— Я и один справлюсь. Признаться, для мамы ты простовата. Сметет и не заметит. И кто тогда будет править этой деревней?
Она фыркнула, но Хиро и бровью не повел. Ещё от знаменитого Тысячерукого Демона местные отскакивали так быстро, будто боялись нападения. Кассандра слышала и о подвигах, и о суровом нраве младшего Вада, но пока не особенно верила. Ему чуть больше тридцати, обычный нагловатый мальчишка.
— Что там будут строить? — она указала на начавшиеся работы.
— Фундамент будущей фабрики. А тот сарай, — он указал рукой на княжеский дворец, — переделают под школу и колледж. Здание большое, все вместится. Днём пусть учатся дети, по вечерам — молодёжь и все остальные, кто решит освоить профессию. Дальше достроишь к нему пару крыльев, и будет академия не хуже столичных.
— Это мой дворец, — Кассандра выдернула руку и отступила от нахала. — И я не дам его переделывать.
Хиро сузил глаза, затем обнял ее за плечи и потащил в сторону, чтобы подданные не присутствовали при скандале.
— Женщина, тебя учили держать себя в руках? На кой тебе сарай среди деревни? Зачем столько шума?
— Это дворец. Символ княжеской власти и место, где проходят общие собрания.
— Теперь будет символом просвещения и грядущих перемен. Оглянись вокруг, этим людям даром не нужны собрания с княгиней без бочонка вина и зажаренного быка. А с едой и выпивкой ты сможешь проводить собрания на любой удобной поляне. С учебой такое не пройдет. Хочешь процветания княжеству, а себе — гарем из маринских ухоженных мальчиков? Слушайся меня, и все будет.
— Побольше уважения к княгине!
Кассандра отпихнула его и окинула взглядом подданных. Величественные воины северных окраин, повергатели аврорцев, суровые мужи, которые одним взглядом осаждают Безумного — пятились прочь от Хиро и делали вид, что увлечены строителями.
— Поменьше спеси и побольше здравого смысла, тогда получишь уважение. Просила фабрику и колледж — получи их. И подумай, как использовать наилучшим образом.
Демон смерил взглядом подошедших дружинников, и те сразу отступили, после он снова ухватил руку Кэсси и потащил к ее дому.
— И учись вести себя как правитель, а не как истеричная недотраханная баба.
— Если я правитель, то Анриру стоило бы посоветоваться со мной, прежде чем начинать строительство, — Кассандра первой вошла внутрь помещения и сбросила платок. Удивительно, но Преданный тоже выскочил прочь, чуть заметив младшего Вада. — А если недотраханная баба, то мог бы прислать кого постарше, с большим опытом и чуть смазливее. Он обещал помочь с этой проблемой, но не силами названного брата.
— Женщина, на твой язык можно скот привязывать. Надеюсь, ты им умеешь не только болтать.
Хиро подошёл совсем близко, порывисто обнял Кассандру и поцеловал. Сразу так, будто они были знакомы не меньше месяца и уже перешагнули все возможные этапы плотских отношений. Умело, страстно, с нажимом, но без лишней грубости. Кэсси расслабилась в его руках, насильно выкинув из головы мысли о бакенбардах и том, что Хиро названный брат Безумного. Сегодня и сейчас она покажет все, на что способна, и узнает все, на что способен этот Демон.
Из постели они выбрались ближе к вечеру. Точнее, Кэсси спокойно продолжала бы этот процесс, но Хиро отказался, мотивируя тем, что нужно думать о детях и делах. Утомился, наверное, вот и придумывает отговорки.
Пока он одевался, Кассандра разглядывала его жилистое тело и татуировку на спине. Та покрывала почти всю кожу и изображала чудовищную помесь человека и осьминога. Наверное так выглядит второй облик Демона. Каждый, кто побывал в Долине отражений, выносит оттуда что-то. И что-то оставляет. Везунчики отделываются татуировками или шкурой.
— Могу я ознакомиться со всеми проявлениями княжеской милости? — Кассандра потянулась в кровати. Простыни намокли от пота, перина сбилась, а одеяло кололось, но все это не могло испортить чистого и незамутненного блаженства, в котором пребывала Кэсси.
— О, первый адекватный вопрос за все время. Теперь буду знать, что ты соображаешь только после секса. А эффект долгий?
— Хамишь княгине.
Хиро накинул на плечи рубашку, застегнул брюки и нехотя вытащил из тени конверт с печатью великого князя. Кассандра выхватила его, вскрыла и погрузилась в чтение.
— "Автомобиль"? — этого пункта не было в ее предложениях, и Кассандра не верила своим глазам. Неужели у нее будет такой же шумный, пафосный, громкий "ревун", как у девчонки?
— Что, так быстро? — он расстегнул штаны и одним взмахом сдернул одеяло. — На благо государства могу трудиться до кровавых мозолей…
— Хватит. Я хорошо соображаю. Но поражена такой щедростью.
Она вытерлась влажной тряпицей и подтащила к себе одежду. Наглец-Хиро смотрел на нее с настолько неприкрытым вожделением, что ноги подкашивались. Сейчас не время, но ночью Кассандра не отказалась бы продолжить их неформальное общение. И плевать на слухи. Все равно ее здесь не любят.
— Его величество не злодей.
— Но и не добряк.
— Самый настоящий, но спорить с ним без причины я бы не стал. О, и он договорился о лечении для твоего сына, теперь младший Лабири достает всех вдвое сильнее, потому что передвигается вдвое быстрее. Избалованный юнец, ты замечала?
Кассандра проигнорировала вопрос и открыла дверь. Теперь, когда тело получило свое, даже с избытком, думалось в разы легче и терпеть Хиро больше не нужно.
Лучезарное уже садилось и дневное тепло сменилось почти зимним ветром с внезапной пургой. Кассандра поплотнее запахнула шубу и решила дойти хотя бы до дворца. Так бездарно провела день, хоть и приятно. Ничего, завтра наверстает, сейчас больше хотелось увидеть переделки и "ревуна".
Снаружи здание успели обнести строительными лесами, а внутри все оказалось завалено материалами для ремонта. И никто не потрудился узнать мнение княгини на этот счёт. Как не спросили ее о том, где разместить самих рабочих и прочем.
— Наконец-то! — взъерошенный Бен поймал ее за руку и развернул к себе. За его плечом маячила рыжуха в аврорской тонкой одежде. Девка посинела от холода и мелко тряслась, но не уходила и не пыталась накинуть что-нибудь на плечи.
— Я так рада тебя видеть, погоди немного и мы поговорим.
Кассандра попыталась сделать шаг, но Бен схватил ее сильнее и дёрнул.
— Сейчас. Я и так целый день жду, пока ты ублажишь всех мужиков в трёх мирах.
От его слов было больнее и страшнее, чем от всех угроз Анрира или побега Бьорна. Бен, ее малыш Бен, ради которого Кэсси сделала столько всего…
— Не говори так. Не надо. Прошу.
— А что? Это не правда? — его глаза налились кровью и будто бы не могли сфокусироваться на матери. Даже рыжая Лив боялась подойти к разозоенному Бену. — Это не ты участвовала в спектакле, где тебя трахала толпа уродов? Да треть моих одноклассников ходили туда. Знаешь, каково было, когда они делились впечатлениями?
— Прости, я не хотела навредить тебе, — по щекам текли слезы, но Кэсси и не пыталась их вытереть. — Все только лучшее: гимназия, одежда, личные учителя магии… Боги двуединые, Бен, у тебя даже лошадь была.
— Но не было родителей. Ты вечно пропадала, якобы умерший отец оказался стариком! Бездна океанская, Кесс, как ты могла с ним связаться?
Стены сузились и давили на нее. Столько зла, желчи, обиды жило в Бене, а Кассандра даже не замечала. Не хотела видеть, воспринимала сына как милого малыша. А теперь тот внезапно вырос и бьёт словами наотмашь. И когда? В тот момент, когда так нужна поддержка, когда она впервые в жизни пытается все сделать правильно.
— Бенедикт очень умный, он интересный собеседник и всегда был добр ко мне, — зачем она оправдывается? Но надо хотя бы попытаться все объяснить. — Он ежемесячно выдавал хорошую сумму на твое содержание и купил наш дом, но должность не позволила ему жениться на мне.
— Ха! — Бен наконец разжал пальцы и толкнул Кэсси. — Кто захочет жениться на шлюхе?
Бенджамин тут же согнулся, затем отлетел на пару метров и ударился о стену. Кассандра дернулась, чтобы поднять сына, но Хиро сжал ее плечо.
— У молокососа помутнение. Он забыл, что оскорбляет княгиню. И свою мать, что в разы хуже. Пусть передохнет и остынет.
— Какая она мне мать? — Бен потирал затылок, но видимых увечий на нем не было. — Право называться "матерью" нужно заслужить. Сделать для этого хоть что-то, кроме родов. Думать, не только о себе, но и о ребенке. Не быть такой…
Новая оплеуха невидимым щупальцем огрела щеку сына, а Кэсси вытерла слезы, сняла с головы шерстяной платок и повесила его на плечи дрожащей Лив.
…Сколько себя помнила, голод постоянно преследовал Кэсси. Мать пила так много, что в мгновение спускала все заработанное ей, очередным сожителем и даже те крохи, что платили самой Кассандре в местном трактире. Находила их, как ни прячь, и покупала очередную порцию алкоголя.
Но сегодня был почти праздник: на столе нашелся вполне приличный кусок ягодного пирога, лишь чуть надкушенный с одной стороны. Наверное, угощение принес кто-то из гостей, что спали сейчас на полу.
Кассандра зашла домой на минуту: взять портфель с учебниками и бежать в школу. Ночами она предпочитала прятаться по соседским сараям, а то и вовсе ночевать у сердобольного Ксандра, который не жалел места на софе для одноклассницы сына. Впрочем, сегодня она спала не хуже: на лавке в доме тётушки Лю, которая уехала к родственникам в соседнюю деревню и пустила Кэсси с условием приглядывать за огородом. Но с едой там было туго: в начале весны и листьев не со всего надергать можно, поэтому пирог был кстати.
Она взяла кусок, впилась в него зубами и почти сразу проглотила, не жуя. Затем укусила ещё и тут же получила удар поперек спины. Мать нависала над ней со своей любимой палкой в руках. Давно, ещё до рождения Кэсси, Глинда была известной танцовщицей, потом травмировала ногу и так и не смогла избавиться от хромоты. Зато осанку, внешность и манеры истинной леди все ещё сохранила. Отчасти.