Пение и скрежет третьей.
Пение и скрежет четвертой.
После этого все женщины поднялись, поклонились мне, упрятали «инструмент для демонстрации» в ящик в стене, и ушли.
Пение и скрежет пятой стены.
Быстро промелькнувшая мимо меня скроооомная женщина, поклонившаяся мимоходом, и в гнездо разврата наконец-то вошел Удав.
– Охренеть! – только и сказала я.
Пять стен для своего господина… это более чем впечатляло. Просто Удав тут как бы саидар, типа главный, я типа его женщина и нахожусь в его доме – но даже в этом случае пять стен. Причем из этого условного «дома» в Путь Женщины без дозволения одной из «скромниц» хрен выйдешь. В общем неплохая тут у них такая система безопасности, надежная, мать его, как гроб. Короче я была впечатлена.
Удав тоже впечатлял, потому что на нем были только брюки и шелковый халат нараспашку, а еще с ним вместе пребывало паршивое настроение.
– Что значит «госпожа не готова», Мегер?
– Ооо, – протянула я, начиная подозревать невероятное, – так ты не знаешь?
Удав заметно напрягся, и спросил:
– Не знаю чего?
– Ммм, малыш, – протянула я, – ты охренеешь, саидар ты наш, но не ты и не я тут решаем, кто готов, а кто нет. Решение принимают местные женщины. И они, должна признать, оооооооочень оооопытные, причем не только в принятии решений. Они в целом ооооочень опытные. Ооочень.
– Естественно опытные, это угуи, уважаемые женщины. – Раздраженно отозвался Удав. – У них много опыта. Ради тебя я созвал их со всех окрестных долин, еще до прилета. Они должны были принять тебя в ряды женщин Джангуа и поведать о традициях и скромности.
Я поняла, что улыбаюсь. Широко так.
– Что? – нахмурился Удав. – Мегер, ты вроде опытный спец.
На этом у меня началась истерика.
Я ржала, уткнувшись в спешно притянутую подушку, не в силах остановиться.
– Мегер, детка, малыш… – Удав присел рядом, осторожно тронул меня за плечо.
Я ржала. С подвыванием. Это просто было выше моих сил.
– В чем дело? – недоумевал спец агент.– Что не так? Уважаемые женщины сказали что-то не то? Мегер, ну у народов Джангуа свои особенности, они растят девушек в чистоте помыслов и скромности. Наверное, тебе как современной женщине это кажется смешным, но, слушай, не до такой же степени. Подумаешь, народ мужских детородных органов не видел никогда, но…
Все! Я ржала, снова сползя на пол, и чуть не кулаком об пол била.
– Так, слушай, хватит! – потребовал Удав. – Ты сейчас на моей территории, это мой дом, мое племя, и это были женщины, которые пришли сюда по моей просьбе.
Всхлипнув, я таки угомонилась, села на полу скрестив ноги, и обняв подушку, проникновенно поинтересовалась:
– А зачем, Удав? К чему эта просьба принять меня в ряды местных женщин? И самое главное – к чему эти… скрооооомные женщины?
Нахмурившись, и глядя на меня с нескрываемым подозрением по поводу моей психики, Удав сообщил:
– Это угуи. Они не просто уважаемые женщины. Они те, кто запоминают лица. И передают эти знания другим угуям. Тебя видело пять угуй из наиболее уважаемых и крупных долин, значит, сейчас твое лицо знает каждая уважаемая женщина. Знает в деталях, Мегер, в мельчайших деталях.
Зря ты, мужик, вспомнил про «детали». И я посмотрела на тот ящик, куда одна из женщин спрятала «инструмент демонстрации».
И да, его тут до меня радостно облизывали, в рот засовывали и все прочее, но ничего, я не брезгливая, руки потом помою.
– В деталях, говоришь? – переспросила я, поднимаясь.
И пока Удав слегка офигевал, я прошла к стене, нажала на комбинацию, а я из десанта, мы все комбинации запоминаем сходу, открыла ящик и торжественно извлекла «это»!
«Это» было большим, внушительным, и настолько искуссно выполненным и детализированным, что на нем проступали венки, имелся шрамчик, и еще один маленький шрамчик.
– Знаешь, Удав, – проговорила я, рассматривая орган, – не хочу тебя расстраивать, но боюсь, что твой член здесь тоже знает каждая уважаемая женщина. Знает в деталях, Удав, в мельчайших деталях! Кстати, где тут можно руки помыть?
И я швырнула штуковину агенту. Он рефлекторно поймал, затем указал в направлении ванной, после, заметив, что штуковина местами влажная, глухо спросил:
– И… куда они его засовывали?
– Везде! – соврала я, покидая офигевшего саидара. – А там, на маленьком столике, если приглядишься, стоят свечечки такие. Они не для света, Удав, они для анального секса. Прикинь, я теперь о нем все знаю в подробностях. В мельчайших подробностях! Так что ты там говорил об уважаемых скромных женщинах?
Когда Удав ворвался в ванную, отодвинул меня от раковины и принялся остервенело намыливать свои руки, я ржала, сидя на бортике наполненной водой ванны.
– Заткнись! – потребовал самый страшный агент Зоопарка.
Чье лицо, конечно не было известно всем и каждому во вселенной, зато кое-что другое на Джангуа знали, так сказать, в лицо!
– Хватит ржать! – он смыл пену с ладоней, но не выдержал и снова схватился за мыло.
– Извини, не могу… – я говорила с трудом, – мне эти… как их там… а – мельчайшие детали мешают!
Замер, вместе с мылом в руках и пеной на руках. Медленно повернул голову, посмотрел на меня, и мрачно сообщил:
– Я не знал.
– Ничего, главное, что я обо всем узнала… в мельчайших подробностях и деталях! Мля, я не могу, это слишком угарно!
Удав психанул, вытер руки и пошел на меня, с четким намерением придушить, на что я возмущенно потребовала:
– Ну уж нет, сначала руки помой еще раз пять! А то хрен его знает, какие на них… – тут я не выдержала, – мельчайшие детали остались…
Через секунду я была в воде. Меня туда швырнули с явным намерением утопить, но ржать мне это не помешало ничуть, а вот Удав мыл руки. Сосредоточенно. Зло. Яростно!
Но мы оба замерли на миг, едва в комнате греховных развлечений раздалось:
– Господин, угуи очень волнуются о госпоже. Она иноземная, ей неведомы знания о мужском органе, очень скромная девушка оказалась…
Мрачно выдохнув, Удав раздраженно спросил:
– Почему ты говоришь на моем языке?
И старуха тут же ответила:
– Это язык, который понимает госпожа. Госпожа, если вам страшно, и вы не желаете доставлять удовольствие господину сегодня, мы можем вас увести.
Удав, на миг остолбенев, прорычал:
– Но я против!
Старуха не растерялась:
– Вам приведут наложницу.
– Изыди! – потребовал Удав.
Напрасно надеялся.
– Госпожа, мне требуется ваш ответ. Иначе войдут все угуи.
– И рассмотрят все в малейших деталях! – заговорщицки прошептала я Удаву.
Я, конечно, была мокрая, но это не значит, что я была не наглая.
Удав на меня так посмотрел, что мне бы может даже стало бы страшно, но тут такое дело – детали мешали, которые мельчайшие!
– Со мной все хорошо, уважаемая, – громко ответила я старухе, которая походу была угуи этого племени, – меня достойно подготовили ко всему и я уже доставляю удовольствие господину. Он счастлив и всем доволен. У меня тоже все очень хорошо, я следую всем вашим мудрым советам.
Ответ был сто пудово правильным, потому что после этого послышался скрежет стены, и потом второй стены – вот только теперь нас оставили.
– Они что, все это время были… рядом?! – в некотором даже ужасе, спросил Удав.
– За стеночкой, – подтвердила я. – Присматривали тут за нами, чтобы это…чтобы увидеть все в малейших…
– Если еще рас скажешь слово «детали» я тебя утоплю!
– А, да, точно – подробностях! – исправилась я, и ловко увернулась, когда Удав в меня швырнул полотенцем.
А вот следующее уже поймала, нужно же было чем-то вытираться.
***
После незапланированного купания Удаву пришлось отдать мне свой халат, так как другой одежды тут не было. Затем он осторожно завернул копию своего достоинства в мелкое полотенце для рук, и оставил у дверей, явно намереваясь унести с собой по окончанию нашей ну очень интимной встречи.
– Думаешь, у них запасного нет? – Скептически поинтересовалась я. – Сильно сомневаюсь. А даже если и нет, то поверь, им ничего не стоит изготовить такой же, и даже, глядишь, они добавят еще этих, как их там – деталей!
Но я уже больше не смеялась – и так живот от хохота болел, так что я просто угорала молча, но явственно.
Удав развернулся ко мне со всей стремительностью ядовитой кобры, но затем вдруг замер, сложил руки на груди, и произнес:
– Она сказала «девушка». Не женщина, не госпожа, а… девушка. Ничего не хочешь мне сказать?
Молча развела руками, демонстрируя, что нет, не хочу, и вообще я понятия не имею о чем он.
– Странно, – констатировал Удав.
Без разницы, если честно.
– Итак, какие новости? – блаженно растягиваясь на кровати, спросила я.
Подойдя к постели, Удав остался стоять, и даже руки на груди сложил. Ну я так и поняла, что паршивые.
– Первое и самое паршивое – Багор в курсе. В курсе всего, – произнес агент.
И… я даже догадывалась, по чьей милости он все знает.
– Дай угадаю – Сейли Эринс?
– Да, – Удав скривился, – не зря Кей ее недолюбливает, а вот я девочку недооценил. Сейли проследила за нами до третьей точки перехода, а после… проследила за Ирдэраном.
– Значит Сейли была с Гэсом, – догадалась я.
Просто у них в паре громила Гэс обычно берет на себя слежку, а миниатюрная Сейли основной силовой элемент, она берет на себя драки. Все. Любые. При любой возможности. Да, с излишней агрессивностью у девочки проблемы, и с терпением тоже. И, в общем, у Сейли не было и шансов выследить Удава, впрочем и у Гэса по итогу не вышло, а вот господин Нельсвер сумел.
– Давно Ирдеран на планете?
– Да нет, улетел недавно, – несколько задумчиво ответил Удав. И добавил: – В шестой раз.
И тут вот я села.
– В шестой раз?– переспросила недоверчиво.
У Джангуа зверская гравитация, плюс весьма своеобразная атмосфера, так что даже корабль Удава неплохо было бы подлатать, после однократного приземления – нас потрепало, основательно так потрепало. А тут шесть раз?!