Мы не церемонились с ним – ублюдка убрали первым. Не просто убрали – скормили червям на болоте. Вернули так сказать долг негостеприимным хозяевам за проявленное гостеприимство. Орал Избагар долго. Его приспешники пытались вырвать шефа из недр болота, но мы уже хорошо знали законы червей, и скормили урода молодняку, который охраняли нехилого размера мамашки, сжирающие флайты прямо на лету, со всеми потрохами, в смысле с боевиками.
А Блондя тогда улыбалась. Слушала его крики и улыбалась. Именно поэтому никто из нас не пристрелил Избагара. Никто. Я уважала ее право на месть, остальным пришлось подчиниться мне.
– Может, попытаемся захватить корабль Дерьма, и свалим на нем? – предложил Бугай.
Сейчас разведчик как и я был одет в черный костюм, а когда я его нашла… В бойцовской яме сражались без одежды, и правил боя никаких не существовало – дрались на выживание. А когда хозяевам нужно было, чтобы боец проиграл, его попросту переставали кормить. Бугая держали без еды и питья два месяца. Даже не хочу думать, что он ел, но догадываюсь – в процессе боя можно не брезговать и человечиной. Особенно если хочешь выжить. Бугай выжил. Исхудал, осунулся, вид у него остался затравленный, но он выжил.
Владельцев бойцовских ям мы тоже скормили. Не бойцам – червям. Все так же – молодняку. Правда после пришлось свалить с болот – одно дело, когда орет один урод, и совсем иное, когда полторы сотни. Мы не церемонились, это да, но наблюдать медленную агонию толпы преступного народа я не нанималась, у меня и так от всего этого нервы были уже на пределе, а Эрих… я вообще старалась теперь думать только о нем. Так бывает – стреляешь в кого-нибудь, ломаешь чью-то челюсть выверенным ударом, перерезаешь горло кому-нибудь там, а представляешь себе сильные, бережно обнимающие тебя руки, и нежные, такие улетные поцелуи. Кажется, я не сошла с ума исключительно благодаря архонту. Потому что к такому нас даже в десанте не готовили.
Поглядев еще раз на нашего пленника, отрицательно покачала головой, отвечая на вопрос Бугая. Проблема в том, что Дерьмо он и есть дерьмо, в преступных группировках, как и у нас, клички дают не просто так. И Дерьмо был всего лишь шестеркой, шавкой, чей корабль явно не располагал боевым оружием достаточной мощности, чтобы противостоять огневым позициям космопорта. Так что не выйдет.
– Мегера, я засек поисковый импульс, – подал голос Шнур, последний, кого мне удалось вытащить.
Последний выживший.
Ему повезло – умный. Более того – гений технологий связи, именно поэтому не покалечили и не убили. Но работать Шнуру пришлось 24 часа в сутки, с присоединенной капельницей к руке, и на постоянной подпитке стимуляторами. Я догадывалась, что Шнур теперь потенциальный наркоман, а вот он просто знал это. Вылечат ли его? Не уверена. Но лучше так – от остальных четырех десятков я нашла в лучшем случае только части тел… говорить команде об этом не стала. Не смогла.
– Обнаружили? – спросила я.
– Нет, еще нет, но это дело времени – кольцо поисков сужают, отчитался Шнур.
Сужают. Что ж, у них семь тысяч бойцов, а нас всего четверо.
Прорвемся ли?
Может и сумели бы, будь у нас внешняя поддержка, но еще один затык Дерана – выйти на общегалактическую связь невозможно. Спутники здесь бесполезны, сигнал не проходит, а единственное место доступа к связи – космопорт. И нас там ждут с нетерпением…
Тупик?..
Не дождутся.
– Убирай урода, – скомандовала я Блонде.
На хрип Дерьма никто из нас не обернулся. Блондя знала свое дело, а смотреть, как обрывается очередная жизнь удовольствие из малоприятных. Но, если уж честно, в принципе, кое-что приятное Дерьмо нам все же предоставил – ванную с неограниченным, а не как в гостиничных номерах, запасом горячей воды, чистую одежду, сменные фильтры в нос. Не то чтобы это была первая наша помывка и смена одежды, но из болот мы вернулись этой ночью, хотелось вымыться. Отмыться. Смыть с себя все это, причем желательно со всей планеткой. Хотя черви оказались норм, кажется, меня начали отличать по запаху, потому как в последний раз, когда мы завезли на болота последнюю партию уродов, нам указали на новую кладку, намекая что ранее облагодетельствованному нами молодняку и так уже есть что жрать.
– Мегера, – Бугай подошел, встал рядом со мной, – идеи есть?
Лучшей идеей сейчас было бы залечь на дно. Но эта тактика работает только на тех планетах, где есть централизованная власть и нет исключительно развитой преступности, а тут… Нас сдаст любой первый встречный – бездомный, калека, нищий, проститутка, ребенок, клерк. Все. Там, где за молчание или невнимательность жизнью платят твои близкие и родные, стукачество доходит до апофеоза.
– Обнаружили! – напряженно сообщил Шнур.
Что ж, переходим к запасному плану.
Двадцать девятому по счету запасному плану!
Молча нажала на сенсорную панель детонатора.
Земля содрогнулась, воздух задрожал, грохот от взрыва оглушил на несколько секунд. И соседняя рядом с нами многоэтажка начала складываться карточным домиком. И в этой высотке в данный момент было полно народу, а вот жалости у меня к ним – ни грамма. Шесть дней назад это был бордель, который держал Туз. Мужик имел и нормальное имя и был в списке подлежащих расстрелу как государственный преступник. Но… выстрел был всего один, в область гендерных отличий, после чего мы… отвезли чувака на болота, так сказать подышать свежим воздухом. Не могу сказать, что после моего выстрела он не орал, но на болотах у него голос прорезался вообще основательно, так что крики всех остальных перекрыл. А поорать там было кому, мы убрали и всех причастных – охрану, сутенеров, сутенерш, зазывал, торговцев. После происходило стандартное для Дерана – место зачищали, переводя жриц любви в другие заведения, и начиналась работа местных спецов сыска. О, нас искали отчаянно, землю готовы были рыть и бетон грызть, так что я с удовольствием взорвала здание полное отправленных по нашему следу ищеек.
И жалости у меня не было. Никакой. Вообще.
– Сеть легла, но пытаются восстановить из «Вулкана», – проинформировал Шнур.
«Вулкан» – самый известный на Деране игровой дом. Типа казино, только все пожестче, и ставка там зачастую жизнь. Вот из-за этой ставки я и не хотела подрывать здание – гражданские могли пострадать. Но от девятого этажа и выше гражданских уже не было, а вот подчиненные Руфи и сам он, подхвативший бразды правления от тех, кого мы уже отправили к червям, там были.
Что ж, смертный приговор, он такой смертный.
Второе нажатие на детонатор, и активация взрыва направленного четко вверх.
Взрыв.
Столп огня взвившийся к небесам, и… я даже глазам не поверила, на миг рассеявший туман! Направленный вверх взрыв рассеивал плотный деранский туман!
В голове вспыхнула сверхновая!
Зажглась, засияла огоньком идеи…
Я нашла выход!
На миг даже горло перехватило спазмом – если честно, я уже потеряла надежду вырваться с этой гиблой планетки. Держалась исключительно на упрямстве и аксиоме вбитой сержантом Страйком – «Десант не сдается».
– Шнур, – позвала, стараясь говорить спокойно, – подготовь отправку сообщения для Багора.
– Нужно уходить, – не согласился спец. – У нас осталось всего три заряда.
– Шесть, – поправила я, стремительно меняя настройки направления взрывов и добавила, – всегда страхуюсь.
– Даже так…– начал было он, – в любом случае отправлять сигнал бессмысленно, мы не пробьемся к спутникам.
Вот оно гиблое влияние Дерана.
– Исполнять! – отрезала я, призывая к беспрекословному выполнению приказа. – Текст сообщения «Плато Шейтон, время 19.22. число девятое по общегалактическому. Количество – четверо». Готово?
– Да, – Шнур не терпел приказного тона, но был вынужден подчиниться.
– Отправка по моему сигналу, – на меня вдруг снизошло абсолютное удивительное всепоглощающее спокойствие. – Сейчас!
И я активировала сразу шесть зарядов.
Громыхнуло так, что из нас на ногах не удержался никто, но Шнур сработал профессионально – сообщение ушло. Действительно ушло, вместе с масштабным огненным всплеском прорвавшись сквозь пелену тумана. И вскинув голову, мужчина посмотрел на меня с немым, но нескрываемым восхищением.
– А вот теперь уходим, – приказала я.
Но на этом наше везение закончилось – никто не планировал активировать столько зарядов сразу, даже я. А архитектор, строивший эту высотку, явно не планировал, что здание подвергнется подобным испытаниям.
Перекрытия не выдержали, стены начали стремительно покрываться трещинами, сама высотка задрожала, словно хотела предупредить, что сейчас опадет грудой ломанного бетона.
– Запасной план номер тридцать. Перемещение на заданные координаты! – приказала я.
Блондя спрыгнула первая. За ней Шнур, следом, прикрывая, Бугай. Я, как командир, контролировала отход отряда, и просто не успела… не хватило доли секунды… не хватило одного вздоха… Да и заряд парализатора по мне выпустили очень профессионально – прямо в позвоночник. Обрывая все шансы на спасение.
Больно, практически нестерпимо больно… Не заорала только из-за гордости и… чтобы мои не услышали.
Но обидно адски!
Я бы справилась даже в такой ситуации. Я бы со всем справилась, если бы не одна маленькая игла, что впилась в мою ладонь, пытающуюся вытащить мелкий гарпун парализатора. И если эта игла была мне незнакома, то мгновенно накатывающее бессознательное чувство я уже имела «радость» испытывать.
«Черт!» – и на этом сознание соизволило отключиться.
Глава седьмая: Снова плен
Приходила в себя дважды.
Первый раз очнулась от того, что кто-то пытался сорвать с меня одежду. Не кто-то – а трое кого-то. Среагировала привычно. Результат нападающих – сломанная гортань, выбитая челюсть, свернутая шея и меня вырубили… опять выстрелом парализатора мновенновырубающих свойств. А ведь даже глаз не открыла, не успела просто – веки будто свинцом налились. И это паршиво – означало, что у состава которым меня вырубали, имелись последствия.