К”ньец стал выдыхаться, что не говори, но бежать, нападать и отбиваться, и всё на пределе сил, тоже сказывалось на нём. А вот куница, похоже, не знал усталости: нагонял, отступал, а когда заметил, что хопс стал слабеть, всё ближе подбирался к нему.
Х”вьюсе пришлось пробежать не менее полутора свиджей, прежде чем она наткнулась на поджидавших её и К”ньеца путров. Ф”ент, услышав о Кемеше, подскочил на месте, преодолевая боль, поджал под себя хвост. Не скажи Х”вьюся следом о какой-то кунице и тиграх, где-то тут рядом задерживаемых К”ньецем в одиночку, он, наверное, забыв обо всём, был готов броситься в бега. Куда? Да хоть куда, лишь бы дальше от Кемеша.
– Я знаю эту куницу, – определил стехар. – Это Л”юок! Т”евара, за мной!
К”ньец остановился на пути куницы, дальше он бежать не мог. А всего в канторе от них уже пыхтел и медленно, но неотвратимо надвигался тигр. Хопс бессильно мяукнул, ощерился, готовый дорого продать свою жизнь.
Но тут всё переменилось. Куница, только что намеренный напасть на него, вдруг замер, оглянулся на тигра и попятился. К”ньец стал тоже отступать от него, но топот, нарастающий сзади, заставил его обречено обернуться к новому противнику, так как никто не мог так бежать к нему на помощь. Мимо него пролетел Ф”ент и туша странного на вид выродка.
– Ф”ент! – взвыл Л”юок. – Я знал, что ты здесь! Кемеш тебе…
Он не успел высказать угрозу, так как тут же был растоптан кабаном.
– Уходим отсюда! – крикнул стехар.
Тигр остановился в отдалении, не рискуя подвергнуться участи куницы. А вдали, в мареве мутного воздуха уже можно было различить большую группу бегущих людей.
Т”евара с помощью Ф”ента взвалил на себя К”ньеца.
– Ну, кошка! Один против всех! – только и выговаривал Ф”ент, придерживая хопса, чтобы тот не свалился на землю от быстрого и неровного бега кабана.
Единственное, что понял Кемеш из сбивчивых рассказов раненого и оставшегося в живых выродков, так это подтверждение – здесь был Ф”ент. А остальное – какой-то бред: хопперсукс не то из кошек, не то из козлов, один напал на троих. Затем появление Ф”ента с выродком-кабаном, который якобы тут же напавшим на Л”юока и затоптавшим его копытами, после чего посадил на себя хопперсукса и ускакал, а за ним – и Ф”ент.
Всё это похоже на фрагмент из сказания о Великой Войне Выродков. Так Кемеш и сказал Тлуману.
– Из сказаний или нет, но… скоро, скоро… – Тлуман поперхнулся, надсадно прокашлялся. – Давай сбавим ход. Всё произойдёт где-то здесь.
– Думаешь, прибежали?
– Думаю…
Появление путров с К”ньецем на Т”еваре оживило команду, отдохнувшую и готовую двинуться дальше.
К”ньец, было, стал говорить о слиянии банды Кемеша и тескомовцев Тлумана, но Камрат остановил его.
– Не надо, К”ньюша! Это уже не важно. Они так и должны были поступить и прийти вовремя, чтобы дополнить нашу команду недостающими разумными.
Хопс теперь не Свиму, а Камрату посетовал:
– Ну, зачем они нам? Нас и так… толпа.
Невлой не преминул хохотнуть на его ропот.
– Поймёшь, К”ньюша, потом. А сейчас, – Камрат посмотрел на солнце, – время пришло. Всем встать! Идём кучно. Впереди Малион. Никто не должен обгонять его и меня, но и отставать от нас не более десяти берметов… Ко мне ближе! И… время! За Малионом!
До просматриваемой уже дороги осталось пройти всего кантор, как даль за отхлынувшими водами Болота стала быстро проясняться.
– Збун идёт! – заволновались люди.
– Нет! – прикрикнул Камрат. – Нас заметили! Малион, твоё время! Все к нам ближе! Быстрее! Ближе!!
И тут же команда ступила на дорогу. Вода, будто стеклянистая лента её ещё заполнявшая, как бы от давления ног разумных, волной умчалась вдаль, а навстречу ей веером брызнули разноцветные лучи, накрыв команду радужным куполом.
– Всё! – облегчённо сказал Камрат. – Дорога нам открыта. Но пройти её будет нелегко.
– Нас догоняют! – перебил его испуганный голос Жаристы.
Камрат оглянулся, через головы посмотрел на бегущих по направлению к ним людей, кричащих и размахивающих мечами.
– Не страшно, – спокойно сказал Камрат. – Они не пройдут, кроме тех, кто нам нужен.
…Объединённый отряд людей Кемеша и тескомовцев наткнулся на дорогу, которая, как подсказали Знающие, напрямую ведёт к Скале. И не мешкая, бросились по ней, вспенивая воду, собранную в узкой ложбине дороги.
Вскоре они заметили команду, ведомую Камратом, подходящую к дороге со стороны. Их разделяла четверть свиджа. Ещё десять минтов и… Руки, словно сами, потянулись к мечам, а из глоток вырвался торжествующий клик.
Но вдруг в глаза бегущим ударили огненные лучи и зашторили дорогу мерцающей стеной.
– Не подходите к ней! – закричали в два голоса оген и Ей-Фей. – Опасно!
Однако азарт погони многих захватил целиком, и они пренебрегли предостережением Знающих. И тут же поплатились… Яркие вспышки, и пятерых преследователей не стало, лишь хлопья чёрной гари медленно осели на землю.
Люди отпрянули от зловещего барьера, ставшего на их пути. Кемеш, едва с ходу не сунувшийся в него, испытал неуёмную дрожь.
– Ещё шаг… – заикаясь, сказал он Тлуману. – И всё бы…
Думерт сам переживал подобное. А ведь опережал Кемеша, но в берметах десяти он как будто услышал внутренний голос, крикнувший ему: – Стоп! Но вернее всего, он услышал Знающих и поверил им.
А Знающие слезли с вьючных торнов, протолкались через ругающихся почём зря тескомовцев и бандитов, и приблизились к завесе.
– Они чего это задумали? Снимут барьер? – с надеждой спросил Туман Кемеша.
– Сейчас узнаем. Оген, мы можем пройти?
Оген чуть повернул голову к нему.
– Вы – нет! А нас зовут!
– Кто вас может звать? – наливаясь гневом, бросил Кемеш. – Вы нас завели! Чтобы бросить?.. Уничтожить?.. Вы!
Но Знающие его не слышали. Они взялись за руки и обречённо, как можно было судить по их опущенным плечам и осторожности, двинулись на завесу.
Кемеш в ярости выхватил кинжал и метнул его в спину огена. Но стремительный полёт клинка оборвался бледной искрой, как только он коснулся мерцающего разноцветного полога, сомкнувшегося за Знающими.
Не успел он пережить бессмысленной потери кинжала, послужившим ему лет сто и ценимый им, поскольку тот был из настоящего металла и вечным, как кто-то из его опритов, грубо оттолкнул его, как стоящего на дороге, и бросился на барьер…
И… оказался по ту его сторону. Возникший общий вскрик из десятка глоток вслед безумцу, сменился возгласами удивления.
Оприт оглянулся, и Кемеш узнал в нём Орея, подвязавшегося в банде уж лет двадцать. А Орей, оторопело глядя перед собой, постоял и шагнул назад, покинув зону защиты.
– А-а! – закричали ободрённые его успехом бандиты и тескомовцы, и не менее десятка кинулись к радужной завесе.
Вспышки… И только чёрная пыль ссыпалась на землю.
– Ты!.. Что наделал? – Кемеш с кулаками набросился на Орея.
– А я что? – в отчаянии воскликнул Орей и под натиском вождя банды отступил и опять оказался за гранью, только что спалившей в прах людей.
Кемеш отскочил назад в бессильной злобе невозможности достать оприта, забегал туда-сюда. А Орей, широко раскрыв от недопонимания ещё того, что он сделал, следил за его судорожными метаниями с той стороны барьера. Вдруг он оглянулся, словно на окрик, нерешительно потоптался на месте и, наконец, неуверенно ступая, как по скользкому льду, стал без оглядки уходить по дороге за Знающими.
– Я тебя ещё достану!.. Ты у меня ещё пожалеешь!..
Вождь опритов охрип, выкрикивая проклятия, наконец, взгляд его упёрся в Ий-Соя.
Ий-Сой тоже был Знающим, но у него никакого контакта с ушедшими за барьер не существовало. Они его будто не замечали, а он не навязывался к тесному с ними общению. Да и в банде, к которой прибился лет пять назад, он держался как обыкновенный оприт без каких-либо замашек Знающего.
– А ты, какого Края, тут стоишь? – закричал на него Кемеш. – Тоже показать себя хочешь? Как же…
– Мне здесь не пройти, – попытался объяснить Ий-Сой и благоразумно отступил от него за спины опритов, но Кемеш, похоже, его не слышал и даже тут же позабыл о нём.
А Тлуман тем временем философски констатировал: он же знал о таком окончании их всполошённого бега в попытке догнать не догоняемое. Камрата или кого там по-настоящему нэму не могли догнать как заложенного в образе мальчика, а ныне, когда он изменился, это, наверное, не подвластно никому.
Люди позади Тлумана неожиданно притихли, подняв головы вверх: к ним опускался воздушный шар.
Мерсьек выскочил из гондолы, завидел Тлумана.
– Не пострадали? Это же убивает!
– Знаком, что ли? – грубо спросил Кемеш, всё ещё не успокоенный предательством Знающих и Орея.
– Знаком… А-а, старый знакомый!
– Тулоном его зовут, – поспешил подсказать Тлуман, и тут же без передыха: – Мои пятеро сгорели…в прах.
– А эти… сволочи прошли! – выкрикнул Кемеш.
– Кто?
– Знающие, – ответил Тлуман. – Их якобы позвали, и они прошли. Во-он они. Парочка… А за ними…
– Я ему бы… Им бы с шара камень на голову сбросить!.. Да я бы сверху сам спрыгнул и придавил бы их! – продолжал неистовствовать Кемеш.
Мерсьек покачал головой.
– Мы тогда тоже так думали… Ни от кого даже дыма не осталось. Лишь нам с Капуром повезло… Повезло не сгореть. Мы во время выпрыгнули из гондолы. Я упал в яму с водой, а он… – голов Мерсьека дрогнул, – насмерть о землю.
Тлуману показалось, что в глазах Мерсьека даже блеснули слёзы. Наверное, показалось, так как Мерсьек деловито сообщил о большой группе людей, подходящих сюда вдоль берега.
– Это наши.
– Тебе лучше знать… Прошлый раз это возникало при каждом подлёте… Знавал и тех, кто хотел доплыть до Скалы на лодках и даже под водой. Но их ожидала та же участь: дым столбом вверх и – всё!
– И что теперь? – задумался Тлуман. – Возвращаться ни с чем восвояси?
– Ну, уж нет! – в запальчивости выкрикнул Кемеш. – Пойду к Дороге Страха! Не здесь, так там! Помолчал и уже спокойно сказал: – И посмотрю, что это за чудо такое – Дорога Страха. Сюда, думаю, никогда больше не приду. А отсюда до неё всего дня два пути, наверное, не больше.