Из поредевшего тумана вновь полетели капли зелени, конечности. Время от времени выкатывался то гном, то гоблин. Слышно, как орет заклинания мелкинд и хлопает крыльями гарпия.
Теонард выпустил пару стрел в скелета, который возник из воздуха между ним и лесом. Скелет недоуменно посмотрел на живот, который прежде соединял верх и низ. Теперь там две стрелы и трещина, длиной в палец. Он поднял на человека пустые глазницы и с грохотом сложился пополам.
Арбалетчик прищурился, пытаясь разобрать, что за новая огненная гадость движется на них.
Отбиваясь от скелетов, которые волной вывалились из-за края обрыва, ворг и эльфийка приблизились к Теонарду.
– Что-то мне подсказывает, – прорычал Лотер, пробив кулаком грудную клетку призрака, – наш человеческий друг знает, в чем дело.
Перед эльфийкой возник высоченный призрак с винтовыми рогами. Он взревел и ринулся на нее. Каонэль подпрыгнула и кувыркнулась в воздухе. Она приземлилась прямо у него за спиной. Призрак не успел остановиться и налетел на пустое место. Эльфийка грациозно взмахнула клинком и круговым движением обрушила удар на скелета. Его рассекло до пояса, в таком виде он, шатаясь, поплелся куда-то в сторону.
– Наверняка долги идут забирать, – бросила серая, отводя правую руку с мечом влево.
Воспользовавшись небольшой передышкой, пока Теонард и Лотер отбиваются, она глянула в сторону тролля. Тот все еще разбираелся с порядком камней. Эльфийка разочарованно вздохнула и окинула взором побоище.
По всему обрыву разбросаны конечности и кости, в лужах слизи валяются светящиеся зеленью черепа. Думать о возможных потерях со своей стороны ей не хотелось, и она втайне надеялась, что все живы.
– А тебе, – проговорила Каонэль, отрубая голову скелета возле ворга, – наверное, в самый раз такое побоище. Ты ведь ешь мертвых.
Лотер даже голову скелета уронил.
– Я же не призраков ем. И не падаль, – проговорил он обиженно. – Мертвяк должен быть живым.
Эльфийка странно посмотрела на него.
– Даже спрашивать не хочу, как это может быть, – сообщила она, уворачиваясь от стрелы Теонарда, который выпустил заряд в призрака за ее спиной.
Огненная глыба в лесу стала больше. Уже можно различить руки, ноги и голову с клыкастой пастью. Челюсть настолько широкая, что может вместить ворга и человека одновременно. Еще и место останется. Остроконечные скулы торчат в стороны, носа нет, лишь две дырки, из которых видно пламя. На лбу рог, видимо, знак отличия. Хотя такую массу трудно не заметить.
Теонард бросил короткий взгляд на тварь и проговорил виновато:
– Ну вот. Вожак пожаловал.
Глава XXI
Над лесом пронесся рев, от которого в жилах застыла кровь. Послышались крики разбуженных зверей – тех, что еще не пробудились от топота и пожаров.
С каждым шагом тварь вырастала на полголовы. Когда огнетролль достиг границы поломанной рощи, все увидели его чудовищный размер. Каменный собрат рядом с вожаком не больше, чем коза рядом с быком.
Голова возвышалась над лесом, как расплавленная вершина горы, трещины на теле полыхали, освещая плато и туман. Из-за этого казалось, все покрыто грязно-оранжевой дымкой. Вблизи пасть стала еще больше и могла вместить не только человека и ворга, но еще парочку гномов с эльфийкой в придачу.
Призраки одновременно повернули головы и подняли пустые глазницы на великана. Тот на них даже не посмотрел. Он стал медленно вертеть головой, словно ища кого-то.
Мертвецы в ступоре замерли и таращились на чудовище. Прозрачные тела покачивались над землей, хотя некоторые стояли на ней вполне уверенно. В провалах глаз страх и непонимание.
Когда через несколько секунд скелеты поняли, что огнетролль ими не заинтересован, они снова кинулись в бой. Хранители воспользовались заминкой и переломали пару десятков позвоночников. Но из-за края обрыва полезли новые мертвецы, и пришлось снова лупить по светящимся черепушкам.
Мелкинд отбился от коротконогого скелета, выпустив несколько зеленых зарядов. Тот секунду стоял с непонимающим видом, затем рассыпался в пыль.
Маг отбежал подальше от гущи сражения и оказался в нескольких шагах от беспокойной троицы. Он бросил испуганный взгляд на огненную глыбу, что с интересом всматривалась в битву, и принялся судорожно перебирать амулеты.
– Я попробую поставить новый щит, – проговорил Виллейн, кивая на великана. – Это тоже работа Теонарда?
Ворг и эльфийка оглянулись на человека. Тот сделал вид, что очень внимательно разглядывает носки сапог. Для убедительности повертел одним, ковыряя пяткой камни. Когда раздалось предупредительное покашливание мелкинда, Теонард покосился на вожака и произнес:
– Все не совсем так. Да, я виноват, что сюда пришли шаман и стражи. Они, кстати, принесли противомагические камни. В том, что прибыл вожак, моей заслуги нет.
– Что-о? – изумился мелкинд, хватаясь за янтарный амулет на шее.
– А то, – буркнул человек. – Это ведь не я убил его прислужников. Наверное, вожак как-то чувствует, что творится с огненными детищами.
Глаза Виллейна округлились, делая его сходство с рептилией еще сильнее. Он сжал амулет до белых косточек и проговорил гневно:
– Хочешь сказать, мы виноваты, что защищались от тварей, которых ты привел? Может, нам стоило честно пасть? Дать себя поджарить? Или нет. Наверное, надо было разложить осколки на серебряном блюде и преподнести демонам. Ты ведь это им обещал?
Теонард закатил глаза и попятился, пытаясь спрятаться за широкой спиной ворга. Тот заметил и присел к земле. Человек вздохнул и остановился.
– Обещал, – проговорил Теонард. – Но это не значит, что собирался отдавать. Ну подумайте сами. Я ведь выманил у них камни. Остается лишь расставить в нужном порядке, и пожалуйста – стройте Цитадель.
Раздался свист меча, эльфийка крутанулась на одной ноге и рассекла подкравшегося сзади скелета. Тот вскинул руки и развалился. Каонэль шевельнула ушами, проверяя – не прячется ли еще кто-нибудь поблизости, затем глянула на Теонарда.
– Такое впечатление, – проговорила она, – что тебе Цитадель ну совсем не нужна.
Человек вскинул брови.
– Почему не нужна? Я с самого начала знал, что она необходима.
Эльфийка фыркнула и отвернулась. В этот момент вожак, который огненной горой возвышался над рощей, открыл пасть, похожую на пещеру. Из глотки вырвался столб огня и озарил половину плато адским светом.
– Теонард! – прогудел он низким басом.
Человек вздрогнул, но глаза потемнели, лицо исказились яростью. Вождь огненных троллей снова покрутил головой. Для него битва хранителей и призраков не страшнее муравьиного копошения. Из-за огромных размеров не может различить, что за козявки бегают туда-сюда.
Он сделал шаг, плато сотряслось, и в стороны разлетелись желтые снопы. Призраки вместе с хранителями подпрыгнули, как деревянные чурочки на столе.
Обладатели осколков попятились к противоположной стороне леса, отбиваясь от скелетов. Они не поняли, где безопасней – прямо у воды или в лесу, под защитой деревьев, поэтому держались посередине. Лишь каменный тролль не двинулся с места, продолжая перекладывать белые камни в новом порядке.
Воздух вокруг огненного вожака пошел волнами и засветился желто-оранжевым. Рог на лбу полыхает ярче костра, особенно когда шевелит головой. Словно горящее полено, на которое подули.
Демон поднял руку, она вспыхнула, как факел, и сражение внизу озарилось сильнее. Затем вытянул ее вперед и стал водить по воздуху, всматриваясь в букашек под ногами.
– Теонард! – снова заревел вожак. – Ты убил шамана! Моего шамана, обманщик! Выходи, или я сожгу всех!
Ворг, эльфийка и мелкинд оглянулись на человека. Даже те, кто все еще сражался со скелетами, выглянули из тумана, продолжая отбиваться. Виллейн сдвинул брови и проговорил тихо, словно великан его мог услышать:
– Давай-давай. Я прикрою, если что.
Лицо Теонарда почернело, он проверил арбалет и выступил вперед.
Вожак заметил шевеление и стал водить рукой-факелом над землей. Пахнуло жаром, эльфийка заслонилась ладонями и отошла на несколько шагов. Ворг заметил, как она ежится, расстегнул на шее замок и бросил лацерну Каонэль.
Та поймала и вопросительно посмотрела на Лотера.
– Вместо плаща, – произнес он хрипло.
Серая благодарно кивнула и чуть улыбнулась, накидывая лацерну на плечи. Ворг секунду наблюдал, как прелести эльфийки скрываются под кожаным плащом, затем обернулся к Теонарду и гаркнул:
– Давай в этот раз без шуточек.
Человек бросил через плечо:
– Когда это я шутил?
– Ты должен сказать, что шутил, когда порешил всех нас огненными шарами, – зарычал Лотер.
Теонард кивнул и отвернулся обратно к вождю.
– А, это, – проговорил он. – Точно шутил. Прямо петрушничал хранителям на славу, скелетам на потеху. И вообще, шутил не я, а демоны. Говорю же, не помню ничего. А раз не помню, значит, не было.
Мелкинд приподнял янтарный амулет, готовый защищать того, кто недавно убил его огненным клубком.
– Ну да, – проговорил Виллейн, потирая амулет. – Мы просто так тут разлеглись замертво. Скучно, наверное, стало. Ты давай, не хорохорься. Может, и хотел на чужом горбу к богам въехать. Только не в этот раз.
Эльфийка с хрустом снесла голову очередному призраку, который потянул к ней кривые лапы. Этот оказался особенно противным, потому что в животе сохранились все внутренности и скелет выглядел как призрачное соленье на зиму. Только мертвое и мерзкое.
Каонэль сделала выпад и в довершение рассекла его в районе пояса, прозрачные внутренности рассыпались в зеленую пыль, и скелет загремел на камни.
– Может, вы не заметили, – прошипела серая, оборачиваясь, – вообще-то, идет битва. И мне надоело отгонять скелетов, пока вы болтаете. Теонард, делай уже что-нибудь. Я боюсь твоего огненного приятеля.
Человек даже обернулся.
– Боишься? – спросил он.
Каонэль натянула плащ на плечи и сверкнула желтыми глазами.