— Я на стороне рода людского, в первую очередь, — серьезно ответил Триерс. — И Святой Престол всегда осознавал угрозу, что несет маг из горной долины. Я хочу предложить вам сделку, госпожа Леннор. Протянуть руку помощи, если будет вам угодно. Ведь вы точно человек, а этот маг, это отродье… Он давно потерял остатки человеческого. Тысячелетний колдун, который перестал быть человеком еще во время войны в Садах, его пробуждение несет только смерть и разорение всему Менасу. Именно поэтому я хочу помочь вам в вашей борьбе. От лица Святого Града, от лица всех людей.
— Помочь? — удивилась женщина. — И в чем же будет заключаться помощь Трех Орденов? Вы выдвинете свое войско и станете нашими союзниками? Мне кажется, вы совершенно заврались, господин Триерс.
Армель улыбнулся и потянулся к внутреннему карману куртки.
— Вот моя помощь. Раздобыть это было непросто, уверяю, но мои люди справились, — сказал шпион, ставя небольшой предмет на столик перед собой. — Кроме того, я могу дать вам самую ценную информацию. Ведь я большой специалист в этой области.
— Информацию? — улыбнулась Леннор, беря со стола тонкую склянку с несколькими каплями крови внутри. — О да, я чувствую, это его кровь… Но о какой информации вы говорите? Что может быть более ценным?
— Если вы пообещаете уничтожить эту тварь, я дам вам то, что многократно увеличит возможности по применению содержимого склянки. Я слышал, многие проклятья завязаны не только на кровь, но и на Имя. Настоящее имя человека, засвидетельствованное перед богами, — сказал Армель.
— Вы дадите мне его настоящее имя? — спросила Леннор.
— Я дам вам его настоящее имя, — согласился Армель. — Только убейте владыку демонов из горной долины, госпожа Леннор. Во имя всех живущих на Менасе, это чудовище должно умереть.
Глава 13Страницы истории
— Даже не смей.
Эрегор замер на пороге, а восклицание застряло у обычно невозмутимого эльфа в горле.
— Учитель, когда вы писали, что дело срочное, то я думал, это касается армии Мордока… — наконец-то выдавил из себя этот подлец.
Я нахмурился и поднял на опального советника глаза, но, видимо, достаточно грозно все еще не выглядел. Это проклятое лицо было слишком молодым для того, чтобы эльф почувствовал явную угрозу.
Возраст имеет огромное значение. Во-первых, меня перестали узнавать те, кто был ранее со мной уже знаком. Во-вторых, у людей не укладывалось в голове, как этот юнец с рисунками на ладонях может быть Повелителем демонов из горной долины⁈ Это молодое лицо уже стало источником ощутимых неудобств.
— Выглядите отдохнувшим, — сказал Эрегор, без приглашения усаживаясь на стоящий у стены стул.
Мне пришлось позаимствовать одно из помещений местной управы под собственные нужды.
— Я все еще могу вырвать тебе сердце.
— Знаю.
— И продолжаешь потешаться?
— А когда еще появится такая возможность?
— С годами твоя отвага переросла в старческий маразм.
— Учитель, не забывайте, вы все еще старше меня.
— Ты играешь с огнем, Эрегор.
— Не впервой.
Я опять поднял взгляд от бумаг и посмотрел на безмятежное лицо эльфа.
— Над чем работаете? — перевел тему эльф.
Передо мной лежали различные бумаги, которые я добыл в соседних кабинетах управы Халсина. Памятуя, что случилось с Гинником, местный бургомистр не сильно сопротивлялся.
— Пытаюсь понять, как долго я смогу содержать тут до пяти тысяч человек.
— Вы нашли армию? — оживился Эрегор.
— Ага.
— И где она?
— Идет сюда, будет через пару дней, — ответил я.
— Это отличные новости! — воскликнул эльф. — Значит, к моменту, когда подойдут войска короля-самозванца, мы сможем выставить против них равные силы…
— Тут, конечно, есть один нюанс…
Эрегор недоверчиво уставился на меня, чувствуя подвох.
— Учитель, только не говорите, что… ваша армия идет с Севера.
— Да, именно оттуда, — кивнул я. — И пусть пока войска идут под штандартами короля-самозванца, я уверен, что они перейдут на нашу сторону.
Эльф притих, рассматривая меня, будто бы мы не виделись сотню лет, после чего спросил:
— Что вы сделали?
— То, что было нужно сделать, — ответил я. — Провел децимацию. И пообещал, что под Халсином сгинут и все остальные, если не капитулируют.
— И они капитулировали?
— Еще нет, но это вопрос времени, — ответил я. — Мне нужно найти где-то два десятка опытных землекопов…
Зачем именно мне потребовались землекопы, я уточнять не стал, оставляя этот вопрос на воображение Эрегора.
А нужны мне были люди на случай, если Генин все же не дрогнет и поведет людей в атаку. Подготовить магическую печать.
Конечно, всегда можно наколдовать необходимое заклинание, как говорят, «прямо с телеги», но я не любил тратить лишних сил. Проще подрядить десяток человек для того, чтобы они вилами и лопатами наметили основные контуры огромной магической фигуры, на которые я смогу опереться, словно на костыль.
Не думаю, что люди Генина будут атаковать прямо с марша. Значит, у меня было еще около полутора суток на подготовку, а послезавтра на рассвете все окончательно разрешится.
— Ты не спросишь, что произошло? — спросил я, намекая на свой внешний вид.
— Есть догадки, — ответил Эрегор, — не так много заклинаний воруют жизненную силу и передают ее магу. Просто…
— Ты хочешь спросить, не собираюсь ли я посетить в ближайшее время Налор? — прямо спросил я.
Эрегор метнул тяжелый взгляд, но ничего не ответил, все и так было понятно.
Налор, Вечный Лес, Ирен. Когда я стал Третьим Жрецом и познакомился с будущей королевой, я был примерно таким. Примерно таким я покинул Вечный Лес, выбрал себе спокойное место в горной долине и стал возводить свою башню, в которой и планировал провести остаток своих дней, занятый поиском решения проблемы седьмой печати. Стоило ли отправляться в столицу темных эльфов в подобном виде, чтобы предстать пред Ирен? Наверное, это последнее, чего бы мне хотелось — чтобы она увидела меня таким. Молодым, полным сил. Ведь тогда это бы отчасти перечеркнуло бы все то время, что мы провели порознь, те сотни лет, что не видели друг друга.
Когда Эрегор получил указания — советник привел с собой сотню мечей и хотел узнать, где разместиться солдатам — эльф наконец-то покинул отведенный мне кабинет. Я же отложил в сторону бумаги, в которых содержались цифры о запасах провианта Халсина, и потянулся рукой под рубаху. К кусочку серебра с каплей моей крови, который я носил все это время. К маленькой подвеске, которую я когда-то подарил тогда еще молодой королеве темных эльфов.
Когда войско Мордока подошло к Халсину, я и сотня бойцов, приведенных с Эрегором, уже ждали их на городском валу. Солдаты были напряжены, но никто бежать не собирался: накануне опальный советник популярно донес до всех, что бросать их в бой я не собираюсь, и их задача — создать видимость. То есть по плану у солдат было постоять с копьями и щитами, а потом пойти обедать. Вполне себе приемлемый распорядок дня для победителя, если подумать.
Даже с высоты городского вала я видел, что войска Генина истощены долгим переходом. Конницы в армии Мордока почти не осталось, а те кони, что еще держались на ногах, выглядели так жалко и понуро, что максимум, на который они были способны — нести своих всадников легкой струсцой. Ни о каком галопе и лобовой атаке, сминающей строй, речи и быть не могло.
Но дисциплина у этой армии еще была. Только выйдя на поле перед городом, войска Мордока стали разворачиваться в боевой порядок для штурма укреплений, по всей науке. Остатки конницы — по флангам, основные силы разделены на четыре корпуса. Центральная группировка — самая многочисленная, две фланговые группы и резерв в тысячу бойцов за спиной товарищей, готовый в любой момент прийти на помощь.
В первых рядах стояли пикинеры и копьеносцы с тяжелыми щитами, за ними — арбалетчики, последними — лучники. Генин разворачивал армию так, будто бы перед ним был вполне осязаемый и реальный противник.
Я еще раз окинул взглядом городской вал, на котором редкой цепью стояли темные эльфы вперемежку с наемниками. Ополчение Халсина на этот праздник звать не стали — крестьяне и ремесленники при одном виде такой массы людей на другой стороне поля, побросают оружие и бросятся наутек, только лишняя с ними возня.
— Лиан, Эрегор, — обратился я к этим двоим, что стояли чуть за моей спиной, — за мной.
После чего я бесстрашно шагнул вперед и начал спускаться со старой насыпи вниз, навстречу вражеской армии.
— Генерал Генин! — прокричал я, дойдя до середины поля.
За спинами копейщиков началось какое-то движение, после чего нам навстречу выехал небольшой конный отряд из десятка всадников. По блестящим нагрудникам и высоким плюмажам на шлемах, я безошибочно определил в них офицеров. Вон, и Генин скачет впереди подчиненных.
Как бы не закончился этот день, генерал уважал правила войны.
— Не передумали? — спросил я, когда отряд, резко осадив коней за десяток шагов от нашей троицы, остановился на месте.
— Ваши условия смехотворны, колдун! — воскликнул один из офицеров.
Я только недовольно цыкнул, поднял ладонь и уже так знакомо для Генина щелкнул пальцами.
Вокруг головы наглеца появилась черная тень, которая моментально заткнула офицеру рот.
— Ничего опасного, — сказал я Генину, который с удивлением уставился на меня. Нападение на переговорщиков считалось недостойным поведением. — Просто не хочу, чтобы нам мешали ваши сопровождающие, генерал. Так что вы решили, командующий Генин? Вы капитулируете?
Генин с тревогой оглянулся на своих людей, бросил взгляд на строй копейщиков. Я же, чтобы подтолкнуть мысль генерала в нужном направлении, будто невзначай, провел носком сапога по земле прямо перед собой.
Мы довольно долго с Эрегором искали это место и делали расчеты, прикидывали, как Генин расставит войска и где окажется геометрический центр поля боя, где мы встретимся во время последней беседы перед сражением.