Но тут Корона вспыхнула. Металл начал дымиться, накаляясь докрасна, затем добела. Запахло горелой плотью.
Гаврила закричал. Его руки метнулись к голове, пытаясь снять артефакт, но пальцы отскакивали от раскаленного металла, оставляя на коже кровавые ожоги.
— Что происходит⁈ — взвыл он, а его серебряные волосы на голове задымились. Кожа на лбу покраснела, затем почернела, обугливаясь от невыносимого жара.
— Корона отторгает его! — крикнул Ратибор, выглядывая из-за обломка колонны. — Он не истинный наследник! Артефакт сжигает самозванца!
Древние артефакты были созданы для избранных. Кровь, магическая сила, право по рождению, чистота намерений — все это имело значение. А Гаврила, сколь могущественным магом он ни был, был… самозванцем.
Но ублюдок и не думал сдаваться.
— Я… возьму… силу… силой! — процедил он сквозь зубы. Серебряные волосы вспыхнули, окружив голову ореолом чёрного пламени.
И тут затряслась пирамида.
Черепа начали двигаться, словно оживая после векового покоя. Глазницы медленно поворачивались, челюсти раскрывались, будто пытаясь произнести что-то неслышное. Они скользили вниз с пирамиды, но вместо того чтобы осесть на полу, начинали соединяться, образуя причудливые конструкции.
Скелеты. Десятки скелетов.
Они поднимались один за другим, кости сплетались в суставах без связок и мышц, удерживаемые чистой магией. В их костяных руках материализовались призрачные мечи и щиты, светящиеся тем же багровым светом, что и исчезнувшие руны.
— Убейте их! — приказал Гаврила своей нежити. Всех, кроме принцесс! Их кровь мне еще пригодится!
Армия мертвецов двинулась на нас.
— Выбираемся! — крикнул хватая полуживую Ладу, помогая ей встать.
Темира, шатаясь, поднялась сама. Магические цепи оставили на ее коже кровавые следы, но она была в сознании.
— Туннель обрушается! — заорал один из воинов, указывая на наш путь отступления.
Огромный камень рухнул в двух метрах от меня, разбиваясь на осколки. Потом еще один. И еще. Древнее подземелье не выдерживало активации Короны и моего удара.
Отступать не куда. Туннель за нашими спинами полностью завалило. Огромные камни перегородили единственный путь к отступлению.
Проклятье.
— Князь, — хрипло произнесла Лада, с трудом держась на ногах и опираясь на мое плечо. Ее лицо было бледным от истощения, но глаза горели решимостью. — У меня есть идея. Корона… она не может долго отторгать носителя. Либо примет его, либо убьет. Если мы продержимся…
— Сколько? — коротко спросил, отбивая Крушителем атаку костяного воина. Клинок легко разрубил призрачный меч пополам, а затем рассек череп скелета. Тот рассыпался в прах, но на его место уже двигались трое других.
— Минуты. Может быть, меньше.
— Круговая оборона! Ближе друг к другу! Держимся!
Скелеты лязгали костями, неумолимо сжимая кольцо вокруг нас. Их пустые глазницы горели багровым огнем, а клинки из энергии рассекали воздух со свистом. Каждый мой удар Крушителем рассыпал костяка в прах, но на его место тут же становилось двое новых.
— Князь, их слишком много! — крикнул один из моих воинов, прикрываясь щитом от града ударов.
Я развеял очередного мертвеца мощным ударом и быстро оценил ситуацию. Мои люди держались, но усталость брала свое. Темира, шатаясь от полученных ран, все еще сражалась своим зачарованным клинком. Лада едва стояла на ногах, опираясь на обломок колонны.
— Ратибор! — заорал. — Есть способ их остановить?
Старый маг швырнул огненный шар в группу костяков и отозвался:
— Они связаны с Короной! — хрипло крикнул он, уклоняясь от призрачного меча. — Пока артефакт цел, мертвецы будут подниматься снова и снова! Корона — источник их силы!
Ясно. Значит нужно добраться до Гаврилы и разбить эту проклятую железяку.
— Держитесь! Ратибор, прикрой меня! — крикнул я товарищам.
И ринулся напролом к Собирателю.
Первый скелет встал на моем пути, размахивая древним мечом из темной энергии. Я провел широкую дугу снизу вверх, и клинок разрубил костяную броню пополам. Остатки рассыпались прахом, но я двигался дальше.
Два шага. Следующий скелет замахнулся боевым топором. Удар пришелся прямо в череп, кость разлетелась мелкими осколками, которые отскочили от доспехов и рассыпались пылью.
Пять шагов. Слева засвистели призрачные стрелы. Три скелета-лучника метили мне в спину. Крушитель среагировал мгновенно, вокруг меня вспыхнуло защитное поле, и стрелы растаяли в воздухе, не долетев до цели.
Рукоять обжигала ладони. Плечи ныли от каждого взмаха, но останавливаться было нельзя. Впереди выстроились трое костяных воинов, сомкнув щиты и выставив копья.
Не сбавляя скорости, я поднырнул под острия копий, рубанул первого по ногам, врезал рукоятью второму и прорвался сквозь их ряды. За спиной послышался грохот падающих костей.
Пять шагов. Десять. Справа с потолка посыпались камни, похоронив под собой целую группу мертвецов. Перемахнул через груду обломков на бегу.
Пятнадцать шагов. Гаврила маячил совсем рядом, корона на его голове мерцала зловещим светом. Собиратель выкрикивал что-то, размахивал руками, но грохот битвы заглушал его слова.
Дорогу преградила еще одна пятерка скелетов. Эти действовали слаженно, заходили с флангов, пытались взять в кольцо. Развернувшись волчком, я провел Крушителем широкую дугу на уровне шеи. Все пятеро попадали как подкошенные.
Двадцать шагов. Финальный рывок. Гаврила поднял руки, готовясь встретить атаку. Я мчался вперед, крепче сжимая рукоять.
Пять. Три. Два…
Вокруг Гаврилы возник купол черной энергии.
Полупрозрачный барьер оказался твердым как гранит. Крушитель врезался в преграду и отлетел назад, будто ударился о стальную стену.
— Даже легендарный меч бессилен против Короны Владычества, — хрипло засмеялся Гаврила изнутри своего кокона. — Попытайся еще, Разрушитель. Каждый твой удар лишь усилит мою защиту.
Черт. Я видел, как энергия от моей атаки всасывается в купол, делая его ярче и плотнее. Его артефакт, как вампир питался любой силой, направленной на него.
Я отступил, осмысливая ситуацию. Прямая атака бесполезна. Нужен другой подход.
— Василий! — услышал я крик Темиры. — Щит питается темной энергией ритуала! Но он уязвим для противоположной магии!
Я понял, что она имеет в виду. Солнечная магия против темной. Свет против тьмы.
— Лада! — крикнул, оборачиваясь к княгине солнцепоклонников. — Можешь создать вспышку света?
Она едва стояла на ногах, опираясь на обломок колонны, но в ее глазах горела решимость.
— Попытаюсь, — она закрыла глаза и сложила ладони перед грудью, а в них появился кристалл. Ее губы задвигались, произнося заклинание на древнем наречии. Воздух вокруг Лады начал мерцать золотистыми искрами.
А потом из ее рук вырвался луч чистого света.
Луч белого огня, плотный и точный, словно лезвие, врезался в черный купол. Барьер заскрипел, будто металл, который гнут через силу, и задрожал, будто собирался вот-вот развалиться.
На его поверхности появилась тонкая трещина. Еле заметная, но настоящая.
— Держи! — крикнул Ладе.
Но княгиня уже падала. Заклинание выжало из нее последние силы. Луч дрогнул и начал слабеть.
— Держись! — крикнул Ратибор, подбегая ко мне. — Твоей силы недостаточно. Но если добавить мою…
— Ратибор, нет! — схватил я его за руку. — Найдем другой способ!
— Другой? — Старик горько усмехнулся, кивая на потолок, где зловеще расширялись трещины. — Где мы его возьмем, князь? Посмотри вокруг. Эта пещера рушится. Еще пятнадцать минут, и нас всех похоронит под обломками.
Его пальцы подрагивали от напряжения. Казалось, бой вытянул из него последние остатки сил.
— Ты же знаешь, что это единственный путь, — мягко сказал он. — Я слишком стар для этой войны. Слишком устал.
Он положил ладони на клинок Крушителя. Его глаза вспыхнули синим пламенем, тем же светом, что горел в моем мече.
Он отдавал себя. Все, чем был, чем мог стать, все знания и воспоминания. Полную цену своего существования за единственный удар, который мог изменить исход битвы.
— Спасибо, старик, — прошептал, принимая его дар.
Он кивнул, едва держась на ногах, а затем рухнул, а на его лице застыла улыбка…
Истинная магия Ратибора смешалась с древней мощью Крушителя. Меч загорелся таким светом, что я едва мог на него смотреть.
А Ратибор… Ратибор стремительно старел. Волосы поседели, лицо покрылось морщинами, спина согнулась. Он отдал не просто магию, а саму сущность своего существования.
Крушитель пылал белым огнем, переполненный объединенной силой двух истинных магов. Энергия била через край, заставляя воздух вокруг меня трещать от напряжения. Из клинка вырывались дуги электричества, оставляющие светящиеся следы в воздухе. Даже камни под ногами начали плавиться от чистой мощи.
Брешь в щите Гаврилы дрожала, готовая схлопнуться. У меня была одна попытка.
Я взвился в воздух, вложив в прыжок всю свою силу. Крушитель поднял его над головой двумя руками, нацелив точно в трещину в черном барьере. Меч гудел, словно готовый разорваться от переизбытка энергии.
Время замедлилось.
Я видел, как расширяются глаза Гаврилы внутри его убежища. Видел, как он поднимает руки, пытаясь усилить защиту — слишком поздно, слишком мало силы. Я видел отчаяние на его изуродованном лице.
Видел воспоминания Ратибора, которые теперь стали моими — годы изучения истинной магии, секреты, которые старик хранил всю жизнь, формулы заклинаний, что не записывались ни в одной книге.
И обрушил удар прямо на Корону Владычества.
Не на самого Гаврилу. На артефакт.
Объединенная сила двух истинных магов встретилась с магией Короны. Реальность начала искривляться.
Корона сопротивлялась. Тысячелетия накопленной силы против мгновенного взрыва чистой энергии. Артефакт пульсировал, выбрасывая черные щупальца тьмы, которые пытались поглотить белый огонь Крушителя.