Эпилог
В кабинете Главы собрались все руководители, те от которых зависело не только развитие колонии, но и выживание человечества как вида.
– Кто-нибудь мне объяснит, что происходит на Земле? – Виталий Семёнович с трудом сдерживал свои эмоции, что само по себе уже было событием. Никто из присутствующих не мог вспомнить, чтобы он повышал голос.
Первым среагировал глава аналитической группы:
– По информации Водолея колония на Земле уничтожена, данных о выживших нет.
– Я так понимаю, что собственных выводов на этот счёт у нас нет, и мы полностью полагаемся на искин?
– До сих пор оснований не доверять ему не было.
– Сколько времени займёт подготовка спасательной экспедиции?
– По выводам Водолея вероятность положительного исхода равна нулю…
– Достаточно, – Виталий Семёнович с раздражением прервал докладчика. – Я сыт по горло его выводами. Положение дел внутри колонии и результаты терраформирования обсудим позже. Сейчас все свободны.
Когда дверь за последним посетителем закрылась, Виталий Семёнович откинулся в кресле и прикрыл глаза. Со стороны могло показаться, что он спит, но это была лишь видимость. Последние новости с Земли вырвали его из привычной рутины забот Главы колонии Марса, где на первом месте были нужды колонистов, запасы продовольствия и сырья для производства, результаты преобразований и борьбы с пылевыми бурями, регулярно накрывающими поверхность планеты. Казалось, что сама природа Марса противилась преобразованиям. К счастью, под куполом последствия были незначительными, чего не скажешь об объектах за его пределами. Временами возникали сомнения по поводу принятых решений о полной эвакуации с Земли. Что если можно было направить все ресурсы на восстановление Земли после катастрофы? Невольно вспоминался последний разговор с Константином, когда они спорили о будущем колонии на Марсе и поселений на Земле.
Теперь можно было с уверенностью сказать, что решение было верным, но радости от этого не было. За годы после переселения стало очевидным, что эта планета никогда не станет родной для остатков человечества. Катастрофа, случившаяся с ней на заре веков, превратила её в мёртвую пустыню. Сам он склонялся к мысли, что причиной послужило столкновение с астероидом, который выбил огромный кратер на её поверхности и послужил причиной образования огромного вулкана на противоположной стороне планеты и спутника на орбите Марса. Судя по тому, что удалось изучить за эти годы, говорить о наличии высокоразвитой цивилизации на момент катастрофы не приходится, хотя… кто знает?
Факт остаётся фактом – эта планета мертва, потому что ядро остыло, электромагнитное поле настолько слабое, что можно пренебречь им. Если бы не прорывная технология защитного поля, то судьба колонии была бы незавидна, ни о каком терраформировании не могло бы быть и речи. Спустя долгие годы Марс не торопился принимать новых поселенцев и открывать свои загадки. Только единицы знали, что видимое всеми благополучие колонии находится под угрозой. Причиной было то, что генераторы искусственной среды не рассчитаны на использование в условиях Марса. В земных условиях они могли работать веками, если не тысячелетиями, но не на Марсе. Если в ближайшие десять лет учёные не найдут альтернативный источник энергии или не удастся закончить преобразования, то колония погибнет.
К этой озабоченности теперь прибавилось осознание того, что колония на Земле, вероятно, погибла. В это он верить не хотел, вопреки всем фактам и выводам Водолея. Не хотел верить, что дело всей его жизни погибло, а люди стали изгоями, по собственной глупости лишились дома и имеют мало шансов обрести новый. Рука сама потянулась к планшету и набрала только одно слово заглавными буквами «КОВЧЕГ». Теперь глава смотрел только на него. Пожалуй, программа «Ковчег» – единственный выход. Внезапно возникшую слабость он списал на усталость. Рука потянулась к кнопке вызова помощника и замерла на половине пути. Сердце Главы колонии сделало последний судорожный удар и остановилось. На столе осталось его завещание из одного слова, набранного заглавными буквами.
Катя Водянова, Елена ТруфановаПод знаменем черной птицы. Книга 1
Вступление
За почти триста лет жизни Айвен повидала столько военных лагерей, что перестала отличать один от другого. Тем более их всегда возводили по одной схеме, из одних материалов и в похожих местах.
Здесь всегда пахло дымом, оружием и людьми. Множеством разных людей и имусов — их служебных, не всегда разумных подобий. Но и проблем с теми было куда меньше: знай себе правильно отдавай приказы. Вот с людьми надо было держать ухо востро.
— Куда подевались два отряда, которые должны были охранять эти посты?
Айвен повернулась к сопровождавшим ее солдатам. Почти все сразу попятились, не выдерживая прямого взгляда прим-леди и ее ауры, но один продолжил шагать, как ни в чем не бывало. Айвен даже пригляделась к нему внимательнее. Обычный человек: средний магический потенциал, мышцы развиты гармонично, внешность незапоминающаяся, серые глаза, русые волосы. Впрочем, по сравнению с примами, первыми и совершенными детьми Создателей, люди всегда казались блеклыми.
Почему же от этого не получается отвести взгляд? Из-за его наглости?
— Дезертировали, — невозмутимо ответил он. Без всякой робости и стеснения. Как будто каждый день разговаривал с примами. А может так оно и было, судя по погонам — он квиндекс, достаточно высокий ранг в армии.
— Найти и наказать, — постановила Айвен.
— И эти отряды потеряем, — также невозмутимо ответил он. — Среди солдат только и разговоров, что проиграем со дня на день.
Высокое командование и руководство Союза равных в это не верило. Как же примы, высшие и совершенные существа, их нельзя победить. Но сейчас они впервые воевали друг с другом. Только вторых прозвали отступниками за связь с запрещенной магией. Хуже, что из-за нее они стали куда сильнее.
Обычного прима было непросто убить, отступника — практически невозможно. Их тела восстанавливались в разы быстрее, а если повреждения оказывались непоправимыми — душа и память просто переходили в ближайшее свободное мертвое тело.
Также быстро пополнялись ряды их армии: достаточно разжиться более или менее целым трупом, выдернуть из загробного мира подходящую душу, провести несложный ритуал — и готов сильный, исполнительный и неубиваемый воин.
Айвен и ее отряды сталкивались с ними каждый день, продолжая безуспешные попытки очистить от отступников свой мир, заодно и не допустить их в другие. Обе миссии проваливались: донесения о новых порталах приходили каждый день, а победой пока и не пахло. Командование медлило, берегло людей и саму планету. Все же Седес — колыбель примов, место, где появилась разумная жизнь. Айвен отчасти их понимала, но не могла спокойно смотреть, как враги день ото дня становятся сильнее.
На Седес каждый день стягивали новые и новые отряды примов, на военную службу призвали всех более или менее годных, включая всю родню Айвен. Вот с теми было сложнее всего. Они не воспринимали происходящее всерьез и постоянно норовили подойти к ней с глупой личной просьбой, обнять за плечи или вовсе чмокнуть. Никакие разговоры о субординации их не впечатляли, наоборот, раззадоривали сильнее.
Братья и сестры не слушали приказов, могли на людях обнять ее или посмеяться над каким-то действием. Боги двуединые, с имусами намного проще сладить, чем с родней!
Бродивший рядом кот почувствовал ее волнение, ссутулился и зарычал. Айвен шикнула на него и приказала занять место позади себя. Кот послушно отошел, но продолжал держаться настороже.
Этих имусов вывели не так давно, как еще одну боевую единицу. Быстрые, сильные, безропотные, они выглядели почти как люди, с легким налетом звериных черт. Под два метра ростом, темные волосы, миндалевидный разрез глаз, синяя радужка — достаточно, чтобы не спутать с человеком, но маловато, чтобы походить на зверя.
— Не думал, что вы кошатница. — Этот наглец еще и улыбнулся ей, от кота же попросту отмахнулся магией, когда попытался на него зарычать.
— Люблю тихих и исполнительных. Зря думаешь, что хоть чем-то его лучше.
Что и говорить, квиндекс ему даже внешне проигрывал, все-таки имусов старались делать приятными глазу. А этот человек родился, каким родился. Магически внешность не правил, но и тренировками не пренебрегал.
— Освоил устную речь, грамотен и умею вычислять логарифмы, — с прежней издевкой продолжил он. — Еще я самостоятельный и не трясу шерстью на парадные мундиры.
— Список короткий и сомнительный.
Тем более коты тоже не трясли, в зверей они превращались редко, когда нужно было куда-то бежать или атаковать врага, с которым зубами и когтями сражаться сподручнее.
— Просто мы пока мало знакомы, — продолжил улыбаться он. Что за неловкий флирт в неподходящее время? Но и сдаваться парень не собирался. — Видимся всего-то восьмой раз.
— К девятому обзаведись погонами получше. Или попробуй раздобыть какую-нибудь корону. Как и всякая приличная дева, млею от мужиков при власти.
Прошлые семь она помнила плохо. Где-то в таких же лагерях, во время стычек с зеленофлажниками. Те оказались милыми и безобидными ребятами по сравнению с отступниками. По крайней мере умирали легко, а не восставали в первом же целом теле.
— Я бы и рад, — не сдавался наглец, — но у нас тут вроде бы конец света. Если отступники решатся применить «Сердце тени», то…
— Не решатся, не мели ерунды.
Артефакт с заключенной в него силой бога смерти — их главное и самое опасное оружие, которому нечего противопоставить. Никто не верил, что его используют, но когда-то не верили, что и создадут.
Страшно не то, что в кристалле была заключена сила, способная смести всю обитаемую вселенную, страшно то, что ей никто не мог управлять.
— И, квиндекс, — почему-то язык не повернулся назвать его «мальцом», — если ты считаешь, что сейчас подходящее время для флирта, то зря.