Были наготове у меня и заклинание призыва падших душ — их цепкие пальцы отлично справлялись с конницей, до смерти пугая животных и стаскивая всадников на землю. Но все эти приготовления были ни к чему, когда я услышал облегченный выдох Ирнара. Одно-единственное короткое слово мигом сняло все напряжение, возникшее на нашей стоянке.
— Капитан!..
Поднявшись на ноги, я недовольно осмотрелся и увидел, как из-за холма, ведя под уздцы коня, появилась знакомая фигура.
Немного отросшие за последние годы волосы Эрегора были собраны в высокий воинский хвост, а со своей повязкой через глаз и половину щеки, с продолговатым свертком за спиной, он сейчас был более похож на злобного наемника из сказаний и бардовских песен, чем на бывшего советника королевы Вечного Леса.
Не только я обратил внимание на странную ношу отставного капитана пограничной стражи. Эльфы моего отряда переглядывались меж собой, и лишь Лиан, следуя своей обычной линии поведения, бросилась Эрегору наперерез, на ходу сыпля толи вопросами, толи упреками.
— Эй! Одноглазый! Ты чего нас пугаешь с утра пораньше⁈ Не мог попозже подойти⁈ Кто мне четверть часа сна вернет⁈ Эй!
Мой ученик же вовсе не отреагировал на дерзкую девчонку. Передал поводья своего коня Ирнару, а сам, сделав шаг в сторону, просто обошел назойливое дитя, прямиком направившись ко мне.
— Учитель… — выдохнул эльф, почему-то пряча взгляд.
Эрегор чинно встал на одно колено, после чего потянулся за свертком. По бойцам вокруг нас прошла какая-то непонятная дрожь; все вдруг осознали, что мой ученик был слишком тих и как-то загадочен. Да, на слово бывший капитан пограничной стражи и советник Ирен был всегда скуп, предпочитая управлять подчиненными с помощью ухмылки и рыка, но это была иного толка молчаливость. Будто бы все, кто окружал нас сейчас, стали свидетелями какого-то важного события.
Старый эльф уложил продолговатый сверток на ногу, потянул за тесьму, которая надежно скрывала содержимое под промасленной тканью. В последний момент я склонился к Эрегору и, схватив эльфа за запястье, остановил его от того, чтобы отбросить край материи и обнажить содержимое свертка.
— Я понял, — спокойно сказал я взволнованному эльфу.
— Ее Величество…
— Я знаю, — опять прервал я своего ученика. — Больше и некому.
Эрегор молча кивнул. Хоть я и не обмолвился и словом, но он понял, почему я остановил его. Не стоит демонстрировать меч Элантриэль здесь, посреди пустоши.
Сверток я не забрал, просто разогнулся и отошел в сторону, к своему спальному месту. Пора собираться в путь.
Чуть обескураженный, Эрегор опять замотал сверток веревкой, надежно кутая сокровище своего народа. Вопросов он не задавал: я не хотел принимать клинок, у меня был свой собственный меч. Но если придется, если наступит такая нужда…
Сейчас я собирал тонкое одеяло, под которым провел ночь, так что никто не увидел, как я крепко зажмурился, пытаясь прогнать внезапно атаковавшее меня наваждение. Величественные пейзажи Садов Армина. Многотысячное войско Святого Престола, которому, казалось, нет конца. И фигура тогдашней правительницы Вечного Леса, великой Элантриэль, сжимающей в руках зачарованный клинок…
— Старик! Что там одноглазый притащил⁈
Лиан почти удалось меня напугать своим внезапным появлением, так глубоко я погрузился в свои мысли.
Ничего толком не ответив, я только дернул плечом и продолжил паковать вещи, вынудив Лиан уйти ни с чем. Раз уж Эрегор нашел нас в чистом поле, то в Шивалоре что-то неладное, иначе он бы не стал так рисковать и возвращаться на восток, чтобы встретиться на пути к городу.
Мои подозрения оказались совершенно оправданными. По короткому рассказу Эрегора, он достиг бывшего форпоста Вечного Леса еще четыре дня назад — но близко к городу подходить не стал, когда понял, что он находится под контролем солдат короля-самозванца.
— Земли разорены, людей почти не осталось, вся скотина вырезана, — рассказывал эльф, переступая через сухостой рядом со мной.
Сейчас мы давали лошадям чуть размяться обычным шагом, ночи были все же прохладные. Позже все мы запрыгнем в седла и направимся прямиком к городу.
— Не удивительно. На тотемах я видел даже кур, — ответил я.
— Все так, — согласился бывший советник. — Пока я искал ваш след, завалил пару столбов. Даже видел команду, которая занималась установкой, но в бой вступать не стал.
— Их было так много? — иронично спросил я.
— Недостаточно, чтобы что-то суметь мне противопоставить, — оскалился эльф, обнажая подточенные зубы. — Но со мной был груз, так что пришлось затаиться.
Немного помолчали.
— Что сказала Ирен? — прямо спросил я.
— Ее Величество? — переспросил Эрегор, очевидно выигрывая себе время на ответ. — Ничего особого. Только сожалела, что не познакомилась с Лиан поближе.
— И только?
— И только.
— Она же передала меч не мне, а девочке, — ответил я, бросая косой взгляд на Лиан, которая сейчас шла в двух десятке шагов от нас вместе с Ирнаром.
— Учитель!..
— Не ори. Какой из меня Владыка, если бы я не почувствовал, как клинок тянется к ней.
Я еще раз посмотрел на свою воспитанницу. Будто бы чувствуя мой взгляд, Лиан повернула голову, вопросительно подняла бровь, но даже не дернулась в мою сторону — демонстративно вздернула подбородок и продолжила шагать рядом с Ирнаром. Все еще обижалась на меня за то, что я проигнорировал ее утренние вопросы и ничего не ответил. И дуться она будет как минимум до самого вечера, сущее дитя.
Форсировать реку мы не стали. Было принято решение выйти к руслу и свернуть на юг. По словам Эрегора, там будет намного быстрее, чем выходить на дорогу, проложенную между Каламетом и Шивалором, или же если срезать путь и идти прямо к городу через холмы. По прикидкам моего старого ученика, мы должны были подойти к бывшему форпосту Н’аэлора к вечеру следующего дня, а может быть и раньше.
С учетом Ирнара в нашем отряде осталось всего восемь бойцов, ведь четверых мы отправили сопровождать Армеля, но и этих сил хватило, чтобы эффективно отлавливать немногочисленные разъезды противников. Даже два десятка всадников ничего не могли противопоставить эльфийской пограничной страже, но такой отряд мы повстречали на своем пути лишь единожды. В основном же это были небольшие группы до десяти пеших солдат, которых буквально сметали со своего пути темные эльфы. Прятаться мы перестали — сейчас важно было двигаться к Шивалору без промедлений, ведь чем раньше я займу город, тем скорее смогу провести необходимые расчеты.
Сверток с мечом Элантриэль неприятно притаился на моих седельных сумках. Время от времени я ловил любопытный взгляд Лиан, направленный на загадочный груз Эрегора, но подчиняясь общему настроению, девушка все же не совершала необдуманных поступков и не пыталась узнать больше, чем ей было позволено.
Я же не мог определиться, оказала ли мне Ирен хорошую услугу, либо же внесла непонятную сумятицу в мой план. Если королева передала мне главную реликвию своего народа, которая была неразрывно связана как с самими темными эльфами Н’аэлора, так и с Вечными Лесами, то угрозу со стороны Леннор она оценивает как колоссальную. Причина, по которой Элантриэль отослала меня из Армина на Запад — стремление сохранить меч и не дать попасть ему в руки Трех Орденов. Да, клинок называют «мечом Элантриэль» по имени последней хозяйки, которая пускала его в ход, однако же это оружие было намного древнее любых записей эльфов, упоминание клинка можно встретить даже в тех документах, которые датируются древними временами — когда темные эльфы Н’аэлора еще были едины с Вечным Лесом и не поклонялись Нильф. А это было тысячи и тысячи лет назад. Пока я жил в Налоре в качестве Третьего Жреца, я немало внимания уделил реликвии эльфийского народа. И единственное, что я узнал доподлинно — сила меча напрямую зависит от хозяина. И дело было не в магической силе, совершенно нет. Как будто клинок обладал собственной волей и сам решал, насколько сильным делать своего владельца. Ну и, конечно же, многое зависело от удаленности от Н’аэлора. В Садах Армина, на другой стороне континента, реликвия темных эльфов, которая помогала Эланриэль лично сокрушать целые армии во время сражений в западном Бриме, превратилась просто в добротный магический клинок, немногим лучше моего верного безымянного меча, чистку которого так не любила Лиан.
Я знал, что в моих руках, в такой близости от Н’аэлора, этот меч превратится в поистине страшное оружие. Но что, если в руках Лиан он повторит или превзойдет мощь Элантриэль? Почему-то я был уверен, что Ирен знала, что в руках моей воспитанницы меч проявит себя, иначе бы она не отправила клинок вместе с Эрегором.
А это означает, что мне стоит быть еще более осторожным, ведь я не доверял королеве Вечного Леса. Ведь я так и не узнал, как Лиан оказалась в том самом караване полуорка Хелтрика.
К Шивалору мы подошли почти к полуночи следующего дня. На сторожевых башнях горели жаровни, ворота были крепко заперты, а я ощущал исходящую от городских стен чуждую магию.
Леннор пришла в эти земли не одна. Тотемы устанавливали не владыки, но это были какие-никакие колдуны. А значит, и в рядах гарнизона могут присутствовать маги.
Штурмовать укрепленный город-форпост силами десяти бойцов? Конечно, если об этом походе сложат песни, то менестрели будут описывать эту битву во всех возможных красках и подробностях, но реальность была намного проще.
Небольшая поляна, воткнутый в землю кинжал и закрепленная на его рукояти веревка. За полчаса я построил на плотной земле подобие геометрически верной четвертой печати, в создании которой мне активно помогал Эрегор и Лиан. Не хватало привычных инструментов, но все это влияло лишь на эффективность и затраты сил, но не на конечный результат.
Ради этой печати мне придется пролить немало крови, чтобы перекрыть нехватку подношений и огрехи в начертаниях, но сейчас не время экономить. Мне нужен Шивалор и доступ к городскому архиву.