— Ох, спасибо, — я тряхнул головой.
— Что это с тобой? — Джед приподнял бровь.
— Сам не знаю.
Слава Предвечному, Ганс закончил свою речь. После громких и продолжительных аплодисментов личная гвардия отвела Императора в сторону его шатра. Объявили праздничный пир.
— Неужели, — пробормотал я.
Мне ещё предстояло понаблюдать за дядей Тоддом, который вот-вот дойдёт до нужной кондиции и в попытках покрасоваться перед барышнями, чуть не задушит с десяток гостей вечера.
Пока с нужными почестями и пафосом на столы разносили главное блюдо — запечённого с кислыми яблоками кабана, я налегал на вино и закуску. Скоро подадут и угощения от тринадцати маркграфств.
Эта традиция существовала уже очень давно и символизировала наше единство и нерушимость Империи. Великие Тринадцать родов были гарантом безопасности всех — от мелких герцогов, до нищих. Магов и нет. С одной стороны, я считал это действо скучным и банальным, с другой — оно и вправду помогало почувствовать некое родство со всеми.
Только вот эта красивая традиция никак не ассоциировалась с тем, что уже сейчас, может, даже прямо на празднике, они плетут свои интриги против нашей семьи — Нокс, Юдалл, Вебер — вот минимум три рода, которые точно были в заговоре. Которых я потом уничтожил и разорил также, как и они нас.
— Принесут устриц, не ешь, — предупредил я Джеда.
— Почему это?
— На вид, конечно, интересно, но потом… В общем… Не ешь, — Я покачал головой, залпом допивая вино.
— Фу-у-у, — протянул Джед.
— И кроликов в белом соусе тоже не стоит. Он из маркграфства Инхофф. Чем этих кроликов там кормят — загадка. На вкус полная дрянь.
— Что можно есть вообще? — разочарованно спросил Джед.
— Конечно наши медовые фрукты! — воскликнул я, кивая на поднос со сладостями. — И кабана.
Начинались танцы — музыка звучала громче, многие покидали места за столами. Я дождался, пока Джед набьёт живот и потащил его на поляну, где и устроили танцы. Поискал глазами Адору — та прикидывалась частью пейзажа и стояла в тени.
— Как дела?
— Ой, — отмахнулась она, — я прячусь от Фила. Меня отец поймал, заставил с ним говорить. Слушай, это просто невозможно… — её взгляд бегал по сторонам.
— Давай-ка мы тебя спасём, — я слегка толкнул Джеда вперёд. — Присмотри за ним, можете потанцевать. Я должен отлучиться.
— А, хорошо. Вот и кавалер. Филу манеры не позволят пристать, когда я с кавалером, — она подхватила оторопевшего Джеда под локоть.
— Стой, ты куда? — успел спросить он у моей спины.
Прости, друг, мне нужно найти дядю Тодда. Хотелось бы и за Филом понаблюдать, но это сейчас было важнее. Дядюшку я нашёл на другой стороне большой танцевальной площади — он заливался смехом и продолжал попивать вино. Да, примерно минут десять. Что там было… Да, тогда это всё было забавно, но лучше бы не случалось.
— А ты чего тут стоишь? — за спиной раздался тихий голос.
— О, Грейс, да не знаю, — я покосился на дядю.
Зазвучала медленная и спокойная музыка, освещение площадки стало мягким и приглушённым. В таком свете Грейс выглядела ещё симпатичней.
— Потанцуем, — ответил я и протянул руку.
Мы продвинулись через толпу, и я оказался совсем рядом с Тоддом. Отлично, так даже лучше. Я приобнял Грейс за талию и взял за руку. Она снова покраснела. Вот как тут помнить, что передо мной девчонка Ноксов, а не просто милая девушка. Симпатия к ней всё-таки была, хотя в прошлой жизни я старался не обращать на неё внимания, чтобы не женили раньше времени.
Пока мы нарезали медленные круги, я постоянно наблюдал за дядей, который для такой романтической обстановки слишком сильно шумел, чем вызывал неодобрительные взгляды. Об этикете он и думать забыл.
Так. Ещё немного, вот он уже в полный голос рассказывает, какой он прекрасный стихийник, хоть и располнел за последние годы. Дамы улыбаются и хихикают, подначивают.
Мы сделали ещё один круг.
Вот уже он просит кого-то стоящего рядом подержать его бокал. Смеётся и что-то бормочет себе под нос.
Ещё один круг. Грейс чуть осмелела и прижалась немного ближе. Ох. Только не сейчас.
Тодд подворачивает рукава и разминает кисти круговыми движениями. Рисуется перед дамочками.
Оборот. Я ищу глазами отца, который в прошлый раз прервал технику Тодда, но его нет поблизости. Вспыхнул контур и всего за пару секунд вокруг дяди образовался еле видимый пузырь, где воздух исчезал секунда за секундой.
Мы с Грейс тоже попали в радиус действия. Где же отец?
Грейс кашлянула и чуть пошатнулась. Ничего не происходило. Хотя попавшие в зону люди начали чувствовать себя плохо, никто не останавливал дядю. Танцующие пары не обращали на него никакого внимания, а охающих дамочек дядя просто не слушал.
Нет-нет. В прошлый раз отец уже остановил его. Тогда он был рядом и все только посмеялись. У меня на мгновение закружилась голова.
— Прости милашка, — оттолкнул Грейс так, чтобы она вывалилась за радиус техники.
Грейс упала и ошарашенно хлопала глазами. Я ещё раз оглядел толпу. Одна из спутниц дядюшки уже грохнулась в обморок. Отца нигде нет. Никто не замечает, что происходит. Мне и самому стало тяжело дышать, но, чтобы сделать хоть что-то было необходимо оставаться в зоне воздействия, иначе не дотянусь.
Подошёл на пару шагов ближе, чувствуя, что воздуха почти не осталось. Калечить дядю нельзя. Почему рядом нет отца? Когда это обстоятельство успело измениться?
Я сложил пальцы в нужную комбинацию и приготовился атаковать энергетическим сгустком ближнего действия, когда голова закружилась вновь и руки слегка дрогнули.
Глава 8
Я пошатнулся, втягивая носом остатки воздуха и, примерившись, швырнул дядюшке в спину энергосгусток. Тот крякнул, опомнился и охнул из-за лёгкого удара. Я шумно вдохнул и откашлялся. Окружающие люди наконец обратили на нас внимание. На секунду показалось, что эта самая выходка дяди, вовсе не простая оплошность.
Такой фокус с лёгкостью мог проделать менталист, даже без напарника — отвод глаз, чтобы никто не запаниковал, а потом только немного повлиять на дядю, чтобы тот перестал себя контролировать.
Если Ноксы или кто-то ещё из заговорщиков притащил сюда менталистов, то это вполне могло оказаться правдой, только вот я уже никак не узнаю. Ситуация показала себя с нескольких сторон сразу, просто я пока ещё не до конца понял, как использовать полученную информацию.
Я покосился в сторону, откуда через толпу уже быстро шагал отец.
— В порядке? — он подхватил меня под руку.
— Да, — я повертел головой. — Уже да.
Окружающая толпа глазела на меня и охающего дядю, попадавших в обморок дамочек подняли и уже откачали.
— Хорошо, что ты это заметил. Я говорил с главой Ноксов, — отец покачал головой. — Горжусь.
Я улыбнулся. Отец грозно взглянул на дядюшку Тодда и направился к нему. Слушать их разговор я не хотел. Вряд ли в нём смогу уловить что-то важное. Отец отчитает Тодда и, скорее всего, просто отправит домой.
Грейс стояла неподалёку и глазела на меня. Выглядела она то ли испуганной, то ли потрясённой. Она нервно подёргивала подол нарядного серого сарафана с открытыми плечами и переминалась с ноги на ногу.
— Всё хорошо? Извини, что толкнул.
— Да. Я понимаю, что это из-за техники твоего дяди, — она смущённо улыбнулась. — Погуляем?
Я кивнул. Почему бы и нет. Всё равно я не мог рассчитать всё до самых мелочей, а если не буду хоть иногда расслабляться, то точно поеду крышей и мои сущности даже не поймут, что лишились своей основы. Я неслышно усмехнулся.
Подступила усталость. Если прикинуть, сколько энергии потратил, то резерв был почти полон, но то, что сейчас я увидел, как действительно могла быть «организована» выходка дяди, отнимало всё внимание. Хотел проверить. Проверил. События, которые я хорошо помнил уже изменились сами, а значит, я не смогу предугадать, как действительно они произойдут и что можно изменить. Точнее, с этим будет достаточно сложно, но теперь я буду действовать более уверенно.
Общая канва осталась прежней, но среагируй я сейчас не так, закончиться всё могло не так хорошо. Изменилось не по моей воле то, что Грейс пригласила на танец, что отец беседовал с Ноксом в том время, когда должен был находиться близко от Тодда.
Мы с Грейс отошли подальше от громыхающей музыки и пошли по дорожке, уходящей вглубь Садов. Грей молчала и теребила в руках малюсенькую сумочку. До этого момента мы пересекались только в школе и почти не разговаривали, я не знал ни о чём она думает, ни чего хочет.
— Не передумала поступать в военку? — первая попавшаяся деталь.
— Нет, — она тряхнула головой. — Целительство моё призвание, на войне без целителей никак.
— Могла бы поступить в нормальную медицинскую академию, — я зевнул.
— Не хочу я в нормальную, — она надула губки.
Я кивнул на ближайшую скамейку. Над садами уже поднялась луна и совсем недалеко искрилось озеро. Стало прохладнее, и я накинул ей на плечи свой сюртук. Грейс снова покраснела. Девчонке шестнадцать, уже могут замуж выдать, а она от такого краснеет. Я усмехнулся.
— Чего? — Грейс попыталась заправить за ухо вьющиеся волосы.
— Да так, — я откинулся на спинку и разглядывал небо.
Загромыхали фейерверки, раскрываясь в небе огромными цветными шарами и рисуя узоры. Грейс немного подвинулась, и я приобнял её левой рукой. От её худенькой фигурки шло тепло. Чёрт возьми, я уже забыл, каково это — просто сидеть с девчонкой на скамейке и смотреть на фейерверки.
Грейс искоса глянула на меня. Я прижал её чуть сильнее и наклонился, почти касаясь аккуратных губ. Она напряглась и затаила дыхание. Поцеловать её хотелось. Я прижался к ней, но вместо поцелуя получил толчок под дых и звонкую пощёчину.
— Ты что?! Ты что такое делаешь?! — взвизгнула Грейс.
Я опешил. Разве она не этого хотела? Зачем тогда прижималась и стреляла глазками? Что за… Она глядела почти испуганно. Ах да. Она же просто принцесска Ноксом, девочка-цветочек, которую оберегают и сдувают пылинки. Решила поиграть во взрослую, но тут же спохватилась.