Проверила предохранитель, засунула пистолет в карман брюк, и, застегнув бронежилет, пошла дальше.
Через метров пятьсот нашла стационарный генератор, запустила и на уровне медленно включился свет… только система освещения напрягала очень. Такие светильники, защищенные высокопрочным пластиком и поверх него еще стальной решеткой, можно наблюдать в тюрьмах особо строгого режима. Короче этот восемнадцатый уровень был тюрягой. Такой основательной, со всеми возможными предосторожностями, рассчитанной на крайне опасных заключенных тюрягой. И всех этих местных зэков взяли и выпустили, и это абсолютно точно был не князь.
Черт, как-то сразу запахло Мортемом…
И если мои подозрения верны, получается, что сначала князь Мортем выпустил главного зэка их клана, того который сейчас вероятно борется с бутулизмом и его последствиями, а осознав, что первый план не сработал, он и остальных своих зэков решил одарить свободой. Урод. И вся семейка его уродская.
«Их готовили около десяти лет, натаскивая на моего отца. Должен признать, подготовка оказалась на уровне. Если сейчас где-то Мортем готовит такую же партию бойцов, натаскивая их уже на меня, возможно, в будущем, у него что-то и выйдет»…
Даркан, упырь гребанный, надеюсь, ты жив! Потому что если сдохнешь, я тебя еще и попинаю сверху, и пристрелю – давно мечтаю, и… Выживи, сволочь! Выживи, слышишь? Пожалуйста…
Закрепила прибор ночного видения на автомате, задолбало уже, что каска вечно на глаза спадает, и осторожно двинулась дальше.
***
Почти пятьсот метров передо мной было лишь пустое слабоосвещенное пространство – голые стены, зарешеченные светильники под потолком, пугающая тишина и никого. Давно ныли запястья – автомат штука не самая легкая, особенно почти полностью выполненный из стали АКР. Плечо тоже пульсировало болью. Поясница отказывалась и дальше тащить на себе бронежилет и прочее вооружение. Я где-то при падении повредила ногу, сразу не заметила, а теперь начала основательно хромать и оставалось лишь надеяться, что это только ушиб, а не вывих или перелом.
А потом вдали показалась дверь.
Огромная, свежевыкрашенная серым цветом стальная дверь. Примерно такие же используются для авиационных ангаров. Совпадало почти все – и цвет, и размер, и материал выплавки и даже замок стандартный.
Вот только заперто было снаружи.
Я развернулась быстрее, чем поняла, что мне пришел конец.
– Надо же, какая встреча, – Ивгена Женьер в черном, обтягивающем латексном костюме мягко спрыгнула с потолка на пол.
Вообще, наверное, только она могла даже военную форму превратить в нечто гламурно-сексуальное, а к стандартным армейским ботинкам умудриться приделать каблук, да еще и стилизовать бриллиантиками. Те же бриллианты сверкали в мочках ее ушей, в присинге на носу, в золотых волосах, собранных в высокий хвост на макушке и даже на пальцах. Кто вообще натягивает кольца поверх резиновых перчаток?!
– Отвратно выглядите, княгиня Даркан, – выпрямляясь и разминая шею, промурлыкала вампирша.
Валианту надо было самому жениться на Ивгене – убойная вышла бы парочка, неубиваемая в смысле.
– А ты убого, кровосися недоделанная, – нагло ответила я.
Мадам Женьер поморщилась, окинула меня презрительным взглядом и надменно произнесла:
– До сих пор не могу понять, почему этот мальчишка выбрал тебя?
– Ну, полагаю, дело в том, что расстройство полового влечения, которое характеризуется болезненной половой тягой к лицам пожилого возраста, не настолько распространено среди представителей вашей расы, как вы на это рассчитывали.
Ивгена зарычала.
– Хотя, – продолжила я, опуская автомат и продумывая как бы понезаметнее выхватить ИКР-17, – если учесть что ты у нас из Изнанки, то к твоим ста семидесяти прибавляем еще хрен знает сколько, и получается, что даже геронтофил вряд ли позарился бы. Тут скорее нужно искать кого-то с половыми расстройствами типа некрофилии.
Улыбаться в каске вещь весьма сомнительная, но я улыбнулась.
Разъяренный рев сотряс весь восемнадцатый уровень подземелья, челюсть Ивгены начала удлиняться и трансформироваться, но я к нападению была еще не готова, так что пришлось тянуть время.
– Привет тебе от Сайнхора, – перекидывая автомат через ноющее и пульсирующее болью плечо, сказанула вампирше.
И это дало мне почти секунду времени.
В следующий миг Ивгена ринулась на меня, а осиные колья ИКР-17 на нее.
Я стреляла с опережением, постепенно отступая назад, и помня о том, с какой легкостью эта тварь способна передвигаться и по потолку. У Ивгены была всего одна слабость – она любила все эффектное, от бриллиантов, до зрелищных нападений. Поэтому когда вампирша взвилась вверх, я уже знала – нападать сразу она не станет, сначала закрепится на потолке, и уже оттуда картинно прыгнет.
По сути, я начала стрелять в пололок до того, как Женьер оказалась на нем, но маневр был предугадан отлично – последние четыре снаряда пригвоздили вампиршу еще до того, как она поняла, что скорость на этот раз ее не спасла.
– Ты!!! Тварь!!! – истошный визг пришпиленной упырихи.
Я опустила ИКР-17 и пошатнулась. Походу мой человеческий ресурс был на исходе.
И именно в этот момент я услышала сказанное с издевкой:
– Надо же, сама княгиня Даркан к нам пожаловала. Должен признать, на подобный успех я не смел и надеяться.
И это был Мортем.
Князь Мортем.
Он потерял дочь и сына, а когда освободил мортемовского зэка, утратил так же жену и положение главы дома. Вот только утратил ли?
Медленно повернувшись, я мрачно посмотрела на князя.
С потолка капала слюна и кровь Ивгены Женьер. Крови капало больше, так что создавалась некая иллюзия кровавого дождя, но эта иллюзия так подходила этому вампирскому князю.
Темноволосому, светлокожему, аристократичному вампирскому князю, который был облачен в великолепный темно-синий костюм, с темно-синим бриллиантом на галстуке, элегантно торчащим из нагрудного кармана пиджака платочком в тон к галстуку, и тростью черной тростью в тон к туфлям и волосам, и с бриллиантом точно такого же цвета, что и брошь на галстуке. И даже кольцо с багрово-алым камнем, отличительный символ княжеской власти, не смотрелось лишним – оно идеально гармонировало с алой радужкой глаз князя Мортема. В общем, кое-кто был при параде. При полном параде.
– Что, ради полной победы, иногда можно и на коленях постоять? – вызывающе спросила я, понимая, что хрен мне, а не выживание в столкновении с этим вампиром.
– Именно, – Мортем медленно растянул губы в злорадной улыбке.
Твою мать!
– Забавно, я уже и забыл, как сильно меня возбуждают умные женщины, – продолжил князь.
– Впервые слышу, чтобы интеллект привлекал мужчин. Обычно наоборот. Интеллект скорее у женщин вызывает интерес, это мы умных предпочитаем. А вы случаем не женщина, нет? Может где-то там в душе? Где-то очень-очень глубоко?
Я не то чтобы провоцировала, я судорожно прикидывала варианты дальнейших действий, и не находила вообще никакого выхода. И в целом – меня шатало от усталости, голова кружилась, мозги не варили, и состояние было упасть и сдохнуть.
– Ты такая милая, когда злишься, – продолжил Мортем, с победно-плотоядной усмешкой разглядывая меня. – И еще более милая, когда пытаешься разозлить меня.
Вот урод, а!
– Урод? – губы князя медленно растянулись. – Милашка Каиль, ты забываешь кто я.
– И кто же? – я почувствовала нарастающую панику.
– Я тот, – взгляд Мортема стал заметно-снисходительным,– кто с легкостью читает все твои мысли. Ты оценила и мою внешность и мой костюм, и мой стиль.
Черт, как ни крути ситуация проигрышная. Мне хана.
– О нет, – из снисходительной, усмешка стала откровенно плотоядной, – для тебя, моя малышка, все только начинается.
А… то есть плевать ему на сына и дочь, и от жены избавился очень кстати, заранее сделав позицию княгини Мортем вакантной.
– Эмм… ваше упырейшество, может ты мне просто горло перегрызешь там, или еще что полегче? – нервно спросила, чувствуя как все быстрее начинает биться сердце.
– Ха-ха, – Мортем вскинул руку, блокировав кровавый дождь с потолка, и неспешно направился прямиком ко мне, выдав в процессе: – Малышка Каиль Мэттланд все еще пытается казаться грубым полицейским? Детка, с этого дня, ты больше никогда не увидишь оружия и этот убогий бронежилет… Свою княгиню я буду одевать в самые изысканные наряды, твою нежную кожу будут украшать лучшие украшения, а твои прекрасные ножки будут носить лишь дизайнерские туфельки, созданные специально для тебя.
– Звучит… кошмарно, – я бы отступила вот прямо сейчас, но очень опасалась, что одно неверное движение спровоцирует Мортема.
– Ты будешь не просто княгиней Мортем, – вампир все так же неторопливо и неотвратимо приближался. – Теперь, когда Даркан столь любезно расчистил для меня путь, я стану князем Тьмы. Верховным правителем над всеми вампирскими домами. Князем с абсолютной властью. А ты будешь моей княгиней Тьмы.
Чем дальше, тем страшнее.
И когда князь Мортем заботливо снял с меня каску, я вообще готова была забиться в нервном припадке.
Но вот я только одного не поняла.
– Вы сказали, что не смели и надеяться на подобный успех, – облизнула внезапно ставшие сухими губы, – значит, вы не меня ждали?
– Естественно тебя я здесь не ожидал увидеть вовсе, – на каске Мортем не остановился, и начал еще более заботливо расстегивать мой бронежилет. – Навьен, вот кто прибудет сюда примерно минут через десять, когда все уже будет кончено. Дорогая, ты ведь не против первого раза в столь интересной обстановке?
В этот момент со стороны стальных ворот раздался глухой удар, но толщина стали была неподъемной даже для Даркана… мне хотелось верить, что это было он.
– Это он, – невозмутимо подтвердил Мортем. – У него еще минут семь до того, как яд полностью лишит его жизненных сил.
Мне вспомнилась та ядовитая жаба, что одним прикосновением своего языка убила чудного вампира с волосами цвета дикого индиго…я так надеялась, что Даркан сможет его оживить.