— Отлично, — удовлетворённо кивнул я.
— Эй, Нобу, ты уже построил церковь? — раздался голос Аики. — Ты всю ночь напролёт её делал?
— О-о-о, Аика, я же говорил тебе обращаться ко мне «Нарикин», когда я в этой маске… — начал я и махнул рукой. — Ладно, не важно. Смотри, какая хорошая церковь вышла, внушительная! Ну не замечательная ли? Ха-ха-ха.
— Хорошо-хорошо, — успокаивающе произнесла она, — я тебе дам полежать на своих коленках, так что почему бы тебе не отдохнуть?
— Э? Что ты… — я замер. — Эй, зачем ты снимаешь?.. А, лежать на коленках? Я должен добавить это в трактаты. Что ж, тогда воспользуюсь твоим предложением, Аика.
После чего я снял маску и расположил свою не спавшую всю ночь голову на коленках Аики. Божественное ощущение. Это точно надо в религиозные практики включить!
Когда я проснулся в отдельной комнате, которую я построил в церкви, то чувствовал себя немного виноватым. Хотя не понимал почему.
И вообще, почему Аика гладит мою голову, приговаривая: «вот так, вот так», всё ещё выступая своими ногами в роли подушки? Госпожа Ханни меня убьёт. Точно убьёт. Медленно и мучительно.
— Нобу, тебе лучше? — спросила она с заботой. — Я думала, что ты с ума сошёл, когда сказал, что собираешься церковь строить, но, видимо, тебе просто сна не хватало?
— Нет, я так не… — я задумался. — Думаю? Хотя, может быть?
— В таком случае, уложить тебя спать было прекрасным делом, — улыбнулась она. — Хе-хе-хе, отличная работа, я!
Нет-нет, даже если я невыспавшийся, это не так уж и важно… Разве нет? Или всё-таки важно?
В любом случае, я сел. Хотя покидать ноги Аики было немного грустно… Очень грустно. Невероятно грустно.
— Ну, эм-м, спасибо, Аика. Теперь я в норме, — поблагодарил я.
— Всегда пожалуйста, — кивнула она. — Итак, что ты собираешься делать? Салли вчера ко мне тоже заходила поздороваться.
— Точно… — вспомнил я. — Салли настаивает, что её визит исключительно личный, так что не будем её трогать, оставим всё как есть — в том числе и с Шикиной. Что же до Май О’Дору… Тут тоже всё как есть оставим. Ну а теперь, как насчёт пойти пропагандировать Футонизм?
— В общем, ничего, требующего безотлагательного вмешательства нет? — уточнила Аика.
Ага, проблемные места есть, но на них можно пока закрыть глаза. Я хочу спать. То есть молиться. То есть и то, и другое!
— Итак, есть идеи, как пропагандировать? — продолжил я. — Например, последователи Футонизма получат бесплатный проезд по туннелю.
— Если ты так сделаешь, то тем самым покажешь, что Футонизм и подземелье-туннель связаны, — возразила Аика. — Тебе ещё поспать нужно?
Аика хлопнула рукой по своей ноге… Да, аргумент здравый. И предложение заманчивое.
И вообще, Аика, в последнее время ты поумнела. Если ты с таким темпом продолжишь, то не дойдёшь ли до уровня мудреца? Святая Аика Мудрая?
И ты уже достигла того уровня, когда знаешь, чего именно я хочу… Умная. Слишком умная. Это опасно.
— Тогда, как насчёт давать верующим бесплатный пуддинг при остановке в гостинице? — предложил я.
— Может сработать, но, думаю, от этого только лишняя суета будет, — покачала головой она. — Кстати, а какая-нибудь церемония посвящения есть?
— О-о… — я почесал затылок. — Не-а, лишние хлопоты только. Достаточно, чтобы человек сказал «Я Футонист» — и всё. И просителям будем продавать дырявые монеты со священным символом.
— Как легкомысленно, — вздохнула Аика.
— Лучше так, чем запарно… — пожал плечами я. — Затраченное на это время лучше на сон потратить.
Кстати говоря, дырявые монетки будут стоить: один медяк за медную, пять медяков за железную, серебряник за серебряную и золотой за золотую. Религиозный мерчандайз! Будут выполнять роль амулетов, защищающих сон.
И да, цепочки и шнурки продаются отдельно. Капитализм даже в религии! Монетки можно не только в ожерелье, но и в брелок или ещё что-нибудь такое превратить.
— Но монета же просто плоская, нет? — заметила Аика.
— У меня не получилось придумать хороший дизайн… — признался я. — Точно, пусть верующие сами рисуют на монете то, что им приснилось.
— И всё нормально будет? — усомнилась она.
— Вполне себе правильное правило. Да и в любом случае сойдёт, — уверенно заявил я. — Если у тебя есть какие-то поручения сейчас, то я ими займусь.
— Не могу сказать, что это прямо-таки поручение, но кое-что есть, — задумчиво произнесла Аика.
— О, и что же? — заинтересовался я.
— Эта церковь, кто ей заведовать будет? — спросила она невинно. — Нобу, ты ведь не просто уйдёшь спать и оставишь всё на произвол судьбы?
Чёрт! Блядь! Я совсем забыл об этом. Даже если я построил здание, то какой толк, если присматривать за ним некому! У меня ни священника, ни монашек, ни монахов — никого нет! Эпический провал планирования!
— А-ах, судя по выражению твоего лица, ты об этом не подумал, не так ли? — усмехнулась Аика. — Ну, это не будет проблемой, если ты призовёшь какого-нибудь монстра на эту работу.
— Т-точно, — оживился я. — Я могу просто призвать монстра, ведущего себя как человек, всё хорошо.
— Но Нобу, разве это не пустая трата денег? — прищурилась она.
— Да, это трата… — признал я уныло.
— Нобу, как часто ты мне говорил не транжирить ОП, потому что ты хранитель подземелья? — начала она назидательно. — И при этом смотрите-ка, кто разбазаривает ОП налево и направо в последнее время.
Ух, это правда — Аике я выдаю ОП на уровне карманных расходов. Лицемер, твоё имя Нобу! Но, опять же, Аика ещё от Ханни на жизнь получает, да и я не шибко ОП транжирю, но… Но оправдания слабые.
— Вот почему ты должен постараться решить эту проблему, используя как можно меньше ОП, — продолжила она. — Можешь потратить вплоть до 1000 ОП. Сумеешь, и я… Точно, я передам Божественный Плед церкви, как объект поклонения.
— Ты уверена? — я не поверил своим ушам.
— Можно считать это частью престижа, не так ли? — кивнула она. — Днём его можно и так использовать.
— Отлично, я в деле, — воодушевился я.
— В таком случае, с этого момента ОП, доступное тебе для использования ограничено, — объявила Аика. — Проиграешь, если потратишь 1000 ОП и больше для решения этой проблемы. Перейдёшь за черту — хмм, точно, выполнишь одно моё желание, пойдёт?
— Хорошо, если только оно не совсем несуразное, — согласился я.
— Хе-хе-хе, с нетерпением жду, — улыбнулась Аика загадочно.
— Желать больше желаний или что-то в таком духе — нельзя, — сразу предупредил я.
— А что, так можно было?.. — удивилась она. — Вау, Нобу, а ты тот ещё гений.
У меня ощущение, что это вполне очевидно, ну да ладно. Не все смотрели Аладдина.
Я открыл меню и стал ковыряться в экране ОП… Финансовый менеджмент в действии! Я отделил часть от того, что уходит на подземелье и-и-и-и… Вот, 1000 ОП. У меню куча очень удобного функционала, я серьёзно.
— Я готов, — объявил я.
— Дай взглянуть… — она заглянула в экран. — Да, отлично. Постарайся, Нобу. Ничего страшного, если не выйдет, знаешь ли.
— Что? — я ухмыльнулся. — Да быть не может, чтоб не вышло.
Хе-хе-хе, мне это нужно, чтобы позаимствовать Божественный Плед. Ради Футонизма! Ради святого сна!
И тут, как раз тогда, когда я вновь наполнился силами, в дверь постучали. Конечно же.
— Господин, вы там-с⁈ — раздался панический голос. — У нас проблема!
— Хм, Куко? — узнал я. — Что не так?
Похоже, сюда она бежала. Марафон с препятствиями? Войдя в комнату, Куко переводила дыхание.
— Шикина раздербанила магическое средство, принесённое госпожой из Сиа, — выпалила она, — и в результате у нас распри! Сделайте-с что-нибудь!
Ва-а-а-у… Только этого не хватало. Проклятая эльфийка!
Глава 34
Когда после известия о распрях я пошёл на задний двор, передо мной предстали: взволнованная Душка, непрерывно кланяющаяся Май О’Дору и упавшая ниц Шикина. Классическая картина «всё пошло не так».
— Я прошу прощения за свой невероятный просту-у-у-у-у-у-упок! — выла Шикина, уткнувшись лицом в землю.
— И-и-извинения назад средство не вернут! — паниковала Май. — И к т-тому же, это я ви-виновата, ч-что же делать… Что я могу сделать, что я могу сделать⁈ Простите, госпожа Черноушка!
— Э-э-э-м, — растерянно произнесла Душка.
— Нет! Виновата я-я-я-я-я! — настаивала Шикина.
— Нет, я-я-я-я-я! — не уступала Май. — А-а-а, госпожа Черноушка, мне так жаль…
— Эм-м… — Душка выглядела как человек, попавший между молотом и наковальней.
И это распри?.. Больше похоже на соревнование в самобичевании.
Понятия не имею, что тут произошло, но, судя по всему, идёт поиск виноватого? Или конкурс на звание главного мученика?
С такими мыслями я встретил взгляд Душки. В её глазах читалась мольба о помощи.
— Г-господин! — воскликнула она с облегчением.
Бам!
Теперь на меня ещё и Май О’Дору с Шикиной стали смотреть. Как утопающие на спасательный круг.
После чего подошли, шмыгая носами… И прицепились ко мне. С двух сторон. Я превратился в плачущий бутерброд.
— Чт-чт-чт-что мне делать, Свёкор⁈ — всхлипывала Май.
— Помогите, Учи-и-и-и-итель! — подвывала Шикина.
— Май О’Дору, можешь не звать меня так обыденно Свёкром? — вздохнул я. — И, эм-м, можете объяснить, что тут произошло?..
— Т-тогда позвольте расскажу со своей точки зрения… — начала Май.
— Нет, с моей… — перебила Шикина.
— Ага, ладно, — я поднял руку. — В таком случае, пусть говорит Душ… Черноушка. Расскажи, что тут стряслось, а вы обе — добавляйте, если нужно.
Я перенаправил вопрос Душке (назвав её Черноушкой из-за присутствия Май О’Дору), а в ответ она кивнула. Моя спасительница.
— Я рада, что мы смогли поспать вместе этой ночью, госпожа Черноушка, — улыбалась Май.
— Это ради укрепления дружбы… — кивнула Душка.
Нобу так и не вернулся этой ночью — слишком увлёкся строительством церкви. А потому Душка вместе с Май много говорили, вм