— Точно, — кивнул Дин, — Сэм вот почти кредит кому-то выдал, да и я неплохо в форме смотрелся. К тому моменту, когда Чейз должен был появиться, все было уже приготовлено, и мы уже начали откровенно скучать. Ну а договориться с банком, чтобы мы в день предполагаемого ограбления поиграли в его служащих — было делом не слишком напряжным, и, как говорит мой сын, Конфундус был здесь совершенно не при чем.
— А откуда Чейз узнал про Яксли? Что того раскрыли? — Долохов пил уже второй бокал и чувствовал себя более раскованно.
— А вот тут, наверное, мы в некотором роде виноваты, — продолжил рассказ Сэм. — Мы Муди заставили копать в том направлении, а он человек подневольный, должен отчитываться перед начальством, которым и являлся Чейз. Так что на очередном докладе, старший аврор узнал и про то, что мы палочку без его поддержки обнаружили, и про Яксли. Тем более что Муди вынужден был брать адреса твой и Яксли. Тут даже полному кретину понятно, что Охотники взяли след, а Чейз, что ни говори, а кретином не был. И у него, скорее всего, все бы получилось, если бы он не связался именно с нами. Вот только времени, чтобы как-то все исправить, у него не было. Поэтому под конец Чейз и наделал столько ошибок.
— Вы не вынесли им приговор, — Долхов покачал бокал, глядя, как перекатывается по стенкам на этот раз светло-голубая жидкость.
— Не нам кого-либо судить, — Дин покачал головой и выражение его, такого юного лица, стало чрезвычайно серьезным. — Только не нам.
— Возможно однажды, мы поймем, что права Охотников даны нам в искупление, но пока слишком рано, — поддержал брата Сэм.
Его прервала громкая музыка, зазвучавшая так внезапно, что Долохов вздрогнул и едва не опрокинул на себя коктейль. Зал погрузился в полумрак, а над сценой зажглись яркие лампы. Винчестеры на пару несколько раз свистнули, выражая тем самым одобрение, а на импровизированную сцену вышла полуголая девица, которая принялась медленно танцевать под заглушающую все посторонние звуки музыку, постепенно избавляясь от одежды, чтобы в итоге остаться практически обнаженной.
Дин повернулся к Долохову, хмыкнул и горлышком бутылки попытался вернуть отвисшую челюсть мага, принадлежащего к священным двадцати восьми наичистейшим семействам. Магу, который был консервативен с головы до ног, и которому собственная водолазка казалась едва ли не верхом разврата, что, в общем то, создавало некую пикантность.
Девица тем временем практически полностью разделась, и начала двигаться в непосредственной близости от столиков, где разгоряченные мужички пытались засунуть ей свернутые банкноты в легкое подобие трусиков дрожащими потными руками.
Долохов, не глядя, протянул руку, нащупал на столе свой коктейль и опрокинул его себе в рот, пробормотав нечто маловразумительное. Поставив бокал на стол, он оттянул ворот водолазки.
— Как-то здесь жарковато, — выдавил из себя Антонин и схватил очередной бокал, уже четвертый по счету, который появился перед ним взамен выпитого, словно по волшебству.
— То ли еще будет, — хохотнул Дин, хлопнув Долохова по плечу, и показал ему свернутую в рулончик купюру. Антонин поперхнулся своим коктейлем и закашлялся, а Сэм невозмутимо несколько раз хлопнул его по спине.
И тут произошло нечто, что запланировано не было. Утром у служащих клуба возникли определенные проблемы с освещением, а прибывшие с заметным опозданием на место электрики бросили временный кабель, зацепив на него основной софит. Дольше возиться им было лень, да и время поджимало, пора было уже открываться, поэтому коллегиально решили оставить времянку до завтра, чтобы утречком не спеша все сделать как надо. Вот только кабеля они не пожалели и не использованные полтора метра валялись на полу как придется. Исполняющая в это время танец девушка была несколько ослеплена ярким светом софитов, и не увидела, эту практически ловушку для ее огромных шпилек. Последствия было нетрудно спрогнозировать — зацепившись каблуком, стриптизерша начала падать на спину, прямо на стоящий неподалеку столик, за которым и расположились Винчестеры и приобщающийся к маггловской культуре Долохов. Все, что смог сделать Сэм, это смягчить падение красотки, которая в итоге не разбилась до инвалидности, сломав себе позвоночник о твердую поверхность стола, но вот предотвратить само падение он не успел.
Дин, с нескрываемым удовольствием разглядывая обнаженное женское тело, лежащее перед ним на столе, протянул руку и ловко просунул скрученную купюру под резинку невесомого клочка ткани, единственной одежды, которая к этому моменту осталась на стриптизерше. После этого он повернулся к красному как помидор Долохову.
— Вот, видишь, я хочу на моем мальчишнике вот так.
Эпилог
— Посмотри, у меня все нормально? — Дин поправил запонки на белоснежной рубашке и повернулся к Сэму, который в этот момент надевал мантию.
— У тебя все прекрасно, прекрати нервничать, — Сэм критично посмотрел на себя в зеркало и покосился на брата, который выглядел потрясающе, но уже успел всех достать за это утро своим мандражом.
— Я не могу прекратить нервничать, смотри, у меня руки трясутся, — пожаловался Дин своему отражению и протянул руку вперед, показывая, как его пальцы ходят ходуном.
— Главное, чтобы кольцо надел с первого раза, все остальное ерунда, — махнул рукой Сэм.
— Да, как же ерунда, — Дин протянул руку, чтобы по привычке взлохматить волосы, но удержался, понимая, что не сможет их уложить как надо за оставшиеся до церемонии минуты. — Вот, помяни мое слово, когда Альбус спросит, есть ли какие-нибудь препятствия для нашего брака, ее отец выйдет и скажет, что забирает дочурку и сваливает. И в конце такой: «Ха-ха-ха!»
— А вот не надо было его поить на мальчишнике до изумления, может быть, тогда Кэтрин не застукала бы своего благоверного со стриптизершей на коленях, и не устроила бы разнос… к счастью только ему, а не всем нам.
— Это было подло с твоей стороны, между прочим, ты прятался в туалете весь вечер, как будто у тебя понос.
— Я прятался от Беллы! Кто же знал, что ей понравятся идеи стриптиза, и что она еще более сумасшедшая, когда напьется, чем обычно, — братья замолчали, на мгновение вспомнив Беллатрикс в одном кружевном черном белье. — М-да, — тряхнув головой, чтобы выбросить из нее невероятно соблазнительное воспоминание, проговорил Сэм. — А где наш шафер?
— Хрен его знает, — раздельно выговаривая слова, ответил Дин. — Я только знаю, что он отдал кольца Муди, и в приказном тоне велел ему нам их подать, когда придет время, если он сам немного задержится.
— Что мы за люди такие? У нас даже шафера нет нормального, даже одного на двоих. А тот, который был, успел сбежать к какой-то очередной девице из стрип-бара.
— Это точно. Да, Сэм, ты не знаешь, когда Миллс уже надоест прятаться от Малфоя?
— Понятия не имею, — Сэм пожал плечами. — Но перебираться в свое жилище она пока точно не намерена. Кстати, ты видел ее в платье? Она просто невероятно выглядит, когда не пытается изображать из себе бравого аврора.
— Мальчики, время, — в комнату просунулась голова Бобби, в то время как тело Бобби осталось за ее пределами. — Красавцы, Джон гордился бы вами, — и он отвернулся, смахнув предательскую слезу.
— Бобби, стой! — Дин втащил Сингера в комнату целиком. — Что нам сейчас делать?
— Насколько я знаю, стоять возле Альбуса и ждать, пока появятся невесты. А когда они появятся, изобразить на мордах полный восторг и постараться не рухнуть в обморок, — Бобби попытался вырваться, но хватка у Дина была стальная. — Дин, отпусти, мне пора занять свое место, да и Минерва уже нервничает и гадает, куда я запропастился, — Сэм хохотнул, а Бобби, вырвав руку их руки Дина, которую, похоже, свело судорогой, показал им кулак и выскочил за дверь.
Когда Бобби вышел, Дин набросил на плечи парадную мантию, покупая которую он думал, что свихнется, потому что ни один из предложенных вариантов не устраивал их тещ. Эта чертова примерка могла затянуться до сегодняшнего дня, если бы младшему Винчестеру не надоело, и он не ткнул в две мантии, которые они надевали самыми первыми, категорично заявив, что либо эти, либо они пойдут на церемонию голыми, что, безусловно, вызовет фурор. Зато, добавил он, все первые страницы газет будут им обеспечены. Друэлла, которая уже успела немного изучить своего зятя, тут же утащила Кэтрин заниматься приготовлениями дальше, потому что понимала, что с Сэма станется выполнить угрозу, а брат последует за ним, потому что младший братишка все-таки мог влиять на любое решение Дина, правда, почти никогда этим преимуществом не пользовался.
Сэм ждал брата возле двери, стряхивая несуществующую пылинку с плеча. Только по этому жесту можно было предположить, что он нервничает. Дин сделал в его сторону шаг, но тут дверь распахнулась, и в комнату ввалился Абраксас Малфой.
— Что за? — Сэм отскочил от двери, а Малфой упал в кресло и прикрыл рукой глаза.
— Это просто ужасно. Я только сегодня уговорил, наконец, Джоди погостить в Малфой-мэноре, как совершенно случайно обнаружил, что в моем саду завелось Это!
— Тебе что здесь нужно?! — не выдержав, заорал Дин.
— Вы должны мне помочь!
— Да пошел ты! У нас свадьба, понимаешь, свадьба! Мы, наконец-то, женимся!
— Я знаю, что у вас свадьба! И Я уже прислал просто фантастический подарок. Сомневаюсь, что кто-нибудь сможет его переплюнуть. Но у меня просто чудовищные проблемы…
— Кира! — Сэм распахнул дверь и в комнату, выделенную им Альбусом, чтобы до места церемонии не идти через лес, и которую они с Дином делили на двоих, вбежала, виляя хвостом, уже порядком подросшая кошка. — Охраняй!
Непонятно, кто охренел от такого заявления больше: Малфой, который в ужасе смотрел на раздувшую капюшон нунду, или нунду, которая, закатив глаза, принялась заваливаться на бок, изображая предсмертные конвульсии. При этом несколько игл вырвались из капюшона и полетели в сторону Малфоя, а одна из них даже пришпилила мантию практически не дышащего Абраксаса к креслу.