– У нас одно время по казарме байка такая ходила, – спокойно ответил архонт. – Но в первой же совместной операции выяснилось, что это всего лишь слух. Женщины у них да, предпочитают подчеркивать свою сексуальность, но скорее из чувства протеста, нежели из желания. Мужчины нормальные. Так что страх оказался абсолютно беспочвенным.
Я обернулась.
Эрих стоял, опираясь бедром о кровать. Руки сложены на груди, взгляд… страшный, жутко-внимательный.
– Значит, зря боялись, – да, язвлю. – А что с их страхами в отношении вас?
Губы архонта тронула очень странная, и в то же время такая многозначительная усмешка.
За время, пока мы не виделись, Эрих с одной стороны схуднул, это что касается лица, черты заострились, с другой – набрал массу. Рельеф рук, шеи, груди, бедер – просматривался даже через плотную материю военной формы. Словно он сначала качался со всей дури, а потом подверг мускулатуру сушке. Не нормально в общем это было. Выглядело круто, спорить не буду, но у наших такое случалось, если без воды где-нибудь в пустыне оказывались на два-три дня.
– Ты бы поберег себя, а то мне убивать потом будет незачем, да и не интересно, – посоветовала ему.
Усмехнулся и промолчал.
Не понравилось мне его молчание.
И еще вот какой момент имелся.
– Так что там со страхами танаргцев в отношении вас? – повторила вопрос.
И Эрих медленно ответил:
– Мелани, подумай, чего могут в принципе опасаться те, кто основательно верят в материализм? Кто на него всеобъемлюще полагается?
И тут я вспомнила об этой особенности танаргцев – они чуйку вообще не развивали. У нас любые спецслужбы проходили курс развития интуиции, у танаргцев – нет. Расчет, математический и точный, порой сверхточный. В любом бою мы могли продержаться только в том случае, если переходили на интуитивный уровень, потому что рефлексы, стратегия, и прочее с танаргцами не срабатывали. Они просчитывали наши рефлексы. Они с первого шага нашего построения, складывали в своем уме сотни и тысячи вариантов дальнейших действий, словно мы фигурки на шахматном поле, а у них в голове встроен счетчик всех комбинаций. Да и с оружием выходило хреново – один выстрел, и танаргцы уже знали о нем все. Дальность действия, скорость перезарядки, основные функции – да все знали. Так что с танаргцами, если уж не повезло встретиться, мы начинали действовать каждый сам по себе, полагаясь чисто на шестое чувство, тогда еще был хоть какой-то шанс выжить.
В общем, зря они не развивали и игнорили интуицию, с другой стороны – хорошо, что игнорили, это становилось нашим преимуществом, причем нехилым таким.
– Ты думала обо мне, – вдруг сказал Эрих. – Все эти дни.
И это ни разу был не вопрос.
Я замерла, прижимая к себе полотенце.
А архонт все так же стоял, только теперь сжимая челюсти.
И твою мать, меня вдруг сильно взволновал вопрос – чего такого есть у тайремцев, если страхи танаргцев только подтвердились?!
А Эрих не заткнулся, вот вообще ни разу не заткнулся, он продолжил!
– Убивала и думала обо мне… Ломала челюсти ублюдкам на Деране и думала обо мне… Перерезала очередное горло и думала обо мне… Стреляла, и чтобы не видеть как мозги разлетаются по бетону, тоже думала обо мне.
Меня… пошатнуло.
– И да, – его взгляд потемнел, а нос вдруг стал каким-то вконец хищным, – ты действительно не сошла с ума только благодаря этим мыслям. Зато сошел с ума я. К такому тебя в десанте тоже не готовили?
Сама не поняла, в какой момент я отшатнулась к шкафу, ощутила это, лишь когда полки больно впились в спину.
А Эрих не остановился.
– Челка, Череп, Пигалица, Рвань, Жужель, Сморчок, Мс-9, Аббрев, – медленно, не сводя с меня взгляда, произнес он. – У всех клички. Почему только ты «Мэл»? Тебя называли по имени?
Откуда он знает?! Откуда он все это знает? Наши клички не заносились в личные дела. Это было только для своих, тех, кто одновременно перешел из семьдесят шестой военной школы в десант, мы так друг друга называли с детства, с восьми лет. Потом появились кодовые имена. Других мы называли по коду, да и своих уже тоже, а детские прозвища они так, в голове проносились и только. Он не мог знать!
– Так чего же люди боятся больше всего, Мелани? – тихо спросил Эрих.
– Того, что не могут понять… – почти прошептала я.
Усмешка тронула его губы, и седьмой архонт издевательски похвалил:
– Умница.
Когда он уходил, я все еще пыталась породниться со шкафом. Я готова была вообще породниться со всем чем угодно, только бы… не думать об Эрихе.
Что-то изменилось в нем!
Что-то, что пугало не только меня, ведь и его наставник Тамран был в ужасе.
И тут я вспомнила, что Эрих сказал мне в медкапсуле: «Не стоило сбегать на Деран, в этом твоя главная ошибка, Мелани. До Дерана я еще думал, что ты просто увлечение. Основательное, но увлечение. А вот теперь точно знаю – я влип, Мэл, в тебя, полностью».
Долбанный Деран, да что ж с тобой не так-то, гребанная ты планета?!
Нет, лично я знала, что там не так – там червей много. Двуногих. Потому что те, что белые, по болотам ползающие и друг друга жрущие, они еще ничего. А вот двуногие стали для меня потрясением, это да. И поняв, что я не справляюсь с эмоциональной нагрузкой, я начала осознанно влюбляться в Эриха. Да, думала о нем… почти постоянно. Да, когда убивала, тоже думала о нем… потому что я из десанта, а не асс. Мне сложно убивать вот так, из засады, подло, выстрелом в спину. Когда убиваешь в бою это одно, а вот так вот – совсем другое. Кажется, начинаю понимать, почему Багор так не хотел отпускать меня на Деран. Только сейчас вот осознала смысл его: «Ты не убийца, Мэг. Что бы ты сама о себе не думала, я знаю абсолютно точно – ты не убийца, ты не потянешь Деран».
И шеф был прав – я не потянула. Чисто психологически не потянула. И осознанно начала формировать и использовать как спасательный круг свои чувства к Эриху. И все получилось. По факту – я справилась. Задание выполнено, оставшиеся в живых – спасены. Группировка уничтожена. Сейчас там грызня за власть начнется, точки входа на планету останутся без контроля, технология направленных взрывов количество этих точек увеличит, и работать начнут уже совсем другие структуры. Большинство мирного населения будет вывезено. Немирного – уничтожены. Кому-то предоставят шанс быть первопоселенцами. Дело, конечно, опасное, но всяко лучше Дерана. В общем, я вполне могла бы вручить себе медальку, хоть и мысленно, потому как спасение Блонди, Шнура и Бугая для меня лично много значило, и в целом все вроде ничего, только…
Откуда о моих мыслях известно Эриху?!
Раньше он не знал. Когда захватил в плен как Элизабет Авояр – не знал. Когда я у него тут на корабле порнореволюцию устраивала – не знал тоже.
Даже когда выяснил кто я, и мы тут на его постели развлечение по-полной себе устроили, не знал так же. Так какого хрена знает теперь?!
«Не стоило сбегать на Деран, в этом твоя главная ошибка, Мелани».
В чем конкретно ошибка? Побег на Деран или мои мысли об Эрихе?
Долбанный навигатор, что-то мне подсказывает, что второе.
Мысленно прокрутила в голове недавний диалог с его наставником:
« – Тамран, это что такое было?»
– Психологическое расстройство.
– Он что, умом двинулся?
– Да.
– Совсем?
– Да».
Черт, Тамран же не серьезно, да? Он же не мог говорить серьезно? То есть, когда говорят «умом двинулся», как бы не совсем это имеют ввиду… А он именно это что ли? Млять.
Во всем этом нужно было разобраться. Для начала снять браслет, которого опасаются до междупланетного скандала самые непробиваемые и вообще нахрен ничего не опасающееся танаргцы. Потом, желательно, выяснить с какого хрена у танаргцев вообще страх в отношении тайремцев имеется. Потом прибить нахрен психованного Эриха, и желательно не выясняя, почему он умом тронулся… Тут в план действий вмешались какие-то внутренние силы правопорядка, типа совести и чувства вины. Почему-то, хотя бред же полнейший, я чувствовала себя виноватой. Черт, надо было думать о Рего к примеру, тоже неплохой объект для того чтобы отвлечься от реалий деранского существования. Хотя, твою мать, это мое дело о ком мне думать или не думать, и уж тем более о ком мечтать в эротическом плане. Чувствовать себя виноватой за это бред в высшей степени.
И все же…
Нет, ну его к плазме нестабильной, этого быть не может.
В общем, мне бы к мозгоправу сейчас. К хорошему такому. Или к Багору, шеф бы выслушал, он всегда слушать умел, слушать и… вытаскивать. Порой с того света. Поэтому и багор – потому что зацепит и вытащит, несмотря ни на что и вопреки всему. И когда остальные спецслужбы были готовы хвататься и за соломинку, мы точно знали, что нас вытащит Багор, стальной и несгибаемый.
Или он Эринс пришлет.
Эринс вообще его личный ручной… динамит. Поначалу, правда, про нее шутили, что она личный щенок, потом что как псина, готовая повиноваться любой команде Багора, и совсем не сразу до народа дошло, кто такая Сейли Эринс, натасканная лично главой разведуправления. Эринс была взрывчаткой. Бомбой. Внезапной сверхновой. Она приходила, вникала в проблему, и уничтожала ее нахрен. Не знаю, чего у Сейли было больше – наград или выговоров, но за ее спиной всегда стоял Багор, а с Багором никто никогда не спорил. Кроме меня. Может я ему Сейли напоминала, но ко мне у шефа было несколько иное отношение, и ни одного выговора.
А еще Сейли и Геса Багор на Деран не пустил в свое время, но почему-то я абсолютно уверена, что пустит их по моему следу, не знаю почему, но уверена. У Исинхая тоже своя личная натасканная выше крыши девочка есть – Кейсиди Морис. Тоже блондинка, чем-то на Сейли похожа, но там совсем отбитая девочка, и работает она только по личным заданиям Исинхая.
И я тут одного не поняла – с чего я вообще о них думаю?
Потом дошло – меня будут вытаскивать тихо. Очень тихо. Так сказать – проведут операцию вне политики. А значит или Багор пошлет свою девочку, или Исинхай. Почему именно их? Да потому что у этих блондинок одна общая черта есть – способны докопаться до сути. А тут раздор для копания имеется основательный, все же начальство должно быть в курсе особенностей тайремско-танаргских отношений, значит, уже знают, что здесь что-то не так. Что-то совсе-е-е-е-е-ем не так.