снизу потянулась змейкой сияющая голубым светом веревка. Хрустнули перья, на глазах выступили слезы.
Рядом тихо, сдавленно пискнул фэйри, хрипло выругался Август.
Тяжелый поток, не имеющий ничего общего с родным ветром, оторвал Аэлло от земли, и, закружив на месте, дернул вверх. Мир подернулся мраком, но лишь на миг. Аэлло опрокинуло на спину, и она оказалась в окружении бааваншей. Те обступили ее плотным кольцом.
Руки и ноги поползли в стороны, Аэлло услышала, как хрустят суставы от натуги, но не смогла противиться неведомой силе.
– Кровь, – глухо прозвучало в этом странном отсутствии воздуха. – Кровь!
Что-то кольнуло запястья и лодыжки, Аэлло приподняла голову и заорала: четверо стражей впились острыми, светящимися зубами.
Тот, кто говорил с ней, нагнулся, нацеливаясь на шею, и Аэлло зажмурилась.
Но укуса не последовало.
Вместо этого раздалось:
– Меченая!
Вопль прокатился громовым раскатом, серебристый свет луны померк, чернильное небо стало бездонным.
– Меченая? Меченая? – подхватил хор бааваншей.
В не способных к выражению эмоций голосах зазвучало что-то, похожее на страх.
– Остановить!
В тот же миг Аэлло перевернуло и осторожно поставило на землю. Она открыла глаза: Август и Бруни тоже здесь.
Оба ее друга подернуты голубоватой дымкой, словно лентой с рваными краями. Кажется, они все видят, вон, даже моргают. А говорить? Говорить не могут.
Бруни вращает глазенками-блюдцами, над серебристой травой видна только его голова.
Лицо Августа исказилось, и он прохрипел еле слышно:
– Аэлло… Что вы с ней сделали… Я убью вас всех…
– Все в порядке, – ответила слабым голосом Аэлло. – Все…
– Молчать, – прошелестело в пространстве.
– А что с другими? – раздался трескучий голос.
– Надо разобраться.
Аэлло затрясла головой, и волосы взмыли в странное безвоздушное пространство, словно она оказалась в воде, а затем медленно улеглись обратно.
Что значит, меченая?
Что-то прикоснулось к ногам, вызвав испуганный возглас. Дернулась, попробовала взлететь, куда там – где нет воздуха, нет и ветра. Что-то словно держит, не дает пошевелиться. Зеленый туман облизал ступни, пополз вверх, коснулся запястий. Аэлло ощутила, что боль от укусов стала ослабевать, покидать тело, унося с собой остатки сил.
– Проси честный бой. Право меченой! – раздался тихий звенящий голос, и Аэлло испуганно заозиралась по сторонам. Ни стражи, ни Август с фэйри никак не показали, что слышат.
– Только я тебя слышу? – мысленно спросила Аэлло. – Кто ты?
– Только ты, меченая, – прозвучало снова, и по зеленым сполохам тумана, что обволакивает лодыжки, пошла легкая рябь. – Запомни: ты имеешь право на честный бой. Право меченой. Проси у Ока.
Раздался звук удара, словно мешок с чем-то мягким уронили, и Аэлло не сразу поняла, что это звук ее собственного тела.
– Аэлло!! – раздался крик Августа, переходящий в хрип.
– Это скоро пройдет, – сказал кто-то.
Призрачный свет луны снова на мгновение померк, а когда появился вновь, Аэлло поняла, что лежит, раскинув крылья и руки, на спине.
Под ней что-то твердое и холодное. Она приподнялась, опираясь на руки, осмотрелась по сторонам. Вместе с бааваншами они перенеслись на круглую поляну, устланную ровными плитами с кривоватыми краями. По краям поляны высятся те же величественные деревья. Лунный свет серебрит ровную, словно искусно прорисованную, кору.
Недалеко, на расстоянии двух взмахов крыльев, сидит Август, рядом с ним зеленая макушка Бруни. Оба вращают глазами, осматриваются. Вон, Август заметил, что она тоже здесь и как будто облегченно выдохнул.
Посредине воздвигнута высокая арка с резными колоннами, в центре мерцает что-то голубое. Такое же, как глаза бааваншей, но ярче, насыщеннее. Аэлло поняла, что видит перед собой огромный глаз.
– Око Бааван Ши, – сказал один из стражей. – Оно поможет понять.
– Что понять?
– Как лучше поступить с тобой и с предателем, что привел тебя к озеру.
– Подождите!
Аэлло приложила тонкие белые пальцы к вискам.
– Почему вы называете того, кто привел меня сюда, предателем?
– Потому что так и есть.
Аэлло помотала головой, пытаясь унять еле слышный звон.
– Кто привел тебя сюда?
– Я пришла сама! Мне надо!
Око Бааван Ши гневно сверкнуло белым, и страж воскликнул:
– Ложь!
– Но я сама пришла, правда! Я иду на Радужную гору!
– Ты шла к озеру, меченая.
– Друг попросил меня проводить его. Бруни.
Все обернулись к фэйри. Вид у него сделался совсем несчастный, глаза опущены, уши повисли безвольными тряпочками.
Снова зазвучал странный смех. Словно треск и кашель растекаются в пространстве.
– Законы стражей говорят, что за допуск к озеру нужно заплатить кровью.
– Как это? – спросила Аэлло. – Я не понимаю.
– Глупая, наивная гарпия, – сказал голос и осекся.
– Это значит, что нужно привести с собой спутника. Его кровь умилостивит нас, и мы не будем чинить препятствия пройти.
– Как же так?
– И фэйри знал этот закон, когда говорил тебе, что к озеру хода нет, и когда планировал расплатиться тобой с нами, стражами.
Глава 35
Аэлло растерянно обернулась к Бруни, тот опустил голову еще ниже, вместо лица видна только зеленая шапочка пушка, колышется, словно под водой. Глаза гарпии широко раскрылись и потемнели, точно потухли. В уголках блеснула предательская влага.
– Как же так, Бруни?
– Врете, все врете! – закричал Бруни, поднимая голову. – Я не думал! Я никогда не думал сделать Аэлло ничего плохого.
Уголок широкого рта фэйри дернулся.
Око замерло всего на миг, но тут же возобновило сияние.
– Фэйри не называют по имени того, кого хотят убить, – медленно сказал бааванш. – Я удивлен. Я очень удивлен.
– Август, – ахнула Аэлло, и снова посмотрела на Бруни.
Фэйри снова опустил голову, на этот раз ниже, лоб Августа прорезала горизонтальная морщина.
Судя по беспокойному мерцанию глаз, в замешательство пришли даже бааванши.
– Ты полагаешь, человек хотел убить тебя?
– Да нет же! Как вы не понимаете! – воскликнула Аэлло и с силой приложила пальцы к вискам. Не помогло. Звенит так, что Аэлло с трудом слышит собственный голос. – Бруни, ведь ты ни разу не назвал Августа по имени!
Бруни не произнес ни слова в ответ.
А потом поднял глаза на Аэлло. Гарпия отшатнулась – столько холода и решительности в милых еще секунду назад, глазах-блюдцах.
– Бруни, но за что?
– Человек, – горько выдохнул Бруни, и вид при этом такой, словно сказал, все, что мог, и даже больше.
Август гневно сверкнул глазами в его сторону, но промолчал. Даже бааванши пошли рябью, подступаясь поближе. Вот мы их сегодня развлекаем, подумала Аэлло, ну чисто менестрели на площади.
– Погодите! – воскликнула она. – Об этом потом. Если Бруни не собирался расплатиться мной, – Бруни снова потупился, – почему вы начали именно с меня?
По вытянутым телам бааваншей снова пошла рябь. Такое ощущение, что вот-вот примутся скрести когтями вытянутые макушки.
– Мы реагируем на ложь, – наконец, неуверенно, сказал главный. – И принимаем в жертву обманутого. Так было всегда, и всегда будет, и вам не удастся запутать нас! Независимо от того, кто из вас кого больше обманул, Око увидит правду! Мы не кровожадны, мы лишь берем жертву, которая причитается нам по праву!
– Но если фэйри хотел отдать вам Августа, вы должны были начать с него!
– Должны, – прошелестел бааванш и оторопело помотал головой. – Но Око говорит, что самая обманутая здесь ты, меченая!
– Стоп!
Аэлло приложила самый кончик указательного пальца к узкому подбородку.
– Сейчас же прекратите называть меня меченой!
Гневный крик Аэлло взорвал безвоздушное пространство, даже сероватые пучки травы по краю круглой, выложенной серыми плитами, площадки, испуганно прижались к земле. Длинные волосы бааваншей, что обступили Око, приподнялись, и медленно опустились.
– А как же еще называть тебя, гарпия, если на тебе метка нефилима? – с ехидцей спросил бааванш, и с плохо скрываемым удовольствием, добавил. – Брачная метка!
– Что?!
Аэлло сжала кулаки, и шагнула по направлению к арке с сияющим Оком.
Шаг дался с трудом, точно под водой идешь, и остальное тело запаздывает. Аэлло скрипнула зубами, сделала еще один шаг, снова подождала, когда тело выровняется.
Так, шаг за шагом, достигла Ока, и, нахмурив лоб, заглянула в яркое голубое мерцание. Поверхность пошла волнами, точно водоворот, но вскоре выровнялась и превратилась в зеркало.
На Аэлло испуганно вытаращила зеркальца глаз, в которых отражается бесконечный коридор Ока, встрепанная худенькая гарпия. Серебряные в свете луны, волосы, глубокие тени заострили черты, задрали и без того высокие скулы.
Все как всегда, только на левой щеке горит голубым огнем знак: огненный круг, а внутри круга – кожистое крыло.
– Нет! – закричала Аэлло, и сила крика отбросила ее от Ока на несколько шагов.
Она с трудом расставила руки и крылья, чтобы не упасть, и обернулась к бааваншам.
– Что это? – испуганно показала она на щеку и принялась с ожесточением тереть ее.
– Стражи не прекословят нефелимам, – раздалось в пространстве. – А по этой метке он найдет тебя на краю света и в любом из миров.
– Я сама найду его! – прошипела Аэлло.
С силой сжала кулаки, закусила губу, мрачно сверкнула глазами на Бруни, который под ее взглядом совсем съежился.
– Я найду и убью Анакима!
– Ты сказала Анакима? Предводителя?
– Какой он к вихрю предводитель!
Она воинственно сжала кулачки, обернулась к Оку, увы, щека потемнела, подернулась багрянцем, но проклятая метка, кажется, стала только ярче.
– Кто-нибудь скажет мне, как смыть эту дрянь?
В пространстве снова затрещало. На этот раз бааванши смеялись долго и с видимым удовольствием.