дать.
Пройдя еще немного, освещая путь амулетом, Страг вдруг остановился и резко подался назад.
Налетел на идущую позади Миранду. Та преградила дорогу гному.
– В чем дело? – спросила княжна недовольно.
– Фух… Че там? – подал голос царевич, когда она сделала шаг в сторону и рыжие волосы перестали закрывать ему лицо.
Страг молча опустил руку с импровизированным факелом и отошел в сторону. Леомун осветил уходящие вниз ступени.
Миранда нахмурилась. Вспомнив заточение у темного лорда, она почувствовала себя неуютно. Захотелось скорее вернуться наверх – к свежему воздуху, солнцу и пению птиц. Она постаралась, чтобы эти чувства не отразились на лице. Это стоило немалых усилий.
– Неужели там внизу – гробница Свитовара? – произнес гном с почтением, обращаясь к самому себе.
Он быстро посмотрел на спутников.
– Если вы не хотите – я пойду один! Я обязан увидеть эту святыню!
Княжна передернула плечами и посмотрела на Страга, стараясь скрыть просительное выражение на лице.
– Не стоит туда спускаться. Это небезопасно. Поищем выход сами.
– Сначала раздобудем оружие, – твердо сказал поединщик.
Он принялся спускаться первым, освещая дорогу. Гном двинулся следом. На стены от них обоих легли объемные, непропорциональные тени. Страг обернулся к Миранде:
– Будешь ждать здесь или как?
– Ты мой муж и должен меня оберегать, а не подвергать напрасному риску!
Страг пожал плечами:
– Тогда жди нас здесь. Скоро вернемся. – И добавил с сарказмом: – Женушка.
Поджав недовольно губы, девушка двинулась следом. Подол платья легонько приподняла, чтобы не наступить.
Спускались довольно долго. Миранда уже преодолела страх и дискомфорт, от нее посыпались едкие замечания, что эта лестница никогда не кончится. Мол, что, если так пойдет дальше, они пройдут всю землю насквозь.
В этот момент спуск закончился. Перед Страгом открывался узкий дверной проем с замысловатой вязью, вырезанной по камню. Пройти можно было только по одному.
Поединщик выставил перед собой руку с леомуном, и помещение впереди осветилось.
– О, подземные боги! – услышал он за спиной благоговейное.
Гвин вбежал в усыпальницу, неуклюже обойдя Страга и случайно толкнув.
Поединщик хмуро на него покосился, вошел следом. Стены украшены барельефами, на которых широкоплечий гном с бородой сражается с орками. От взмахов огромного молота враги разлетаются в стороны.
В центре комнаты – каменный саркофаг. В изголовье возвышается статуя. Свитовар оперся на молот, правая нога покоится на возвышении. Страг не сразу рассмотрел, что она стоит на отрубленной голове орка.
Казалось, статуя излучает странное тепло. Он вдруг ощутил легкое головокружение. Пол и стены качнулись и… пропали. Со всех сторон слышался звон оружия. Лязг ударов по закованным в доспехи телам…
В утренней дымке идет яростный бой. Поединщик успел заметить силуэты гномов – они пробиваются через ряды орков, что в полтора раза выше их. Здоровяки с черно-зеленой кожей исступленно кричат, нападают с дубинами и топорами, но гномы действуют слаженно, четко. Враги падают от их ударов, как куклы. Впереди – гном с горящими глазами, очень похожий на памятник в исчезнувшей усыпальнице. Он что-то кричит, отчаянно рубится. Молот в его руках вращается, раздавая удары направо и налево. Те, что сзади, воодушевлены его видом. На лицах яростная борьба надежды с отчаянием.
Поединщик тряхнул головой, и все вокруг пропало. Он снова в каменной усыпальнице. Прямо перед ним – изваяние гнома. Он стоит, опершись на молот. Глаза прищурены, взгляд сосредоточен, будто даже после смерти он высматривает здесь в темноте недругов.
– Будь славен, герой Свитовар! – прошептал Гвин. Опустившись на колено, он склонил голову. – Мы помним и чтим твои подвиги!
Подошла Миранда. Поединщик ощутил прикосновение ее плеча к своему.
– Ну и место! – прошептала она. – Всеотец Шалтан, аж мурашки по коже…
Страг не ответил. Он искал оружие. Взгляд наткнулся на несколько секир на стене. Возле статуи в стене была ниша, там поединщик заметил меч и молот.
Пока Гвин продолжал шептать что-то хвалебное, стоя возле гробницы, Страг вытащил из кармана стебель Сигизмундовой травы, откусил и принялся жевать. Он уже научился различать скорое приближение приступов – понемногу начинались жар и головокружение. Поединщик не хотел усугублять, поэтому решил принять лекарство заранее.
Он подошел к нише в стене. Взял меч, провел по лезвию пальцем. Кожа не ощутила остроты. Положил затупленный клинок назад. Молот проверять не стал – не любил такое оружие. Секиры оказались мелковаты.
– Эй, – шепотом прервала его мысли княжна, кивая на царевича, – смотри.
Гвин вытащил из-за пояса кинжал, с силой провел лезвием по большому пальцу. На порезе выступила кровь, несколько капель. Гном стряхнул их на ноги изваяния Свитовара. Царевич поднялся и посмотрел на спутников.
– Это еще зачем? – спросил Страг подозрительно.
– Свитовар избавил нас от чудовищного пролития крови, – пояснил царевич. – Так что теперь я отчасти вернул то, что должен мой народ. Гвин всегда отдает то, что должен!
– Ты вернул три капли, – фыркнул поединщик. – Если уж возвращать, то вскрывай себе вены… Но, как бы то ни было, Свитовар давно мертв, ты окропил своей кровью его статую. Вряд ли она оценит твой широкий жест.
Глаза гнома возмущенно округлились.
– В этом изваянии пребывает дух великого героя! Как смеешь оскорблять его неверием?!
– Только дурни верят в то, что нельзя увидеть.
Гном задохнулся от ярости.
– Как ты смеешь?! Да я тебя!..
Невдалеке послышался уже знакомый стон. Последовало странное шипение, глухо зарычал зверь. Затем раздался отчаянный крик, многократно усиленный подземным эхом.
– Что это? – спросила Миранда, передернув плечами.
Рычание повторилось, уже громче. Ближе.
Страг быстро подошел к стене. Когда он повернулся, то в руках было две средних размеров секиры. Гвину он бросил боевой молот. Тот неуклюже поймал.
– Старики рассказывали об огромном зверо-черве, – сказал гном, глядя на Миранду и поединщика. – Эта тварь стережет гробницу и не дает Свитовару воскреснуть, когда он того захочет! Червя приставили демоны Бездны, чтобы навеки запереть героя в царстве мертвых! Я думал, это всего лишь легенда!
– А я думал, легенда – это то, что мертвые могут воскреснуть, – бросил Страг.
В стену напротив что-то ударило снаружи, на пол посыпались камешки. Рычание раздалось совсем близко, от его источника троицу отделяла только стена.
Миранда охнула. Страг закрыл ее собой, хмуро глядя на стену, готовый в любой момент броситься на любого, кто оттуда появится. Царевич-гном рядом начал рычать, вводя себя в боевой транс.
Удар. Стена дрогнула, по камням пошли трещины. Гном перехватил молот поудобнее. Замер в боевой стойке.
От следующего удара стена разлетелась.
В отверстие просунулась покрытая слизью голова. В светящейся красным пасти торчит множество зубов. Горят красные, как огонь, глаза без зрачков. От вида скользкой, покрытой шерстью головы червя Страга передернуло. За спиной Миранда едва сдержала рвотный позыв.
Зверо-червь принялся ползти внутрь. Это давалось с трудом, но он все же протискивался в узкую дыру. Голова уже находилась в паре метров от Гвина и Страга, за ней внутрь вливалось мохнатое, покрытое слизью тело. Толстое, как бревно, оно сворачивалось кольцами.
– Быстро за статую! – крикнул Страг Миранде.
Княжна в ступоре, не сразу поняла, что от нее хотят.
Поединщик грубо толкнул девушку к гробнице, где между изваянием и стеной притаилась ниша.
– Не высовывайся!
Зверо-червь атаковал. Двигался он молниеносно, Страг и Гвин едва успели броситься в стороны. Ковшеобразные челюсти царапнули пол, где они только что стояли. Поединщик метнул секиру. Оружие вонзилось червю в бок, усыпальницу огласил громкий вой. Тело чудовища затрепетало с отвратительным звуком.
Червь бросился на Страга. Поединщик кувырком ушел в сторону. Поднялся на ноги, крепко сжимая оставшуюся секиру.
– Во имя Свитовара! – Гвин с криком бросился на червя сзади. – Мы защитим твой покой!
Он обрушил молот на голову, но зверо-червь как будто не ощутил этого. Удар, что мог размозжить голову человеку или гному, не причинил монстру вреда. Червь мотнул головой, отбрасывая Гвина к стене. Царевич ударился затылком. Молот выпал из неподвижных рук.
Выбрав наиболее беззащитную жертву, червь пополз к гному. Из горла вырывается рычание, с уродливых губ на камень капает слюна и тут же с шипением испаряется.
Страг с разбега вцепился в скользкую шерсть и оказался у червя на спине. Впереди было видно, что зверо-червь уже раскрыл пасть, собираясь сожрать царевича.
Поединщик прижал к спине монстра леомун. Под светящимся амулетом зашипело, в нос ударил тошнотворный паленый запах. Раздался оглушительный вопль, тело под Страгом начало бешено двигаться. Поединщик почувствовал, что падает.
Страг врезался в стену. Рухнул на пол, чувствуя, что по нему словно потоптался гигант. Он заставил себя подняться. Секиру потерял, в темноте он ничего не мог отыскать.
Краем глаза увидел притаившуюся за изваянием Миранду. На миг их взгляды встретились. Лицо девушки бледное, от ужаса закусила губу.
К Страгу приблизилась отвратительная голова монстра. Из пасти пахнуло горячим смрадом.
Внезапно поединщик услышал серебристый звон. Статуя гнома, что стояла за нависшей над ним головой червя, озарилась изнутри ярким светом. Лицо Свитовара ожило, он повернул голову. Опустил руки, в которых, как влитой, лежит громадный молот.
Гном огляделся, будто вспоминая, где находится. Взгляд остановился на зверо-черве. Поудобнее перехватив оружие, Свитовар ступил с саркофага на пол.
Зверо-червь раскрыл пасть, обнажив острые, как бритвы, зубы, и уже собрался откусить поединщику голову, как вдруг дернулся. По скользкому, мохнатому туловищу с размаха ударил молот. Усыпальница огласилась громоподобным ревом. Повернув голову и заметив Свитовара, тварь бросилась на него.