Шпили Академии показались уже на закате. К моему удивлению, Ледяной снова отдал приказ Чейну стать ведущим. Какое-то время Свейт парил в воздухе. Куратор наблюдал за посадкой клина байлангов. Как только все псы оказались на земле, Свейт повернул к горе, на которой я жила. Меня высадили у крыльца. Я с облегчением сползла со спины байланга и не удержалась. Погладила на прощание белую морду. Ледяной метнул на меня недовольный взгляд и напомнил:
— Завтрак в семь. Без пропусков.
После этого мощные белые крылья вознесли Свейта и его всадника в небо. А я решительно направилась в комнату.
После полутора суток в горах больше всего мне хотелось помыться. И ничто не радовало меня так, как персональная ванная. Никаких изысков тут не было — каменные стены и такая же каменная ванная. Все основательное, как сами горы. Но на это было уже плевать. Главное, никаких душевых и очереди.
Я с наслаждением погрузилась в теплую воду и долго сидела, мысленно перебирая события двух недель. И с каждой минутой все происходящее казалось мне все более странным. Самым настораживающим были темные делишки Чейна и вопросы Ледяного. Интуиция подсказывала, что здесь, на горе, одногруппнику что-то было нужно. Иначе он не стал бы мне угрожать. А Ледяной… Я не знала, куда он клонит и чего от меня хочет. Но он явно знал, что Чейну нужно на горе. И я обязательно выясню, в чем дело.
С этой мыслью я плеснула на ладонь шампунь и начала втирать его в волосы. Когда вода стала синей, я сначала не поняла, что происходит. А когда до меня дошло, вылетела из ванной с яростным воплем. Но было поздно. Синева стремительно впитывалась в кожу и волосы.
Эту дрянь простым мылом не смоешь, нужен специальный состав. И чем быстрее, тем лучше. И в моей комнате он был, а о том, кто устроил мне эту подлянку, подумаю позже.
Не раздумывая, я бросилась к двери, но тут меня ждал еще один сюрприз. Стоило мне коснуться ручки, как ладонь пронзила боль, и простенькое заклинание отбросило меня в сторону. Я приземлилась на пятую точку и наблюдала за тем, как на дверном полотне проступили золотистые буквы, которые сложились в слова: «Оставь в покое Чейна». Они продержались достаточно, чтобы я успела их прочитать, а затем растворились. Так, одним вопросом меньше. Несомненно, проделки Иды и ее подружки Гейры.
Я схватила полотенце с крючка и вылетела из ванной. Роняя синие пятна на пол и ковер, ворвалась в комнату. Двойное дно чемодана поспешно распахнулось. Намешать зелье, дезактивирующее синюю гадость, было делом минуты. Но даже это было слишком долго. Я вернулась в ванную и стала натираться своим составом, пока сливала синюю воду. Мысленно я посылала проклятия однокурсницам. Пришлось ждать, пока снова наберется вода, и потом тщательно смывать с себя синеву.
Увы, промедление, вызванное заклинанием на двери, свое дело сделало. Мне не удалось отмыться полностью. Локти, колени и ладони приобрели голубоватый оттенок. К счастью, лицо и часть белых прядей удалось отмыть. Но от середины и до кончиков волосы остались ярко-синими.
Я подошла к зеркалу у дальней стены и оглядела себя с ног до головы. Допустим, колени и локти никто не увидит. Синие руки можно стерпеть, но волосы! Я смотрела на них, и во мне поднималось бешенство.
Наверное, поэтому я не сразу поняла, что чувствую. Но странное ощущение не уходило. Я осторожно коснулась стены возле зеркала и ощутила пульсацию незнакомой магии. Она заставляла меня испытывать непонятное беспокойство.
Я прикоснулась к холодному камню лбом, и чувство только усилилось. Там что-то определённо есть. И не его ли искал здесь Чейн?
Я и сама не поняла, в какой момент начала оглядывать стену в поисках потайного замка.
Глава 10/2
Одного взгляда оказалось мало. Забыв обо всем, я тщательно прощупала пальцами стену сантиметр за сантиметром. Каждую выемку, каждую шероховатость. Везде, где могла дотянуться. Один из бугорков в углу, дальнем от моей комнаты, откликнулся. Я тут же отдернула руку. Магия высокого уровня. Просто так не открыть.
Я опустилась на колени и коснулась ладонью стены, стараясь почувствовать заклинание. Но мне скоро пришлось смириться, что это магия не моего уровня. Правда, была у меня еще одна мысль, как открыть эту дверь. Но ее я решила оставить напоследок и вернулась в комнату.
Стоило мне упасть на постель, как рядом послышалось дребезжание. Я скосила глаза и поняла, что его издает меч. Клинок мелко дрожал в ножнах, и металлическое лязганье до ужаса напоминало смех. Я снова вспомнила про синие волосы, и настроение тут же испортилось.
— Ничего смешного, — буркнула я и хлопнула в ладоши, чтобы погасить свет.
Меч притих, изредка продолжая позвякивать. Если надо мной смеется собственный клинок, что же будет в Академии?
Утром я снова с ужасом посмотрела на себя в зеркало. Но искушение собрать волосы в пучок, или хотя бы в хвост, чтобы синева меньше бросалась в глаза, я сумела преодолеть. Ида рассчитывала именно на это. Что я постараюсь скрыть следы ее шутки. Не дождется!
Я тряхнула бело-синей гривой и надела форму, а затем плащ. Опаздывать на завтрак я больше не собиралась. Наоборот, сегодня пришлось соскочить пораньше, чтобы проверить одну теорию.
Утром я измерила шагами ванную и свою комнату. Размеры не совпали. А это значит, что за стеной точно есть еще одно помещение. И чтобы убедиться в этом, я собиралась обойти дом по кругу.
До этого исследовать свое временное пристанище не приходило мне в голову. Я прибегала и убегала. Но на этот раз я подвесила меч к поясу и уверенно вышла наружу. Было темно, и каменные фонари в основании лестницы еще горели. Я поманила один световой шар пальцем, вложив в это движение толику магии. Он медленно вылетел из фонаря и поплыл над моим плечом. Я начала обходить дом по кругу. Больше всего меня интересовала стена за ванной. Либо здесь какая-то ниша, либо…
Я завернула за угол и обомлела. Потому что там не было ни того ни другого. В двух шагах от меня начинался высоченный забор из гладких, плотно пригнанных друг к другу досок. Ауру защитной магии я чувствовала со своего места.
Я пошла вдоль забора, стараясь не дотрагиваться до него. И обнаружила, что он полукругом охватывает кусочек заднего двора. Судя по тому, что ворот я не обнаружила, дверь находится… в умывальной. Тайный дворик, вход через ванную. Кому расскажи — засмеют.
Меч укоризненно вздрогнул в ножнах, но я не обратила внимание. Все еще дулась на него за вчерашний смех. Воспоминание о волосах неприятно покоробило, и я сосредоточилась на заборе перед собой. Трогать его нельзя. Но есть и другой способ заглянуть внутрь двора.
Я сложила жест призыва, и меч послушно вылетел из ножен. Опустив создание дублей, я дала команду, которая получалась у меня лучше всего. Вверх!
И едва не задохнулась от возмущения, когда клинок вернулся в ножны.
— В чем дело? Я только посмотрю, что внутри, и спустимся.
Но ответа не последовало. Молчание клинка было укоризненным. Мне ясно дали понять, что происходящее за забором — не моего ума дело.
— Мистивир! — попыталась я призвать к порядку капризное оружие. — Я же ничего не сделаю, только посмотрю одним глазком. И ты должен меня слушаться.
Теперь молчание меча отдавало ехидцей. На новый жест призыва он даже не откликнулся. Так и повис в ножнах, будто это не я ныряла в ледяное озеро, чтобы сделать магическую привязку.
Пришлось отправиться на завтрак, чтобы удовлетворить если не любопытство, то хотя бы голод. Но сдаваться я не собиралась. Отказ меча только подогрел мой интерес. Уверенность в том, что Чейн пытался проникнуть именно туда, крепла с каждым шагом. Пожалуй, я и сама не прочь узнать, что скрывают здесь стражи. И есть у меня одна идейка…
Неуемное любопытство на какое-то время заставило меня забыть о волосах. Ровно до того момента, пока я не перешагнула порог столовой. Сначала парни вытаращили глаза. Чейн первый зашелся хохотом. За ним подхватили Орм и Нильс. Остальные большей частью давили усмешки. На лицах нескольких человек я увидела негодование. И это были не только Эйнар и Сигмунд.
Сдерживая гнев, я прошла к своему месту и зачерпнула полную ложку мерзкого супчика. Сигмунд первым склонился к моему уху и прошептал:
— У нас такое не прощают. Волосы…
— И не собираюсь, — прошипела я.
Парень верно уловил мой кровожадный настрой и отодвинулся подальше. Чейн с другого конца стола подал голос:
— А тебе идет, Скау.
Гест поморщился:
— Марать руки о такое… Подлая месть.
Я ничего не стала отвечать. Это не месть, а предупреждение. И как бы заставить Иду ответить мне за него сполна, да так, чтобы и Чейну досталось? Идей не было, и я медленно глотала завтрак, почти не чувствуя противного вкуса. В том, что я что-нибудь придумаю и смогу осуществить, сомневаться не приходилось. Как показал опыт с деканом Бартом, главное — никому не доверять и не попасться.
Когда я ступила на первый плац, сверкая наполовину синими волосами, на лице Ледяного не дрогнул ни один мускул. Но всю тренировку взгляд куратора нет-нет, да и возвращался ко мне. Когда мечи щелкнули о ножны, я развернулась, чтобы первой двинуться в сторону Академии. Но меня остановил холодный голос:
— Анна. Останься.
Я нехотя развернулась и пошла к куратору. Пока остальные адепты покидали поле, Ледяной молчал. Я стояла перед ним навытяжку, смотрела в синие глаза и чувствовала, что страж в бешенстве. Я еще никогда не видела его таким злым.
Молчание затягивалось, и я невольно начала вспоминать правила и пытаться понять, где я прокололась на этот раз. Неподобающий вид? Но не по своей воле же! Или в составе зелья, дезактивирующего синеву, была какая-то запрещенка?
Наконец, Ледяной молча и зло выдохнул:
— Кто?
Я вытаращила глаза и переспросила:
— В смысле — кто?
Куратор схватил синюю прядь и сунул ее мне под нос со словами:
— Кто сделал с твоими волосами это?