– Хм, у нас сразу пытки, – выдал шеф. – Но, знаешь, интервал признания примерно такой же семь-двенадцать часов.
– Психика похоже во всех мирах одинакова, – я плечами пожала.
– А как с типами вроде Валианта работаете? – заинтересовался шеф.
– Зависит от типа, – я начала задумчиво помешивать порошок из перца. – Лучше всего работает непрекращающийся допрос, когда три-четыре следователя работают посменно, а допрашиваемому не дают ни спать ни отдыхать, это жестко, конечно, но работает. Правда, когда закоренелых зэков касается, тут уже вообще другая категория, этих надо дожимать фактами.
И посмотрев на Валианта, зажмурившего глаза от обилия перца в спирте, но шевелящего ушами, явно прислушиваясь к беседе, начала как раз таки фактами и давить:
– Сторс скинул мне дела Хайрона Мортема. Знаешь, кое-какие моменты мне показались очень знакомыми. К примеру: «Имитация самоубийства подтверждена судмедэкспертами. Тела двигали после смерти». Или вот: «Доказана имеющая место странгуляционная асфиксия». А еще: «Осмотр места происшествия выявил определенные несоответствия. Тела были переданы в судебно-медицинский отдел». Знаешь, я с того момента, все думала вот о чем – зачем Мортему понадобилось имитировать массовые самоубийства? Причем имитировать так старательно?
И тут меня как молнией прошибло!
А ведь я уже знала ответ.
Я знала его!
Чтобы провести Навьена в изнанку, Валиант убил с полсотни демонов в Демоническом квартале, и использовал их смерть как нечто типа энергии открытия врат, позволяя Навьену спуститься в Изнанку. А потом сымитировал ритуальное самоубийство, в надежде, что тела быстро уничтожат, ведь как сказал Сайнхор: «Это Изнанка, вслед за самоубийством приходят неупокоенные души. В самом прямом смысле этого слова и явления. Если вовремя не устранить тело, начинается моровое поветрие». Так что не появись на месте мы с шефом, тела демонов бы сожгли как можно скорее и дело замяли.
У нас на земле ситуация в чем-то похожая – самоубийства редко расследуются. Но времена изменились, нормальный судмедэксперт теперь легко определит как причину смерти, так и то, двигали ли тела после этой самой смерти, однако зэковский Мортем об этом не думал, он снова и снова пытался проникнуть в Изнанку. Или вызволить из нее кого-то…
– Знаешь, Валиант, – я мрачно посмотрела на заспиртованного демона, – либо сам скажешь, либо сильно пожалеешь, что на свет родился, это я тебе гарантирую.
И демон в мутно-красной жиже из смеси перца чили и спирта, медленно приоткрыл глаза.
Он смотрел на меня, я на него.
По факту, я уже знала, что предложить древнему Мортему, и дать ему это кроме Валиана мог только Даркан, теперь я была в этом уверена на сто процентов.
– Ты ведь уже не нужен, – очень тихо произнесла я. – И мне достаточно всего пару слов сказать Мортему, чтобы он осознал – дела с Изнанкой гораздо проще вести с Дарканом, а не с демоном, который солгал по поводу ритуала перехода в этот мир. А ты ведь солгал ему, Валиант. И скольких бы Мортем не убил, как бы ни раскладывал трупы, и пентаграммой и иньянем, итог неизменно был один – он оставался на Земле. Как думаешь, после стольких бесплотных попыток, он все еще доверяет тебе?
Валиант медленно сглотнул, хотя я вообще не понимаю, чем он там мог сглатывать, а я так же медленно и безжалостно высыпала весь оставшийся перец в банку, и зкрыла крышку, едва демон завопил от нестерпимой боли.
А потом прошла и села на лавку рядом с шефом.
– И многих… этот Мортем убил?
– Очень. Даже передать не могу насколько безумно много. Целые города, деревни, села, поселения… И так несколько веков, примерно каждые 30-20 лет.
– Понятно, – хрипло ответил Сайнхор.
Валиант орал, но нам вообще не было его жаль.
– Знаешь, я тут пока тебя слушал, вот о чем подумал – прорвавшись в Изнанку с Навьеном, Валиант ведь попытался для начала захватить власть над демоническим кварталом, самым сильным из существующих в Изнанке, а после вызвать атаку Океана Хаоса, приманив его силы самоубийством оборотня. И то и другое, если хорошо подумать, должно было ввергнуть нас как минимум в войну, что в принципе ослабило бы весь мир. А теперь вот мы обнаружили, что у этого урода, хранились данные по оборонительным сооружениям и тайным ходам всех четырех народностей Изнанки. И вот вопрос – для чего?
– Полагаю – для Мортема, – у меня других мыслей вообще уже не было, все сложилось прямо один к одному. Смотри сам – на Земле в случае любых серьезных проблем у упырей, клан Мортемов веками выпускал свой главный козырь – зэка этого.
– Он что, бессмертный?
– Как оказалось – да.
И тут Сайнхор очень серьезно посмотрел на меня, и сказал:
– Каиль, этому Мортему нельзя в Изнанку.
– Чего это? – просто мне идея очень сразу понравилась, избавиться от него так.
– Потому что он бессмертный, – шеф смотрел на меня совершенно серьезно, без тени улыбки. – Такая сила, проникнув в Изнанку, может спровоцировать катаклизм, в результате которого Океан Хаоса поглотит абсолютно все. Больше скажу – если сохранится хоть какой-то путь к вашей Земле, Океан поглотит и ее.
И тут мы оба посмотрели на Валианта.
Валиант сидел в банке и с абсолютной ненавистью взирал на нас.
Потому что мы все поняли!
Все эти бесконечные интриги с непонятной целью, изворотливость, различные попытки устроить бедлам в Изнанке, собирательство информации… у всего этого была лишь одна цель – запутать нас, да и всех. А еще пробудить в Мортемовском зэке такое бешеное желание спуститься в Изнанку, что он совершит вконец массовое убийство и это позволит Океану Хаоса захватить сразу два мира. А править в этих мирах будет… вот эта башка заспиртованная.
– Ну ты и гад! – потрясенно выдохнула я.
Валиант молчал, пожалуй, впервые в своей жизни потрясенный настолько, что у этого говорливого слов не осталось.
– Больше чем гад, – прошипел шеф. – Сдается мне, что и Мортема убивать смысла нет. В Изнанке самой живучей тварью является Валиант, у вас там значит это Мортем. И сдается мне, что неспроста ему дана такая живучесть. Эти двое как два полюса.
И тут мне пришла идея.
Самая такая что ни на есть стандартная для полицейского идея. У нас, если зэк на зоне становился королем ситуации и начинались проблемы с его контролем, то этого индивидуума переводили в другую тюрьму, более строгого режима, где таких королей местного разлива была вся зона.
Ощутила, как начинаю улыбаться. Чувство такое, словно ты сидишь себе в участке, никого не трогаешь и тут звонят тебе мошенники, типа «Добрый день, вас беспокоит оперуполномоченный сержант такой-то, вы знаете, что на вашем банковском счете замечена подозрительная мошенническая деятельность». Ммм, как мы любим такие звонки. Сидишь, отвечаешь растерянно, как простой обыватель, а пол отдела уже шьют дело, пробивают адрес звонящего и все данные. И прямо накрывает ощущением торжества справедливости.
– Шеф, а вот вы мне скажите, – я правда при этом смотрела на Валианта, – а если Мортемовский зэк попадет сюда без прикрытия Валианта, как быстро его уроют?
– Да быстро, – не особо задумываясь, ответил Сайнхор. – Но как я уже сказал…
И тут Падальщик умолк, помолчал и затем и медленно произнес:
– Каиль, а ты голова.
– Голова у нас Валиант, – отказалась я от сомнительной чести.
– Он такая себе голова, слишком много на себя взвалившая.
Уже практически маринованный Валиант напряженно зыркал то на меня, то на шефа.
А шеф продолжил:
– Если бы Мортем был действительно столь могущественным, для чего бы Валианту понадобилось собирать сведения об укреплениях различных рас?
Вот-вот.
– Сейчас вернусь, – сказала я.
***
Как только вышла из кухни столкнулась с грудью. Грудь была жесткая, к столкновениям не особо приспособленная, и пострадал бы мой нос до крови, не удержи Даркан в последний миг, за секунду до слома носовых хрящей.
– Княгиня, постарайтесь быть внимательнее, – произнес он, взяв меня за плечи, и осторожно отодвигая от себя.
Я постояла, потерла нос – кончик то все равно пострадал, запрокинула голову и посмотрела на Даркана. Злой был Даркан. Красивый адски, но злой.
Огляделась в поисках Навьена. Но он или сейчас радостно пляшет (знаю, что нет, но помечтать никто не мешает), либо князь его уже на какое-то задание услал.
– Где Навьен? – невозмутимо поинтересовалась у вампира.
Даркан не ответил, продолжая пристально смотреть на меня. Я ощущала бы его изучающий взгляд, даже если бы не видела. А так внезапно вдруг предельно четко ощутила и пустоту узкого каменного пространства, и факт нашего нахождения почти наедине, и сгустившуюся атмосферу тревоги, только к страху почему-то примешивалось и что-то еще.
Понять бы что.
Вздернув подбородок, с вызовом посмотрела на Даркана и почти сразу ощутила желание опустить взгляд. «Каиль, ты бы с ними полегче. Все же вспоминай, хоть иногда, с кем дело имеешь»… Черт, кажется, шеф был прав, не стоило перегибать палку.
Тем временем, пока я нервничала, Даркан по-хозяйски, прямо как свою собственность, приобнял, но на этом не остановился – длинные сильные пальцы соскользнули с талии на место пониже спины, забрались в карман и… пограбили меня на предмет полицейского блокнота.
«Мало того что упырь, так еще и вор», – печально подумала я, терпеливо снося все творящееся.
И пока князь листал мой блокнот (вообще в самое интимное влез), я стояла, и молча смотрела на него. Вообще когда покидали Землю, я как-то не особо обратила внимание, а сейчас вот заметила, как идут ему черные кольца на пальцах, и наручи, закрывающие запястья до локтей, кажется даже железные, и пояс, немного хулиганского вида за счет висевших на нем черных цепочек. И цепочка, пафосно-готическая такая на шее, и серьга в одном ухе, и прическа, тоже забавная, когда пряди в разные стороны, и уложены так, словно острые на концах.
– Дорогая, когда ты так на меня смотришь, у меня появляется непреодолимое желание вспомнить о супружеском долге.