А дальше я, основательно нарушив правила движения, собиралась приземлиться на стоянке перед монументальным зданием с одиозным названием ЗАГАСЕ, выполненном огромными золотыми буквами, но на навигатор пришло оповещение: «Ваша стоянка расположена на втором этаже». Ну вот, зря только нарвалась на парочку штрафов, оплачивать которые придется Эриху. Но, так ему и надо, будет знать, как обучать гаракхай. Блин, до сих пор злая!
И тут Нельсвер пошел ва-банк:
– Мелани, ты не можешь предавать свою страну!
– Мужик, все норм, на меня никто не в обиде, – ответила ему.
И полетела вверх, в поиске стоянки.
От нервяка, Нельсвер совершил насилие над логикой и выдал:
– Гаэра предала тебя!
– Вау! – это я стоянку нашла.
– Ты должна узнать, о смерти твоих родителей, – продолжил Ирдэран.
Интересно, кем надо быть, чтобы не осознавать, что у меня было два года на то, чтобы узнать все о смерти своих родителей. И помимо этих двух лет все возможности разведотдела.
– Ну, что тебе сказать, – я начала процедуру приземления, – из-за тебя теперь Тамран не побывает на свадьбе. Грустно это, я надеялась, что он будет подружкой невесты, а теперь все, останусь одна, как дура последняя.
И приземлившись на свободное место, я протянула руку к шее Тамрана и активировала второй парализатор. И вот реально обидно, хотелось, чтобы хоть кто-то близкий был бы на церемонии, а так…
– Что за жизнь! – вздохнула я.
И пошла выходить замуж.
***
Стоило мне выйти из флайта, как сумку с туфлями, косметичку и платье у меня отобрали три высокие женщины в бело-красных мундирах, на которых значило «МПН». Но меня хрен обманешь.
– Здорова, улучшенные, чтоб вас, гаракхай.
Три ходячие машины смерти разом широко улыбнулись.
– Ну, – продолжила, передавая им коробку с украшениями, – и что значат эти ваши «МПН»? Это какой-то особый род войск и вы у них форму станаргили?
– Аббревиатура означает «Моральная Поддержка Невесты», – сообщила мне первая.
– Мундиры позаимствовали, тут вы правы, миледи Дагрэй, – добавила вторая.
– Увидите трех обиженных в одних красных рубашках, не удивляйтесь, – уведомила третья.
Так, я не поняла, то есть на Танарге реально существуют войска «Моральной Поддержки Невесты»?!
– А серьезно у вас тут подходят к институту брака, – была вынуждена признать.
– Более чем, – вздохнула одна из гаракхай, – нам не позволили заменить весь стандартный отряд «МПН», две еще остались, так что… не удивляйтесь, когда вас начнут уговаривать не выходить замуж.
– Вот чему я сегодня точно не удивлюсь, так это уговорам не выходить замуж, – с тоской посмотрела на парализованного Тамрана. – Ладно, пошли, чего уж там.
***
Но сразу замуж не вышло.
Для начала мне притащили мундир цвета хаки, и под него сногсшибательный набор черного кружевного нижнего белья. И даже чулки – вообще не рвущиеся.
– Вау! Они круче, чем на Франциске! – схватив чулки в первую очередь, воскликнула я.
– Чулки мелочь, – зевнула одна из гаракхай. – А вот самозатягивающиеся бретельки бюстгальтера, чашечки со встроенными фильтрами, способные заменить противогаз, особо прочное кружево на трусиках, позволяющее использовать их для спуска с как минимум тридцати этажного здания… Это да, это круто.
Еще никогда я так быстро не переодевалась.
Потом минут пять ушло на разговоры о том, где чего и как активировать. И какая петелька для чего предназначена. И в целом я бы продолжила, но в дверь постучали и нас попросили поторопиться.
Быстро надела мундир, сшит он был по мне, и туфли без каблука были тоже аккурат по моему размеру.
Уныло постояла гномиком в обществе высоченных гаракхай. Им было круто, они щеголяли в отличительных черных сапогах с платформой, и вообще я подозревала, что под мундиром войск «МПН» на них стандартная черная форма гаракхай, а так мы были в чем-то даже похожи. Все брюнетки с прямыми волосами, все худощавые, но только с виду. Я отличалась ростом и более светлым оттенком кожи, а на Танарге в моде был загар, так что мои подружки невесты с бронзовой кожей были в тренде, а вот я вообще нет.
– Может автозагар? – сжалилась надо мной одна из подружек невесты.
– Перед свадьбой можно, сейчас – нет, – решила вторая.
И я, догадавшись, что меня сейчас ждет, собрала волосы в тугой официальный пучок.
Прощание с родиной
В мундире танаргского десанта, я прошла через два коридора, четыре лестницы, и три двери прежде, чем очередная дверь передо мной открылась и я вышла в небольшой торжественный зал.
Здесь было пугающе тихо, но стоило мне войти, как с кресел поднялись представители Гаэры и я чуть не кинулась к господину Эгверу. Посол был по обыкновению бледен, но очень рад меня видеть.
Я сдержанно подошла к представительству своей планеты, и чуть не отшатнулась, когда из второго кресла поднялся Удав. Псих из самого психованного отдела спецслужбы, коротко склонил голову в знак приветствия, и произнес:
– Агент Элис, я разочарован.
Что, серьезно? То есть мы сейчас будем играть в «Как ты могла предать родину, Мегера?». Ну, в общем… сам нарвался.
– Простите, агент Сэддер, но я люблю другого! – гордо заявила я.
Посол нахмурился, не понимая, что происходит, остальные представители посольства вообще еще не отошли от моего танаргского мундира, а вот Удав… Удав выдал:
– Любимая, как ты могла?! Мы же были счастливы вместе!
Да ну нахрен!
– Извини, сердцу не прикажешь! – разъяренно прошипела я.
Но если я надеялась, что на этом представление закончилось, то зря – агент класса Титан только вошел во вкус.
– А как же наши дети? – патетично вопросил этот… псих, мать его.
– Агент, у нас нет детей! – прошипела я.
– Ну как же? А наш сын? – и на меня выразительно посмотрели.
Так, Удав никогда ничего просто так не делает. Значит он на Танарге с определенной целью. И в чем может быть его цель? Координировать мои действия пока я не достигла Тайрема, просто нет смысла. Да и в целом разговор при танаргцах имеет мало смысла, потому что ничего важного не скажешь. А значит Удаву нужно что-то и нужно срочно. А главным в разработке агента сейчас был Ирдэран Нельсвер. Ну и собственно я поняла, о чем конкретно спрашивает Удав.
– Ааа, – протянула догадливо, – ты о том сыне, которого нагулял на стороне и после скрывал от всех?
– Так я прав, и ты никогда не любила моего мальчика? – Удав умудрился даже слезу пустить.
Она хилая вышла, едва заметная, и в целом с эмоциями у спеца было не очень, ну да ладно, что взять с социопата.
Главное состояло в том, что:
– Да, ты прав, – официальным тоном сообщила я.
– Вот черт! – не сдержался Удав.
Ну, потому что теперь и он понял, почему этот Нельсвер с легкостью сваливал отовсюду.
– Ты разбила мне сердце! – воскликнул Удав, и, развернувшись, направился к выходу.
– Ой, да ладно, как будто оно у тебя есть, – не выдержала я.
Вскинув руку, агент помахал мне рукой, не оборачиваясь, что-то типа «Да пошла ты», и красиво свалил в закат.
И тут случился казус – Эгвер ничего не понял.
– У агента Сэддера есть сын? – удивленно спросил он у меня.
– А… – блин, – ну да. Нагулял себе в одном из увеселительных заведений, потом притащил мне и заявил «Все, ты теперь мама».
Эгвер был в шоке. Но ладно Эгвер – хоть мы и общались с Удавом на гаэрском, гаэрский тут, естественно, знали. А потому один из танаргских высоких начальников, очень нехорошим тоном вдруг вопросил:
– То есть вы отказались от материнства?!
Черт!
Удав, конечно, классный агент, и ответы получил весьма изобретательно, лично я понятия не имела, как передать ему все, но теперь он свалил, а мне… разбирайся с трудностями. И ведь одно неосторожное слово и мне вполне светит тюрьма вместо свадьбы, потому что материнство на Танарге священно.
Нервно улыбнувшись чиновнику, мрачно ответила:
– Да как бы я не готова была стать матерью мужику, который меня старше лет на пятнадцать как минимум, а возможно и на все двадцать. Ну и у мужика имеется своя мать в наличие.
И… прокатило.
Напряженная обстановка тут же вернулась к атмосфере торжественной, заиграл гимн Танарга, и мы все перешли к официальной части.
Для начала на постаменте, в положении стоя, я подписала всю ту кипу бумаг и одноразовых сейров, которые привез для меня Эгвер. Я подписала письмо-заявление с решением прекратить все отношения с Гаэрой. Затем последовало подписание добровольного отказа от гражданства Гаэры. После порядка пятнадцати документов, в которых я отказывалась от прав и свобод гражданина Гаэры, от пенсии по выслуге лет, от страховки и страхового полюса, от жилья, которое мне обязано было предоставить правительство, от звания… Где-то на этом этапе у меня рука дрогнула. Никогда, вот вообще никогда не думала, что окажусь в подобном положении.
– Капитан Элис, с вами все в порядке? – участливо спросил посол Эгвер.
Нет! Не было со мной ничего в порядке! Плевать на пенсию, страховку и полагающуюся после выслуги лет квартиру, но звание…
А потом я вспомнила Эриха, его глаза, взгляд… нос, определенно нуждающийся в корректировке, и решительно подписала документ.
– Всё, больше не капитан, – мрачно произнесла я.
– Мне очень жаль, – тихо сказал посол.
Посмотрела на него, и поняла, что мужика в известность не поставили, и для него все происходящее абсолютно реально.
– Свой долг родине я отдала, – тихо ответила ему. – Десанту в любом случае не рекомендуется продолжать службу после выхода на пенсию, так что…
– Понимаю,– сник Эгвер.
И уныло подал мне еще дохрена всего для подписи.
Спустя еще четверть часа процедура выхода из подданства Гаэры была завершена.
После чего Эгвер пожал мне руку, и отошел, демонстрируя, что он больше не при делах.
А передо мной встал представитель иммиграционной службы Танарга.
И началось…