тому же, — он снова усмехнулся, — тот факт, что я остался без дома, можно считать смягчающим обстоятельством?
— Что? — в который раз за этот вечер повторили Винчестеры.
— Мне жить негде! — Рявкнул Долохов. — Мой дом недавно сгорел!