— Прикройся, — спокойно сказал я, стараясь не выдавать своего волнения, так как почувствовал отголоски силы, исходящие от печати. Большой силы.
Загадка! Тайна! Что это такое? Это точно не татуировка орков, это не ожог, и не последствия заклинания. Это… Что?
— Это метка проклятья, как родимое пятно, — сказала Лиан, завернувшись обратно в простыню. — Оно было с моего рождения и постоянно растет вместе со мной. Расту я, растет сила проклятья. Поэтому таких детей убивают еще в младенчестве…
— И ты уверена, что из-за нее тебя тоже убьют? — спросил я.
— Так сказала Рири, — важно кивнула девочка, а после, будто опомнившись, добавила уважительное, — господин Фиас…
Что-то в этой истории не вязалось. Зачем тогда было везти ее в Вечный Лес? Но строить тут догадки — только тыкать пальцем в небо. Все ответы хранятся в северном епископате Ордена Пламени, откуда пришла Лавертен и ее друзья. Кстати, о ней и святошах. Надо бы съездить к Орину, рассказать о поляне, да ослабить контур, чтобы охотники спокойно прошли вглубь моей территории. Хлопотное дельце, но дикие звери могут растащить трупы на части, и я потом эти кости буду по окрестным холмам и горам собирать не один десяток лет.
— С проклятьем твоим мы еще разберемся, теперь я понимаю, почему Нильф привела тебя ко мне, — сказал я Лиан. — Доедай и отдыхай, мне надо съездить в поселок.
— К охотникам? — встрепенулась Лиан.
— Да, к охотникам, — ответил я. — Ты пока отдыхай, помолись Нильф, она ждет.
Богиня на самом деле ждала молитвы, я ощущал ее легкое недовольство. Как же капризны боги! Хуже детей, право-слово. Едва тебя закрутят дела и события, едва ты отвлечешься — на тебя уже дуются, и приходится замаливать обиды, которых ты, вроде как, и не наносил.
Охотничий поселок встретил меня всеобщим возбуждением. Мужчины сновали туда-сюда, женщины — подгоняли мужчин, дети — путались под ногами у тех и у других. Но едва местные заприметили вдали меня — мигом разошлись по своим дворам, а навстречу мне вышел Орин.
— Господин! Мы вас ждали! — воскликнул староста. — Вчера прошел крупный отряд святош, на западные склоны, но вот обратно так никто и не вернулся!
И так понимающе на меня посмотрел…
— Сани уже подготовили? — спросил я без приветствий, спрыгивая с коня.
— Так точно, господин, подготовили, — поклонился Орин.
— У западных холмов, за первым кругом, есть небольшой подлесок с поляной, — начал объяснять я. — Там должно быть одиннадцать тел. Если меньше, посмотрите по окрестным кустам, может, кто уполз, но не далеко. Приберите там, соберите трофеи. Опять же, где-то должны быть лошади, их тоже найдите, животные должны быть стреножены, еще замерзнут.
— Все сделаем, господин, обязательно сделаем… — стал уверять меня Орин.
— Только попрошу, — продолжил я, — все там прибрать. Кровь из земли выжечь кострами, то же сделать с телами. Если надо, рубите деревья. Мне не нужно все это рядом с башней.
— Если уж деревья окрестные валить, то это с неделю работы… — протянул староста.
— Не переломитесь, — осадил я старосту, отчего мужик едва не присел от страха. — И касательно трофеев. Свою долю я заберу припасами. Мукой, мясом, овощами. И еще нужна одежда, девичья.
Я видел, что Орин хотел спросить о темной, с самого начала нашего разговора хотел спросить, но едва я упомянул одежду, мужик мигом все понял.
— Вещи нужны сейчас. Все остальное, как продадите трофеи в городе. Кстати, там есть пара арбалетов, хороших, советую их придержать, такого в этих краях не купить, — продолжил я.
— Спасибо за вашу мудрость, господин. Обязательно придержим, — поклонился в землю староста. — Если прикажите, я пойду по дворам, соберу немного одежды для вашей гостьи. Остальное купим в городе или пошьем сами.
— Поговори с женщинами, как будет лучше, Орин, — кивнул я. — Иди, подожду тебя тут.
Староста еще раз согнулся в три погибели, после чего слишком бодрым для его возраста шагом направился к ближайшему дому. Я же остался стоять у самой границы поселка, чтобы не смущать своим присутствием людей и не будоражить кровь собакам.
Тут, вблизи собственной башни, мне было не так и просто подавить собственную мощь, а псы очень тонко реагировали на эманации темной силы. Некоторых она приводила в ужас, и псы забивались по углам, жалобно воя и скуля, некоторых же, наоборот, запах темной силы возбуждал настолько, что из пасти начинала идти пена, а сами псы были готовы разорвать темного мага на части. Второй тип собак я не встречал довольно давно, да и тут, в моей долине, темной магии было слишком много и животные, хорошо понимая, с чем имеют дело, предпочитали все же прятаться при моем приближении, а на охоте обходить мои конструкты стороной.
Через полчаса Орин вернулся с целым мешком всякого бабьего тряпья всех цветов и размеров. По всей видимости, староста решил просто ограбить женскую часть своего поселения, на всякий случай. Тем более, старик знал, что я человек бережливый, а значит все, что не подойдет девочке, я передам при первом удобном случае обратно. Ну и одиннадцать трупов бойцов Ордена Святого Пламени сулили большие барыши, и даже если я вытрясу каждую хату в селении, оставив хозяев голыми, их имущество не перекроет и половины стоимости грядущих трофеев. Вооружены святоши были очень неплохо, а их кони стоили еще больше.
— Вот, возьми, — сказал я перед тем, как запрыгнуть в седло, и протянул охотнику простенькое медное колечко. — Это позволит пройти группе к поляне, не потревожив мою стражу. Дальше поляны не заходите, от более сильной охраны оно не убережет. Так что если кто-то решит посмотреть на мой дом вблизи, за это поплатится. И пусть люди сильно не разбредаются, а владелец кольца должен выходить за границу обелисков последним. Как закончите, сломай кольцо и брось в огонь. Понял?
— Спасибо за доверие, господин, — пробормотал староста, аккуратно принимая «ключ», будто бы кусочек меди мог его укусить. — Мы не подведем.
— Просто сделайте, что велено, — ответил я, запрыгивая на коня.
Вернулся я в башню только к обеду. Молча разгрузил сумки, вошел в дом и понял, что внутри… пусто. Лиан тут не было, впрочем, как и ее одежды возле очага. Сбежала? Я потянулся к своим контурам и почувствовал маленькую эльфийку возле мельницы. Почему-то я постоянно забывал, что она — всего лишь ребенок, а целая водяная мельница довольно интересное зрелище, даже я временами замирал рядом с ней на несколько минут, наслаждаясь видом работы механизма, созданного гномами-мастерами. Мне нужно будет придумать ей какое-нибудь занятие, иначе не оберусь проблем.
Глава 9
Странная печать
— Не вертись!
— Щекотно! И холодно!
— Терпи!
Прямо сейчас Лиан лежала на моем рабочем столе лицом вниз, а я кистью аккуратно переносил рисунок ее печати на тонкую бумагу собственного изобретения.
Предыдущие шесть недель я потратил на попытки перенести печать на глаз, просто перерисовывая ее в записную книгу, но каждый раз мои попытки терпели неудачу. Едва я пытался напитать контур силой, он моментально разрушался, а бумага, камень или металл, на которые я его наносил в разных масштабах, буквально рассыпались в пыль.
Если бы я был моложе или вовсе на моем месте оказался другой повелитель демонов, то судьбу Лиан сложно было бы назвать завидной. Скорее всего, с нее бы живьем сняли кожу, чтобы не повредить печать и оставить странную вязь в первозданном виде. Вот только не для того я провел столько времени за изучением магии, в попытках сотворить седьмую печать, чтобы пользоваться столь варварскими методами.
Так что с помощью девочки я сварил бумагу по новому рецепту, добившись невиданной ранее прозрачности, взялся за тонкую кисть и сейчас, слегка смочив бумагу, чтобы прилипла к спине эльфийки, переводил рисунок печати кистью.
— Я больше не могу! — воскликнула Лиан, попытавшись встать со стола.
— Ты наш уговор помнишь? — спросил я, нажимая на шею девочки, чтобы бумага не отклеилась.
Темная недовольно пофыркала, поерзала, но опять улеглась на стол.
— Помню… — пробубнела Лиан.
— А теперь расслабь спину, иначе линии скосит… — сказал я и ткнул пальцем в напряженную лопатку.
Наш уговор был простым. Все два месяца, которые Лиан провела в моем доме, девочка упрашивала научить ее владеть мечом. Я же отвечал, что у меня есть дела поважнее и вообще, я никогда никого этому не учил. В последнем я даже почти не врал: мой последний ученик превратился в прах еще до того, как я построил эту башню, так что со скидкой на прошедшие годы можно с уверенностью сказать, что учеников у меня вовсе и не было.
Кроме того, девочка была еще слишком слаба для того, чтобы обучаться работе даже с коротким мечом строевого боя, которым когда-то пользовались в легионах Брима. О полуторных мечах, популярных в Орденах и у эльфов, или тяжелых саблях дарканцев тоже речи не шло. Туда же можно записать боевые молоты и секиры подгорного народа, топоры и кривые мечи орков, и, само собой, работу с длинным эльфийским луком.
С последним оружием даже я управлялся с большим трудом — уж очень крепкая спина нужна для натяжения тетивы, а чтобы метко стрелять, требовалась и постоянная практика, на которую у меня не было ни времени, ни желания. Вместо стрелкового оружия я с удовольствием использовал заклинания и мелких демонов.
— Рири рассказывала мне сказки об Элантриэль, королеве двух Народов, — подала голос Лиан, чтобы отвлечься от щекочущей ее кожу кисти. — Великой воительнице эльфов, что собрала под своими знаменами племена Н’аэлора и наших братьев из Садов Армина…
— Да? — спросил я, показывая удивление. — И какая в сказках была Элантриэль?
Лиан немного подумала.
— Великой. Мудрой. Храброй. А еще она всегда шла впереди своих войск и сражалась двумя кривыми саблями! Которые порхали вокруг ее, словно злые пчелы! И которыми она рассекала своих врагов! Никто не мог даже прикоснуться к ней!
Я не стал разочаровывать Лиан, но только последнее утверждение было правдой. Касаться правителя эльфов на самом деле никому не дозволяется. Но Элантриэль никогда не шла в бой вместе с остальными, и были у нее не кривые сабли, а два меча. Они раньше принадлежали эльфийским королям и символизировали ее власть над обоими народами, которые она объединила под своей дланью через династический брак. Вот только реально объединить эльфийские земли у нее не получилось и Сады Армина пали под натиском Трех Орденов. И это уже потом менестрели для красного словца приписали эльфийской королеве участие в сражениях. А почему мечи превратились в сабли? Так каждый дурак знает, что сражаться сразу двумя полуторными эльфийскими мечами просто невозможно. А вот дарканский танец с саблями до сих пор был очень популярен среди артистов. Я все это знаю точно. Потому что именно мой отряд вывез меч королей Темных Эльфов из осажденной столицы Садов Армина, Теанора, буквально за несколько дней до того, как паладины при поддержке клириков всех трех Орденов не сожгли город дотла своей магией Света.