— Ваше Величество, — шепнул эльф, склонившись к Ирен, — у меня есть донесение.
— Ох, Кендал, оставьте. Меня совершенно не волнует, что говорят в кулуарах на этот раз, — махнула тонкими пальчиками Ирен. — Можете это записать, я ознакомлюсь позже…
— Нет же, Ваше Величество, — возразил Кендал, — я получил донесение от нашей пограничной службы.
— Вот как? И какое же?
— Один из нарушителей пересек южную границу и движется в сторону столицы… — нехотя сказал секретарь.
— Человек? — холодно спросила Ирен.
— Нет, — покачал головой Кендал. — Кто-то из ваших поданных, уроженец Вечного Леса.
Ирен чуть прикусила губу и задумалась. Она сплавила треклятого Филверелла на юг, командовать будущим гарнизоном, пойдя при этом на серьезные уступки его семье тут, в Налоре. Темный эльф стабильно слал донесения, которые не в лучшем свете выставляли Эрегора и его учителя, но Ирен смотрела на это сквозь пальцы, стараясь лишний раз не делиться этой информацией с окружающими. Нет, Налор уже полнился слухами, что правительница Вечного Леса спустила целое состояние на какую-то авантюру, но когда она взяла на мибензитский гарнизон из собственных финансов, то поступила абсолютно правильно. Семейство Филверелла и вся партия нового поколения может трепаться за ее спиной сколько угодно, но пока за Ирен жрецы Нильф и простой народ — они ничего не могут сделать. И не смогут еще несколько сотен лет.
Рано или поздно ей придется покинуть престол и уйти в жрицы Нильф, как это сделала ее предшественница, но пока Ирен крепко держала власть в своих руках и не собиралась ни с кем ее делить. Тем более, Филверелл вроде успокоился и последние две недели никаких специальных донесений она не получала. Лишь дежурные письма о состоянии его отряда.
— Значит, кто-то из нашего народа… — протянула Ирен, но ничего более Кендалу не сказала.
К сожалению, это был не тот нарушитель, которого она ждала в этот день.
Праздник был в самом разгаре и единственное, что оставалось из официальной части — церемония приема даров от подданных. После этого начнутся танцы, на самую большую площадку сада выйдут молодые эльфы и эльфийки — наследники и внуки знатных фамилий — и прием из политического мероприятия окончательно превратится в обычный праздничный вечер.
Традиционное подношение, которое сделает каждый желающий, чтобы засвидетельствовать свое почтение и готовность служить престолу в грядущем году. Обычно это были украшения, амулеты. Участвовали в подношении и простолюдины или мастера, но уже с дарами попроще. Часто дарили стихи собственного сочинения или вручную переписанные копии старых манускриптов. Ценность подарка определялась не только его стоимостью в серебре или золоте, но и в том, какой посыл имел дар или сколько труда было вложено. Считалось, что каждый темный эльф хоть раз в жизни должен побывать на подобном празднике и хоть раз — передать дар для своего правителя, благодаря его таким образом за службу народу Н’аэлора.
Вереница эльфов казалась бесконечной. Один за другим, они подходили к трону и передавали коробки и свертки со своими дарами слугам. Каждый подарок Ирен хотя бы мельком, но должна была осмотреть. Если это стихи, поэмы или другие книги — хотя бы строчку прочесть. И все шло хорошо, пока очередь не дошла до гостя в темно-зеленом камзоле и широком берете со столь огромным пером по последней моде Брима, что оно закрывало половину лица.
— Моя королева, у меня для вас особый подарок и послание, — сказал гость, не поднимая головы и передавая слугам ларец и свиток.
Ирен привычно скользнула взглядом по очередному дарителю, подала сигнал слуге открыть ларец, а сама взяла в руки свиток, перетянутый простой красной лентой.
— Учитель просил передать, что ждет ответа немедленно, — сказал эльф, поднимая голову.
Черная повязка на глазу, едва заметный, скрытый под гримом шрам, который все это время заслоняло еще и перо. Эрегор, заклейменный преступник и эльф, который никогда не должен появляться в пределах Вечного Леса, сейчас стоял перед Ирен в толпе других темных.
Ошарашенная, королева бросила взгляд на текст и наконец-то поняла, что это за свиток. Текст договора между Налором и Мибензитом на гарнизон, ради которого она отправила на юг Филверелла.
— Стража! — моментально взвился Кендал, едва понял, кто стоит перед дубовым троном.
Толпа хлынула в разные стороны, послышались короткие вскрики и шепотки.
— Что в ларце? — холодно спросила Ирен, глядя на наглеца перед собой. — И почему ты должен уйти отсюда живым, преступник?
Эрегор улыбнулся, чуть склонил голову, после чего с достоинством ответил:
— Кто казнит послов, моя королева? Я более не служу Престолу, я лишь ученик, что ищет мудрости и выполняет указания, — Эрегор оскалился и стал медленно крутить головой, словно дикий зверь, внимательно наблюдая единственным глазом, как его берут в кольцо. — А касательно ларца… Там послание от моего учителя, слуги премудрой Нильф, спасителя клинка Элантриэль, третьего Верховного жреца Храма на Холме, личного наставника Ее Величества королевы Н’аэлора Ирен, бургомистра и варлорда Мибензита, Владыки Демонов из Западных земель. Послание не только вам, Ваше Величество, но и каждому уроженцу Вечных Лесов: не стоит гневить Нильф своим высокомерием. Впереди столкновение с последователями Харла и после потери Шивалора и северных рубежей, Н’алору стоит аккуратнее общаться с потенциальными союзниками. Ведь друзей у Вечного Леса не так много, так что не стоит плодить еще врагов. Таково послание моего учителя, — закончил бывший советник королевы.
Ирен мотнула головой и слуга, который держал богато выделанный тонкой кожей ларец, тут же оказался рядом и, прижимая груз к груди, поднял крышку, демонстрируя королеве его содержимое.
В следующий миг на сад опустились черные тени, погасли огни, даже свет звезд — и тот исчез, а когда тьма минула, Эрегора уже и след простыл. Эльф просто растворился во мгле, будто бы его тут никогда и не было.
— Принесите перо, мне нужно подписать этот документ, — сказала слугам Ирен. — Кендал, после праздника созовите военный совет, нам нужно выбрать нового командира для мибензитского гарнизона.
Секретарь, который стоял прямо за спиной королевы все это время, только мелко кивнул и скрылся где-то в недрах сада.
Ирен же протянула руку и сама закрыла крышку ларца, в котором лежала голова и кисти рук Филверелла.
Глава 2Вызов
Посреди ночи из постели меня поднял оглушающий взрыв.
Удар был такой силы, что задрожали ставни, а сама цитадель, как мне на миг показалось, даже качнулась, хотя это было совершенно невозможно.
Без особой спешки я встал и начал одеваться. Бургомистр должен быть в городе, когда случается нечто подобное. Но что взорвалось? Рухнула башня гномов? Я на секунду замер и прислушался к собственным ощущениям. Нет, алтарь Нильф стоял на своем месте, на самой вершине величественного строения, возводимого подгорцами. А вот прямо с юга, со стороны квартала мастеровых, тянуло страхом и паникой. Значит, что-то случилось именно там.
— Господин! Господин! — в комнату ворвался Ирнар, которого Эрегор оставил вместо себя в качестве то ли моего личного слуги, то ли помощника по военным делам. Эльф выглядел таким же потрепанным и заспанным, как и я сам, но уже был в легкой броне, вооружен и даже успел перехватить волосы в хвост. — У мастеровых!..
— Знаю, — коротко ответил я. — Знаю где, но не знаю, что именно. Думаю, поднимать всех смысла не имеет…
Я подошел к окну, отворил ставни, запуская прохладный воздух зимней ночи, посмотрел на восточную часть города. Мои окна выходили именно на восток — чтобы я мог встречать первые лучи солнца. Как я и ожидал, башня гномов с алтарем Нильф была на месте — вон, маленький, ровно горящий огонек где-то вдали. Надо выяснить, что случилось.
— Эй! Вы куда! — мы с Ирнаром уже спешили во двор, когда нас догнала Лиан. — Я с вами!
— Сам будешь следить, — коротко кивнул я эльфу, — или отправь обратно спать.
Ирнар скривился, но ничего мне не ответил. Лиан уже запустила свои коготки в разум темного и начала крутить им так же, как когда-то крутила мной. Впрочем, мне все еще было тяжело противостоять ряду капризов эльфийки, а в некоторых случаях я просто не желал попусту тратить время на споры. Не хочет спать — не надо. Тем более в ее жизни это первое подобное ночное происшествие. Нам же с лейтенантом, да и другим темным и наемникам, ночные побудки были далеко не впервой, и все понимали, что приятного в этом мало.
Уже через десять минут полностью вооруженный и готовый к бою отряд выдвинулся в сторону квартала мастеровых. Еще с внутренних стен цитадели дозорные сообщили, что в квартале бушует пламя. Кто-то уже бил в пожарный колокол, к кварталу со всех сторон стекались сонные горожане с ведрами в руках.
Пожар — большая беда, бороться с которой должен и стар и млад. Хоть стараниями подгорцев большая часть Мибензита была выстроена из камня, но перекрытия, стропила и другие части зданий все еще могли гореть, как и вся внутренняя утварь и обстановка. Так что едва завидев красное зарево над крышами, горожане поспешили своим соседям на помощь.
Чем ближе мы были к месту происшествия, тем отчетливее я понимал, что дело дрянь. Огонь ревел, перекидывался с крыши на крышу, а в самом центре этого буйства должна была стоять мельница. Должна была, но ее там не обнаружилось.
— Господин Фиас! — воскликнул один из гномов, товарищ Зинаса, имени которого я так и не запомнил. — Беда! Мельница! Мельница взорвалась!
Я еще раз внимательно посмотрел на стену огня перед собой и наконец-то понял, откуда был этот грохот. Сначала я подумал, что это осыпалось какое-то большое строение, грешил на башню, но теперь все стало ясно. Мельница… Проклятье!
— Разойдись, — скомандовал я окружающим.
Лиан, прекрасно зная, что последует дальше, отскочила в сторону, а ее примеру поспешили последовать и все прочие. Все, кроме Ирнара.